Тесен мир
Шрифт:
– Не скажи, – усмехнулся Дан. – Если решился на убийство, следует получить от него все удовольствие. Ведь это месть, мы оба понимаем это, – не какая-то там профилактическая ампутация, где боль стараются свести к минимуму. В идеале хотелось бы довести тебя до истерики, но раз это нереально, хотя бы дам тебе время вглядеться в смерть. Ты ведь не из тех, кого это радует?
– И что, по-твоему, я увижу? – спросил Рэй, тоже кривя губы. – Ну, не станет меня – и все дела! Жаль, конечно, но когда это случится, огорчаться будет некому. Или ты тоже
– Возможно, взвешивают не они.
– Кто же?
– Само мироздание. Законы, по которым живет Вселенная. Думаешь, ты вполне их постиг? Вот я не убежден.
– И каковы эти законы? – хмыкнул капитан. – Нет, в самом деле, Тигр, как с их помощью поддерживаются мировой порядок и вселенская справедливость? У тебя есть какие-то предположения на сей счет? Я уж не говорю о гипотезах.
– Мой бывший маленький брат…
– Бывший? – вскинул брови Рэй.
– Бывший маленький, – уточнил Дан. – Братом он, понятное дело, остался. Так вот, мой Эри убежден, что все мы крутимся в кольцах судьбы, разной ширины и протяженности. И в конце каждого цикла минуем некий заслон, теряя сознательную память, чтобы уйти затем на новый круг.
– Это обнадеживает, а?
– Но от того, как пройден предыдущий круг, зависит уровень следующего. Можно подниматься с каждым циклом, а можно нисходить. Либо крутиться по единственному кругу, что, по мнению Эри, равносильно смерти.
– Любопытная версия, – признал Рэй. – Во всяком случае, привносит некую ответственность за поступки. Но ведь это лишь догадки твоего братца?
– Он утверждает, что наблюдал такое кольцо собственными глазами. Эри ведь немножко маг, ты не знал?
– И тебе он врать не станет, верно? Да и ты не стал бы сейчас сочинять.
– Рэй задумался на минуту, затем покачал головой: – Жаль, жаль, что мы забываем прошлые круги!.. Конечно, если они были.
– Может, и остается кое-что, – возразил Дан. – Иначе откуда взялись байки про загробную жизнь, посмертное возмездие, Подземелье? А возможно, есть те, кто не теряет ничего и для кого круги сливаются в спираль, бесконечную как Космос. По-твоему, невозможно?
– Но нам-то это не грозит, правда? А мне так и вовсе…
– В нынешнем круге – наверняка. Слишком много ненависти ты уже разбудил.
Плохо, что он настолько спокоен, посетовал Рэй. Спокойного трудно отвернуть, почти невозможно. Вот если бы Дан не перекипел… Как говорится, от ненависти до любви… ну, не до любви, ладно, – до прощения.
– А ты не думал, что ненависть – это разновидность любви!? – закинул Рэй новую удочку, без особой надежды хватаясь на подсказку. – Недаром же они так легко меняются местами!
– Только у больных, – не согласился Дан. брат считает, будто на них наложено заклятие.
– Уместный термин!
– Ну, назови это
– Не знаю, не знаю. Помнится, в юности я преклоняло перед Божественной, обожал ее до фанатизма. Но когда втора жение на Второй Материк захлебнулось…
– …ты стал богине мстить, выискивая ее подобия в дилан. ках? – Призрак усмехнулся. – Придумай что-нибудь убедительней.
Да, действительно, вздохнул Рэй, Как-то не очень стыкуется с общей концепцией меня.
– Хотя в то, что сейчас ты не любишь Ю, поверить легко, – прибавил Дан.
– А если бы плавал мельче, вполне мог бы податься в ее убийцы. И это забавно, поскольку мой Эри тоже начинал с поклонения Ю. Но как далеко разошлись ваши пути!
– Не слишком ли часто ты поминаешь брата? – поддел Рэй.
– Ну, если учесть, что этот визит – наше совместное деяние…
– Может, сговоримся все-таки? – спросил капитан наудачу. – Дай хотя бы немного времени. Ведь на самом взлете сбиваешь!
– Сегодня не твой день, Рэй, – ответил Тигр, качая головой диланки.
– Подождем до завтра, да? – ухмыльнулся тот. – А если я подскажу, где упрятан второй глубинник? И уж он должен оказаться крепче, поскольку сработан озерниками. Представляешь: несколько дней, и ты уже тут – во плоти!..
Но пушистая голова девочки продолжала качаться, будто заведенная.
– Нормальная цена, чего ты? – сказал Рэй, больше играя в торг – точнее, изображая такую игру. (А что ему оставалось?) – Или предлагай свою. Ну, сколько пожелаешь? Ты же знаешь: я держу слово, – мне просто невыгодно по-иному.
– Пожалуй, время выходит, Рэй, – сообщил Дан, словно извиняясь. – Иначе не смогу исполнить, зачем пришел… Вообще мне было интересно с тобой, – прибавил он, точно уже стоял над гробом.
Капитан осклабился, вдруг не найдясь, что ответить. Наверное, стоило попытаться выстрелить, схватиться за мечи – шансов, понятно, чуть, но хоть что-то. Можно ведь и с призраками бороться, если знаешь средства? Должны же быть какие-то способы!..
Но Рэя охватило оцепенение. Лишь позорная дрожь сотрясала все сильнее: тело предало окончательно. Он даже не смог отступить назад, хотя бы заслониться. Еще и голос пропал напрочь. Хотя кого Рэй мог бы сейчас позвать?
С улыбкой, почти сочувственной, диланка надвинулась, поднялась на цыпочки, даже слегка взмыла в воздух. Протянув нежную руку, пофузила ее в грудь Рэя, легко пронзив панцирь, кожу, мускулы, ребра, и мягко сдавила сердце. Это оказалось совсем не больно, разве сделалось еще холоднее. Опустив лицо, он с любопытством поглядел на удивительный этот фокус, непонятно как исполненный. Конечно, если допустить, будто это настоящий призрак, пришедший оттуда, из-за порога… Но тогда складывается иная картинка, совсем иная. Где реалиями становятся души… загробная жизнь… возмездие…