Тернистый путь
Шрифт:
— Хорошо. Но знай: если ты не вернешься, то сегодня мы видимся с тобой последний раз. — Это был удар ниже пояса, и Катя сама не верила в то, что говорила.
— Ты хорошо подумала, прежде чем сказать такие слова? — строго спросил Буравин.
Конечно, Катя мало думала перед тем, как это сказать, совсем не думала, но ответила с вызовом:
— Разумеется.
— Ну что ж… Ты не оставляешь мне выбора, дочь. Ведь ты меня знаешь, если я принял решение, я его не изменяю.
— Но
Стало видно, как дочь и отец похожи друг на друга в своем упрямстве и настойчивости. Только отец был уверен, а Катя совсем не уверена, ей хотелось как-то по-другому завершить разговор. И отец это почувствовал.
— А может быть, прежде чем уйти, ты все-таки выслушаешь меня? — спросил он. — И тогда ты поймешь, что я не мог поступить иначе.
Катя готова была его слушать вечно, но признаться в этом не могла.
— Вряд ли я пойму тебя, — заметила она.
— Ну хотя бы попытайся, — попросил Буравин.
— Хорошо, — согласилась Катя.
— Понимаешь, Катя, я сейчас пытаюсь исправить ошибку, которую совершил много лет назад, еще до того, как ты появилась на свет, — начал свой рассказ Буравин.
— И в чем же была твоя ошибка?
— В женитьбе на твоей матери, Таисии. Я не должен был этого делать.
— Интересно… — Кате не было интересно, ей было неприятно это слышать.
— Я любил другую женщину, — продолжал Буравин.
— Полину Константиновну? — догадалась Катя.
— Да, дочка. И мне нужно было сделать все, чтобы она стала моей. Но жизнь сложилась иначе.
— То есть ты хочешь сказать, что и я была ошибкой? — У Кати задрожал голос. Превратиться из любимой дочери в нежеланного ребенка — это уж слишком!
— При чем тут ты? — удивился Буравин.
— Но ведь у вас родилась я! А если твоя жизнь с мамой была ошибкой, значит, и я — тоже?
Катя, я тебя люблю, я был счастлив, когда ты родилась, — улыбнулся Буравин. — Ты — мой ребенок, я всегда буду рядом с тобой. Но я не могу никого больше обманывать.
— Я поняла. Значит, все это время ты нас обманывал.
— Да нет же… Катя, ты уже взрослая, ты ведь должна понимать, что сердце невозможно заставить любить! — попытался объяснить отец.
— Да, папа. Я понимаю. Эта Полина тебе важней, чем мы с мамой. Чем твоя семья.
— Ты меня неправильно поняла… — в который раз сказал Буравин.
— Нет, правильно! Я не заставляю тебя меня любить! Не напрягайся! Обойдусь! — В Кате говорил обиженный ребенок. Она отвернулась, пряча слезы, и побежала к двери.
— Катя, постой!..
Но Катя уже не слышала его.
Поскольку Машу вызвали домой
— Мама, почему Машу так срочно вызвали домой? Что там у нее случилось? Не дай Бог, что-то с бабой Зиной или Сан Санычем!
— Я не знаю, — сказала Полина. — Голос у ее бабушки был взволнованный, но достаточно бодрый.
— Ты же понимаешь, сынок, ее бабушка — пожилой человек, мало ли что могло случиться… Давление подскочило, или сердце расшалилось… Я уверен, что все обойдется, — предположил Самойлов.
— Маша скоро вернется и расскажет все сама, — успокоила сына мать.
— Я так за нее переживаю. Она чувствует мою боль и помогает мне с ней бороться. Но иногда мне кажется, что я тоже чувствую, когда ей плохо. Вот как сейчас… Мне кажется, с ней происходит что-то нехорошее. А я ничем не могу ей помочь…
Алеша, я тебя уверяю, Маша достаточно сильный человек, чтобы справиться со своими проблемами самостоятельно. А тебе надо отдохнуть. Давай я помогу тебе дойти до твоей комнаты, — предложила Полина.
— Спасибо, мама. Я, правда, что-то устал сегодня…
Добравшись до кровати, Алеша сказал:
— Спасибо, мам, что помогла мне дойти. Я себя чувствую сейчас маленьким ребенком… — грустно усмехнулся он. — В детстве ты меня так же отводила в кроватку и читала сказку на ночь…
— Не все сразу, сынок. Ты и так делаешь поразительные успехи.
— Но я буду тренироваться еще больше и скоро смогу ходить совершенно самостоятельно, как обычный здоровый человек, — стал убеждать и маму, и самого себя Алеша.
— Обязательно. Ты и бегать еще у нас будешь, — поддержала его Полина.
— А помнишь, как я мечтал научиться ходить… И боялся, что надежда окажется напрасной…
— Конечно, помню. Ты поставил себе цель — прийти к Кате на своих ногах.
— Мама, я добился своей цели. — Алеша решил поделиться с мамой своей сегодняшней победой. — Сегодня я виделся с Катей. И я подошел к ней сам, на своих ногах! Так что все получилось, как я хотел.
— Что?! — удивилась и обрадовалась одновременно Полина. — Ты встречался с Катей?
— Да, мама. Мы встретились случайно. Мы с ней разговаривали, и… она была так рада, что я выздоровел.
— А больше она тебе ничего не сказала? — взволнованно спросила Полина.
— Сказала… Она меня все еще любит, представляешь?
Не может быть! — искренне удившись Полина.
— Почему?
— Алеша, я раньше не хотела тебе говорить, ведь ты болел и тебя нельзя было волновать…
— Ты о чем, мама? — спросил Алеша.
— Дело в том, что Катя теперь с Костей. У них возобновились отношения…