Теснина
Шрифт:
– К сожалению, не получится, Мекка. Почему, я тоже объясняла.
Босх притормозил у входа в бар. Других машин не было видно. Он немного опустил стекла и выключил двигатель.
– Ставлю машину на охрану, – объявил Босх. – Если перелезете на переднее сиденье и откроете дверь, сигнал включится автоматически. Дальше все понятно. Мы выходим, догоняем вас, и… Так что лучше не дергайтесь. Долго мы вас ждать не заставим.
Рейчел вышла из машины, захлопнула дверцу и проверила мобильник – он все еще не работал. Судя по тому, как покачал головой Босх, вытащив свой, у него та
– Между прочим, – заговорил Босх, ступая по настилу, ведущему к двери в бар, также переделанный из трейлера, – у вас запасная обойма для «ЗИГа» есть?
– Разумеется.
– А где вы ее держите, на поясе?
– Ну да, а к чему вы это?
– Просто, когда нам пришлось познакомиться с этими лихими ребятами, я заметил, что у вас вроде ствол застрял под курткой.
– Ничего подобного… Но я все еще не понимаю, к чему весь этот разговор.
– Ни к чему, собственно. Но что касается меня, я, когда служил, всегда держал запасной пистолет в кармане кителя. Вынимать легче.
– Спасибо за урок, – отрезала Рейчел. – А теперь, может, займемся делом?
– Конечно. Хотите войти первой?
– Если вы не возражаете.
– Ничуть.
Босх двинулся за ней по настилу. Рейчел показалось, что в застекленной двери отразилась его улыбающаяся физиономия. Она толкнула дверь, и где-то наверху, возвещая хозяев о появлении гостей, звякнул колокольчик.
Рейчел и Босх вошли в тесное пустое помещение. Справа стоял бильярдный стол. Зеленое сукно выцвело от времени и покрылось разводами от пролитой выпивки. Стол был небольшой, но места для него все равно не хватало. Чтобы разбить пирамиду, требовалось держать кий под углом в сорок пять градусов.
Слева располагалась стойка с шестью барными табуретами и тремя полками со стаканами и зельем разного сорта. Не успели Рейчел с Босхом поздороваться в пустоту, как слева от стойки раздвинулась занавеска и из-за нее вышел заспанный мужчина, хотя времени было почти двенадцать.
– К вашим услугам. Рановато еще, а?
Рейчел сунула под нос хозяину жетон, от чего глаза его несколько расширились. На вид ему, прикинула Рейчел, чуть за шестьдесят, хотя могли сбить с толку всклокоченные со сна сальные волосы и покрытые кустиками седых волос щеки.
Он кивнул с таким видом, будто только что разгадал сложную загадку.
– Так вы, стало быть, и есть сестра?
– Прошу прощения?
– Я говорю, вы сестра Тома, верно? Он предупреждал, что вы можете заехать.
– Какого Тома?
– Тома Уоллинга, какого же еще?
– Мы разыскиваем мужчину по имени Том, который развозит клиентов из местных публичных домов. Его фамилия Уоллинг?
– Ну, а я о чем? Он и есть. Шофером у меня работал. Говорил, в один прекрасный день здесь появится его сестра. Только речи о том, что она служит в ФБР, не было.
Рейчел кивнула, стараясь скрыть удивление. Поражало не только услышанное, но и размах плана Бэкуса.
– Как вас зовут, сэр?
– Биллингз Ретт. Я – владелец этого бара и мэр города.
– Ясного?
– Ну
Руки Рейчел что-то коснулось. Опустив глаза, она увидела папку с фотографиями. Босх подсовывал ее под локоть напарницы. Похоже, почувствовал, что дело получило новый оборот. Речь теперь идет не столько о Маккалебе или даже Босхе, сколько о самой Рейчел. Она открыла папку, вынула фотографию человека, который зафрахтовал яхту Терри Маккалеба, представившись Джорданом Шенди, и протянула Биллингзу Ретту.
– Вот это и есть Том Уоллинг?
Ретту хватило одного взгляда.
– Он самый. Даже бейсболка та же – «Доджерс». У нас тут по тарелке все игры показывают, и Том всегда болел за «Доджерс» как сумасшедший.
– Так, говорите, он водил ваши машины?
– Машину. У меня не такое солидное дело, чтобы гараж иметь.
– И предупреждал, что здесь должна появиться сестра?
– Не должна. Может. И кое-что оставил на этот случай.
Биллингз повернулся и осмотрел полки. Найдя, что искал, он потянулся наверх, вытащил конверт и передал Рейчел. На запыленной стеклянной полке остался четырехугольный след. Стало быть, конверт долго их ждал.
Сверху было написано полное имя Рейчел. Она слегка отодвинулась от Босха и принялась надрывать конверт.
– Подождите, – остановил он. – Может, лучше все-таки сначала в лабораторию?
– Не надо. Я и так знаю – это от него.
Она вскрыла конверт и вытащила небольшую открытку, размером три на пять дюймов. На ней было написано от руки:
«Дорогая Рейчел!
Если, как я надеюсь, ты первая, кто читает эту записку, стало быть, учил я тебя не зря. Надеюсь также, что ты пребываешь в добром здравии и хорошем настроении. А более всего надеюсь на то, что ты благополучно пережила собственные похороны и вернулась в строй. Лишающие могут и возвращать. Знай, Рейчел, в мои планы никогда не входило тебя топить. А сейчас, напоследок, я стараюсь тебя спасти.
Счастливо, Рейчел.
Р.»
Она быстро перечитала открытку и передала ее Босху через плечо. Пока тот вчитывался в ровные строчки, она вновь заговорила с Биллингзом Реттом:
– Постарайтесь вспомнить, когда Том отдал вам это и что в точности он сказал?
– Примерно месяц назад, плюс-минус несколько дней. Тогда же он сообщил, что уезжает. Заплатил за проживание, сказал, что хотел бы сохранить трейлер за собой, оставил открытку. Сказал – для сестры, мол, она его разыскивает и, возможно, появится здесь. Так оно и вышло.
– Ничего не вышло. Никакая я ему не сестра, – оборвала его Рейчел. – Когда он впервые появился в Ясном?
– Да уж и не припомню, три-четыре года назад.
– И что ему здесь понадобилось?
– Ну и вопрос. А что людям нужно в Нью-Йорке? У каждого есть причина. О своих он мне не докладывал.
– А как получилось, что он стал у вас шофером?
– Как-то он зашел покатать шары, а я спросил, не нужна ли ему работа. Он сказал, что неплохо бы, так оно все и началось. Впрочем, постоянной работой это не назовешь. Просто был на подхвате на случай, если кого-нибудь надо подвезти. Вообще-то гости у нас в основном на своих ездят.