Тернистый путь
Шрифт:
— Саныч! А что это ты там ищешь? Потерял что-то? — подозрительно спросила она. Сан Саныч продолжал всматриваться в траву.
— Да нет, ничего.
— Который день сам не свой, по кустам рыщешь, а говоришь, что ничего не потерял. Говорю тебе, ничего ценного в твоем пиджаке не было. Бумажки одни.
— Зина! Я потерял чужую вещь. Очень важную! — сообщил он.
— Да что за вещь-то такая? Скажи, может, я видела? — спросила Зинаида.
Сан Саныч замялся:
— Важная вещь! Мне дали на сохранение, а я недоглядел.
Зинаида смотрела, укоризненно качая головой:
— Вчера не нашел и сегодня не найдешь. Может, она и не здесь вовсе. Пойдем лучше чай пить, искатель.
Сан Саныч прервал свое занятие:
— Пойдем. Может, и правда где в другом месте обронил…
Сан Саныч горестно вздохнул и пошел в дом. На кухне Зинаида, ставя перед Сан Санычем чашку с чаем, спросила снова:
— Так что за вещь ты потерял, тебя спрашиваю?
— Неважно. Это мои дела, — не захотел отвечать Сан Саныч. Зинаида даже руками всплеснула:
— А я тебе кто? Посторонний человек? Его дела, видишь ли! Зачем берешь чужие вещи?
— Хотел сразу отдать, да не получилось. С этой аварией еще… — сокрушался Сан Саныч.
— Ну так извинись, объяснись… Скажи честно, не деньги?
— Да нет. Не деньги… — тяжело вздохнул он.
— А чего вздыхаешь? Темнишь? Дорогое что-то? — забеспокоилась Зинаида.
— Не дешевое, — сухо ответил он. Зинаида завелась:
— Да сколько можно из тебя клещами тянуть?! Рассказывай наконец!
— Не могу. Не моя это тайна. Чужая. Одно могу сказать, эту вещь нужно найти.
Зинаида недовольно фыркнула и отвернулась.
— Спасибо, Зинуля… Все очень вкусно… — робко поблагодарил Сан Саныч. — Ты меня так кормишь, что я скоро растолстею…
— Ничего! Хорошего человека должно быть много… — оттаяла Зинаида.
Сан Саныч встал из-за стола.
— Пора мне, Зина, идти… Схожу на переезд… поищу свою вещичку. Может, при аварии из кармана выпала?
— Ну разве можно так из-за всего переживать?! — расстроенно взглянула на него Зинаида.
— Ну а как же иначе-то? Мне на хранение ценную вещь доверили, а я потерял ее… Ты пойми… Если я не смогу вернуть эту вещицу, которую на сохранение взял, то получается, как будто украл ее…
Зинаида тяжело опустилась на стул.
Костя активно готовился к предстоящему пикнику. На кухонном столе перед ним стояла пластиковая плошка с маринованным мясом. Костя время от времени пробовал рассол на вкус, вдохновенно подсыпая специи. На кухню зашла Катя, и Костя, не обращая внимания на ее недовольный вид, улыбнулся:
— Все готово, мясо просто идеальное.
— А хлеб, овощи взял? — уточнила она. Костя поставил перед ней плетеную корзину.
— Вот. Проверь, кстати. Я мог что-нибудь забыть. Катя начала перебирать то, что упаковано в корзине, недовольно бурча:
— Не очень мне нравится эта идея с пикником.
— Почему? Мы отлично проведем время.
Катя пожала плечами:
— Только из-за него я и согласилась. Салфетки надо взять, — добавила она, направляясь к буфету.
Укладывая в корзину салфетки, Катя продолжала недовольным тоном:
— И погода не очень. Сыро. Вдруг Леша простынет?
— Ну, во-первых, мы разведем костер, а во-вторых, можно взять плед, — решил Костя.
Катя согласно кивнула:
— Обязательно. А где он?
— У меня в комнате, в шкафу, — кивнул в сторону комнаты Костя.
— Пойду возьму, — поспешила Катя.
Костя внимательно оглядел все припасы, вынул пакет с углем и спрятал его за дверь. Затем с непринужденным видом принялся дальше паковать корзину.
В кухню зашел Самойлов, вид у него был помятый, с похмелья он был хмур и невесел.
— О, папа! Доброе утро! А мы решили на пикник сходить, — изобразил радость Костя.
— Молодцы. Все, как в былые времена, — кивнул отец, доставая из холодильника пакет с соком и наливая себе стакан. — Я рад, что вы с братом снова начали нормально общаться.
— Я чувствую огромную вину перед Лешей. И сделаю все, чтобы наши отношения стали такими, как раньше… — покаянно сказал Костя.
— Это правильно, Костя. Очень хорошо, что ты смог перешагнуть через личные обиды, — одобрительно кивнул отец.
— Да. Я не хочу больше склок. Пусть женится на Кате. Они действительно хорошая пара.
— Мне очень приятно, что ты пришел к такому выводу. Это по-мужски, — заключил Борис, с благодарностью глядя на Костю.
Тот изображал саму честность и бескорыстность. Самойлов снова подлил себе сока в стакан. Костя сменил тему:
— Пап, а как у вас с мамой? Я так понимаю, что вы виделись?
— Да, виделись, — мрачно ответил тот.
— И что? Когда она вернется? —.спросил Костя, пряча штопор в корзину.
— К сожалению, она пока не дала мне ответа… На некоторое время Самойлов задумался, опустив глаза. Костя нарушил молчание:
— Знаешь… Мне кажется, она поступила так потому, что ты давал ей слишком много свободы.
Самойлов удивленно поднял глаза на Костю, а тот продолжал:
— Теперь тебе надо бороться за нее. А в любви, как на войне, — все средства хороши.
— Я это прекрасно понимаю. Но, к сожалению, это понимаю не я один. Противник тоже не дремлет, если уж прибегать к военной терминологии, — сообщил Борис.
— Но ведь ты не позволишь, чтобы дядя… чтобы Буравин увел ее?
— Не позволю. — Борис вздохнул, поставил пустой стакан на стол и направился к выходу. — Но ты не думай об этом. Я все улажу. Лучше поддержи брата. У вас пикник, повеселитесь от души.
— Хорошо, папа, — кивнул Костя вслед уходящему отцу. Костя последний раз оглядел собранное и решил, что добавлять нечего. Он крикнул в сторону двери: