Теряя Логана
Шрифт:
— Красота, — улыбаюсь я, осознавая, что Карлос не с панталыку придумал программу сегодняшнего дня, как позволил мне поверить сначала.
— Мы будем праздновать первый день нашей оставшейся жизни. — Он открывает и протягивает мне бутылку. — Прости, я забыл бокалы.
Пожав плечами, я делаю маленький глоток. Вино приятно мягкое и на вкус слегка напоминает яблоки.
— Неплохо.
Карлос подмигивает и забирает у меня бутылку.
— А ты уверен, что тебе стоит пить? — спрашиваю я, зная, что нам предстоит ветреная дорога назад.
— Я лишь пригублю. К тому же, я к этому привычен. —
Как оказалось, с остатками еды и творческим подходом Карлос умудрился устроить нам целый маленький пир. Разделавшись с едой и третью бутылки вина, мы укладываемся на покрывале, расслабленно нежась под солнцем.
— Как думаешь, могут умершие находиться рядом с нами? — тихо спрашиваю я.
Карлос переворачивается на бок и подпирает голову согнутой в локте рукой. Он практически прижимается ко мне. С кем-либо другим такая близость показалась бы мне неуместной, но с Карлосом она дарит мне спокойствие.
— Думаю, да.
— Правда?
— Конечно. Иногда мы так сильно привязаны к людям, что можем ощущать их рядом с нами все время.
Я вздыхаю. Я же не совсем это имела в виду.
— А как насчет призраков?
— Призраков? — в его голосе слышится беспокойство.
Вот черт.
— Да. Я о том, что иногда, когда люди умирают, они могут просто… как бы это сказать… ну не знаю. Все еще быть здесь?
Карлос ложится на спину, сложив руки под головой.
— Если научно-фантастический канал и научил нас чему-то, так это тому, что призраки везде, — смеется он. — Все эти бедные души со своими незаконченными делами.
— Незаконченными делами? — переспрашиваю я, глядя на него.
— Ага. Они их здесь и держат — по крайней мере, именно так говорят парни в той передаче про охотников за призраками. Мол, им нужно что-то завершить на земле или что-то вроде того.
— Не думала, что ты смотришь эту чушь, — шучу я, прокручивая его слова в голове.
— Не суди меня, — фыркает он. — А с чего такой вопрос? Ты чувствуешь, что тебя кто-то преследует?
Я решаю быть насколько возможно честной.
— У меня иногда такое чувство, как будто я все еще могу его слышать. Логана, я имею в виду. Или видеть краем глаза.
— У меня было то же самое после смерти младшего брата. Первое время я словно ощущал его в доме. Время от времени мне казалось, что я его вижу, но это разум играл шутки со мной.
Мне знакомо это чувство. Я ощущала то же самое после смерти папы. Повернувшись, я утыкаюсь лбом Карлосу в грудь, и он поглаживает меня по спине, пока я не засыпаю.
Мне снится кладбище и лицо Логана, когда я кричала на него. Позади него с мечом в руке идет каменный ангел. Остановившись прямо за спиной Логана, он поднимает меч, словно собираясь им срубить ему голову.
Меня внезапно будит раскат грома. Потемневшие небеса разверзаются, и на нас начинает лить дождь. Я хватаю корзинку, а Карлос — покрывало, и мы хохоча бежим к машине. Пристегнувшись и посмотрев в окно, я вижу стоящего у дороги Логана. Он смотрит на меня, и улыбка сползает с моего лица.
Когда мы подъезжаем к «Чайной комнате»,
— Открытый микрофон? [3] — с надеждой спрашиваю я.
Он широко улыбается.
Передняя часть зала внутри уставлена длинными бархатными диванчиками бардового цвета и викторианскими стульями с высокими спинками, дальше идут маленькие круглые столики. На стенах висят зеркала в покрытых позолотой и бронзой рамах и полки, заставленные вазами с орнаментом, подсвечниками и разными античными штучками. Я направляюсь к столику в заднем углу — самому затемненному углу зала. На столике, в стеклянной «под изморозь», подставке мерцает единственная свеча. Из ниоткуда появляется Лана, хозяйка заведения и эксперт по чаю. Черные как смоль волосы Ланы уложены волной в стиле 1950-х годов, кожа покрыта морщинками, а у узких глаз теплый карий оттенок. Она сжимает меня в объятиях — что делает со всеми постоянными посетителями, — и со мной остается густой аромат ее лавандового парфюма, даже когда она обнимает Карлоса.
3
Open Miс или Открытый Микрофон — мероприятие, в рамках которого может выступить любой желающий, даже только что вышедший из зала.
— Очень рада вас видеть! — тепло приветствует она нас, и в ее голосе практически не заметен корейский акцент. — Садитесь, садитесь.
Мы усаживаемся в кресла, и она мягко забирает из руки Карлоса его гитару.
— Положу ее для тебя на сцене.
Приложив свободную руку к подбородку, она прищурившись смотрит на меня.
— Думаю, сегодня ты попробуешь имбирно-манговый чай, а ты — малиновый с медом?
Мы оба улыбаясь киваем. В первое наше посещение я сделала ошибку, попросив меню, и Лана перебрала около сорока видов чая, прежде чем решила, что же я буду пить. С тех пор мы никогда не заказываем себе чай сами, и напитки выбирает нам она. Я совсем не против. За три года она ни разу не падала мне то, что бы мне не пришлось по вкусу.
Карлос провожает ее взглядом и наблюдает, как она осторожно кладет его гитару рядом со старым музыкальном автоматом у сцены. Сцена представляет собой маленький квадрат с подключенным к старому усилителю микрофоном и потертым бардовым стулом. Но Карлос любит выступать здесь больше всего. Здесь тихо, интимно, и тут идеальная акустика.
Чуть развернувшись, Карлос кивает головой поверх плеча.
— Он здесь.
Я вскидываю голову. На одну идиотскую секунду я решаю, что он говорит о Логане. Осматриваюсь, но Логана не вижу.
— Кого? — в замешательстве спрашиваю я.
— За мной слева. Нет, слева с моей стороны.
Я смотрю ему через плечо. Красавчик из «Блумингдейл» пришел с двумя друзьями.
— Ты?..
— Я может и упомянул, что прихожу сюда иногда поиграть, — насупился Карлос, — но уж точно его не приглашал.
— Почему нет?
Он поправляет полы своего серого жилета.
— Если бы я знал, что он придет, то…
— Струсил бы?
Подняв плечо, он с дерзкой улыбкой касается им своего плеча.