Тест
Шрифт:
– Нет, уходим влево, в направлении астероида в виде трехгранной пирамиды, и останавливаемся подле него. Остальные следуют за нами. Это укроет нас от опознавателей рилов. Не знаю почему, но трехгранная пирамида создает вокруг себя странное силовое поле. Если в него входишь, то, как бы, пропадаешь для сканеров и опознавателей, хотя сам все видишь и слышишь.
– Интересно, – пробормотал Руни Турин, а штурман заинтересовано спросил. – Вы были тут раньше, господин капитан?
– Нет, – честно ответил Арно Танос. – Я прочитал об этом убежище в одной древней лоции. Есть у меня привычка
– Вы думаете, рилы найдут проход? – удивился Руни Турин.
– Не исключаю такой возможности и хочу встретить их визит во всеоружии.
– Господин капитан, – к Арно Таносу обратился один из операторов наблюдения, – флот рилов в тридцать две боевые единицы подходит к кольцу.
– Переключите голографическую картинку на большой экран, – распорядился Арно Танос.
Одна из затемненных стен командирской рубки «Гончей Целесты» вспыхнула и засияла разноцветными значками: одни из которых обозначали астероиды и предметы космического мусора, другие – звездолеты рилов. А вот звездолетов конвоя, как и предсказывал Танос, на экране не было. Силовое поле трехгранного астероида надежно скрыло звездолеты империи людей от опознавателей и сканнеров врага.
В напряженном ожидании офицеры и операторы, работавшие в рубке уставились на экран.
Хорошо было видно, как на большой скорости (в углу экрана, в специальной таблице светились цифры, показывающие класс и скорость каждого звездолета врага) флот рилов подошел к астероидному кольцу в районе входа в проход, через который ушли корабли конвоя. Подошли и начали тормозить. Лишь один из звездолетов – по классу тяжелый истребитель дальнего действия – не снижая скорости, вошел в проход.
Минута, вторая и яркая вспышка возвестила о гибели разведчика врага.
– Напоролся на блуждающий астероид малого размера, – высказал предположение первый пилот транспорта.
– Значит, они не знают об особенностях полета в проходе, – заметил второй пилот, а штурман задал вслух вопрос, ни к кому конкретно не обращаясь.
– Как они тогда обнаружили вход в проход?
На несколько секунд в рубке воцарилась полная тишина. Ее нарушил голос Арно Таноса.
– По пеленгу температуры дюз наших кораблей.
– Чего? – полтора десятка пар глаз уставились на командира конвоя.
– Наши дюзы при работе двигателей выбрасывают в космос излишнее тепло в виде тепловых, световых, магнитных, радиационных и иных излучений. Согласно данным нашей разведки конструктора рилов создали прибор, который засекает одно из этих излучений (какое, пока, не известно) на расстоянии в три раза большем, чем действуют лучи обнаружения. Видимо, наши преследователи находились в зоне действия
– Скажите, господин капитан, – спросил Руни Турин Арно Таноса, – если вы знали, почему не рассказали нам об этом, как только мы обнаружили, что флот рилов намерен догнать нас?
– Что б не создавать излишней нервозности среди экипажей! – отрезал Арно Танос.
– Они послали еще одного разведчика! – возвестил громким голосом первый пилот, пожелавший прекратить назревавшую ссору старших офицеров.
Танос и Турин тут же подняли глаза на большой экран командирской рубки.
На экране четко было видно, что второй звездолет рилов, на этот раз эсминец, идет много медленнее своего предшественника, но… в проходе подобная скорость несла смерть звездолету в случае столкновения даже с небольшим астероидом.
Так оно и произошло. Разведчик рилов сумел пройти половину прохода, когда вспышка на экране возвестила, что он повторил судьбу своего предшественника.
– Пошлют третий звездолет, – высказался второй пилот.
– Не пошлют, – возразил первый.
– На бутылку вина «Целеста Светлая», – предложил пари второй пилот.
– Идет! – азартно согласился первый.
Пари заинтересовало присутствующих и все, работавшие в командирской рубке, уставились на экран.
Время ожидания тянулось медленно, но все терпели. И, наконец, громкое: Ура!, – потрясло рубку.
Флот рилов в полном составе развернулся и ушел, как определил штурман, к звездной системе Кобран.
– Не забудь про бутылку! – поддел первый пилот «Гончей Целесты» товарища.
– Не забуду, – буркнул второй.
Арно Танос отдал приказ.
– Экипажам четыре часа отдыха!..
Через четыре часа конвой в том же порядке вышел из кольца астероидов и продолжил свой путь к звездной системе Петерион.
Большинство, уставших от ожидания и напряжения последних часов, беженцев дремали, когда их разбудил голос старшины – распорядителя.
– Мы ушли от рилов!
Сквозь намеренно спокойный голос старшины – распорядителя прорывались сдерживаемые нотки радости.
– Можете отвязываться. Сейчас подойдут ребята с пайками и вас всех накормят. Кому надо в туалет, к тому выходу. Ребята покажут.
– О-о-о! – единовременный вздох радости потряс трюм: Спаслись!
И как результат, зашелестел все усиливающийся шум разговоров. Начали оживать младшие дети. Завозились осмелевшие дети постарше. В выходе, ведущем к туалету, выстроилась очередь.
И тут.
– Старшина, я хочу видеть вашего капитана! – хорошо знакомый голос встрепенул Красаву и, придремавшего на руке у матери, Раста.
– Кей! Жив! – улыбка счастья осветила лицо графини Смолениной.
– Папа! – радостно, с огромным облегчением вздохнул Раст, но окликнуть отца не успел. Сильные руки Красавы внезапно с такой силой сжали Раста, что последний едва не задохнулся. Красаву сразила фраза мужа.
– Я граф Смоленин, советник графа Ямбуара и мне не место среди этих! – звенел презрением к окружающим голос Кея. – Мне требуется отдельная каюта!