Теряя Логана
Шрифт:
Я глубоко вздыхаю.
— Помню, как тем вечером к нам пришли полицейские. Мама как подкошенная рухнула на пол и посмотрела на меня таким жутким взглядом, что я все поняла. Это я виновата в смерти папы. Он сел за руль тем вечером из-за меня.
Я чувствую, как Логан берет меня за руку.
— Зои, ты в этом не виновата.
Я наклоняю голову.
— Знаю. Но понимаешь, я не могла себя простить и не могла егоотпустить. — Я делаю шаг вперед, и Жнец протягивает мне
Жнец снимает с головы капюшон, и я вижу в лунном свете лицо папы. Я бросаюсь к нему в объятия, утыкаюсь лицом ему в грудь и даю волю слезам.
— Милая моя. Мне так жаль. — Папа гладит меня по голове, прижимает к себе. — Я никогда бы тебя не оставил, ты это знаешь.
Я киваю, шмыгая носом.
— Знаю, папа.
Он чуть-чуть отдвигает меня, и подняв на него взгляд, я вижу в его глазах боль.
— Теперь ты знаешь, что должна сделать?
— Я не хочу, — мотаю я головой.
— Мистер Рид, — пораженно выдыхает Логан. — Зои, как давно ты поняла?
— На мосту. Он хотел помочь мне, когда я висела над пропастью. Я вспомнила, как в детстве упала и папа протянул мне руку, чтобы помочь подняться. Тогда я еще не была уверена, что права в своей догадке, но позже, в больнице, у меня было много времени, чтобы подумать об этом и сложить разрозненные кусочки вместе.
— Моя милая, сильная, упрямая малышка. Кто еще мог поступить, как ты? У кого еще сердце полно такой любви и храбрости, чтобы все это сделать? Я так тобой горжусь.
Я отпускаю его руку и оборачиваюсь к Логану.
— Прости меня, Логан, за то, что я этого не осознавала. Папа пытался сказать мне, да и ты сам чувствовал это где-то в глубине души.
— О чем ты, Зои? Я тебя совсем не понимаю.
— Это я, я, а не какое-то незаконченное дело, держала тебя здесь. И чем больше я нуждалась в тебе, тем сильнее ты становился. Вот почему иногда я могла тебя ощущать. Я так отчаянно нуждалась в тебе, что заставляла тебя оставаться рядом со мной. Мне так жаль, Логан.
— Я не понимаю. — Он берет мои руки в свои. — Что это значит?
— Это значит, что Зои обладает властью, она — своеобразная сила природы. Зои держалась за нас так крепко, что мы не могли уйти, даже когда должны были это сделать.
— Я не хотела, — шепчу я. — Я просто не могла вас потерять. Никого из вас.
Логан проводит подушечками пальцев по моей щеке.
— Я знаю, Зои. Я не виню тебя. Я и сам не хотел уходить.
Я делаю глубокий вдох, и в рот попадает скатившаяся по верхней губе слезинка.
— Но теперь я должна сделать самую тяжелую для меня вещь на свете — отпустить вас.
Логан притягивает меня к себе, и я чувствую его — все тело, с головы до ног.
— Нет, не нужно, Зои. Пожалуйста, — молит он.
И
— Ты не можешь остаться. Как бы сильно тебе этого не хотелось, как бы сильно этого не хотелось мне. Ты не должен больше так страдать.
Логан берет мое лицо в свои ладони.
— Лучше я буду миллион лет страдать рядом с тобой, чем снова потеряю тебя. Это нечестно. Мы только-только нашли друг друга.
Текущие по моим щекам горячие слезы, скатываются ему на ладони.
За моей спиной раздается голос папы, и Логан переводит взгляд на него:
— Ты не оставишь ее — во всяком случае, не совсем. Для нас время течет по-другому, Логан. Здесь она проживет целую жизнь, а для нас, там, куда мы уйдем, пройдет всего лишь мгновение. И ты снова увидишь ее.
Логан неверяще качает головой.
— Почему вы в этом так уверены?
— Потому что любовь, настоящая любовь, вечна. Она создает связь, которую невозможно разрушить. Поэтому-то вам и дано было время, которое вы провели вместе. Твоя жизнь рано оборвалась, но до того, как ты мог уйти, до того, как она могла тебя отпустить, между вами должна была быть создана связь.
Я закрываю веки, прогоняя из глаз оставшуюся влагу.
— Я люблю тебя, Логан. И буду любить вечно. Но нам пора друг друга отпустить. — Слова ножом режут мне сердце. Ничто еще не причиняло мне такой боли, и наверное уже не причинит, даже если я проживу еще сотню лет.
— Я тоже люблю тебя, Зои. — Логан снова целует меня, в этот раз мягко и нежно, поцелуем, полным надежды и невысказанных обещаний. Он выпускает меня из своих рук и отступает назад. — Я буду ждать тебя.
— Я знаю, — отвечаю я и провожу языком по своим губам, в последний раз ощущая вкус Логана на них.
Папа протягивает к Логану руку и уводит его в сторону от меня. Начавшаяся в ногах дрожь ползет вверх, охватывая все мое тело. Логан с улыбкой оглядывается через плечо.
— Сделай мне одолжение. Заставь меня ждать очень, очень долго. Ладно?
Я киваю, потому что не осмеливаюсь открыть рта — слишком боюсь того, что могу произнести. Подняв лицо к небесам, я закрываю глаза и медленно дышу, пытаясь унять дрожь. Когда я их открываю, Логана и папы больше нет. Я падаю на колени и горько рыдаю в ладони. Не знаю, сколько времени я плачу, но я плачу, пока не иссякают слезы и я уже не чувствую ничего, кроме бесконечной пустоты в том месте, которое занимал в моем сердце Логан. Поднявшись на ноги, я отряхиваюсь. У меня впереди вся жизнь. И желательно прожить ее чертовски здорово, потому что я буду жить не только за себя. Уже нет.