Тернистый путь
Шрифт:
— Само собой… — с готовностью согласился Сан Саныч. Он понимал, что дело непростое, и радовался, что все так удачно, с его точки зрения, складывается.
— А то я найду человека, обнадежу его, а потом такое огорчение, — объяснил свое требование Лева.
— Хорошо. Никому больше не скажу, — еще раз подтвердил Сан Саныч.
— Оставьте номер вашего телефона, и я на-днях вам позвоню, — сказал Лева и протянул Сан Санычу салфетку и ручку.
Сан Саныч записал номер и протянул салфетку Леве.
— Ни о чем не волнуйтесь, — уверенно сказал
Они расстались, каждый невероятно довольный прошедшей беседой.
Лева достал мобильный телефон, набрал номер и, когда ему ответили, сказал:
— Яков? Это Лева. У меня есть интересующая вас информация. Да, да, по поводу ваших бриллиантов.
Лева снова был в игре, где можно делать деньги.
Положив трубку, Яков стал тут же собираться, чтобы потихоньку уйти. Но Ирина заметила это и спросила:
— Ты куда?
— Да так, один приятель позвонил… Давно не виделись, пойду навещу… — неопределенно ответил Яков.
— Яков, не пытайся меня обмануть, — какие у тебя здесь приятели? Ты в этом городе без году неделя! — Ирина видела мужа насквозь.
— Ну, не совсем приятель… Это Лева звонил, хозяин ресторана… Он узнал кое-что новое о наших камнях.
— И ты собрался бежать туда один, даже не сказав мне? — возмутилась жена.
— Да что ты, Ирочка, просто я хотел проверить… Может, там ничего интересного и нет, к чему тебя беспокоить? А если бы он сказал мне что-то важное, я обязательно поставил бы тебя в известность, — стал выкручиваться Яков.
Ирина приняла решение:
— Все ясно. На встречу пойду я.
— С какой стати? — удивился Яков.
— С такой. Если дело касается бриллиантов, оно касается в первую очередь меня. Значит, в ресторан должна идти я, — объяснила Ирина.
— Всю операцию организовал я! И ты не имеешь права сбрасывать меня со счетов! — стал отстаивать Яков свое место под солнцем.
— Видишь ли, дорогой, один раз ты уже прокололся, и теперь я займусь этим делом, — ангельским голосом сказала Ирина. — Посмотрю, что это за Лева такой и что он может нам сообщить.
Яков знал, что с ней лучше не спорить.
— Ради Бога, иди, раз тебе так хочется, — заулыбался он. — Я просто хотел оградить тебя от рутинных забот…
Ирина ушла, а Яков положил под язык валидол и сел в кресло — ждать.
Буравин ждал Самойлова, как и договорились, в кафе. Он готовился к беседе, но то, что он увидел и услышал, превзошло все его ожидания. Самойлов подошел к столику, схватил Буравина за грудки и поднял со стула.
— Я тебя убью, гнида! Где мой сын? — заорал он. Буравин инстинктивно стал защищаться. Он ничего не понимал.
Подоспевший следователь попытался разнять бывших друзей и компаньонов.
— Так, Борис, успокойся! — сказал он Самойлову. Буравин, освободившись от мертвой хватки Самойлова, оправил пиджак и спросил с негодованием:
— Что с тобой? Как ты мог такое подумать!
— И ты еще пытаешься прикинуться невиновным? Говори, где
— Ты меня и так подставил, я остался ни с чем. А теперь ты на меня еще и похищение вешаешь! — Буравин понимал, что дела его — хуже некуда.
— Я вешаю? Это твоих рук дело, подонок! Отомстить мне решил? Думаешь, я не понял этого?
Следователь сильным рывком отстранил Самойлова от Буравина и встал между ними.
— Так! Спокойно! Без рук.
Все замолчали. Следователь помолчал и официальным тоном объявил Буравину:
— Виктор, я вынужден задержать тебя до выяснения всех обстоятельств. К сожалению, пока что ты — единственный подозреваемый. Единственный человек, у которого есть мотив.
Буравин напрягся, как перед ударом. В один день его жизнь рухнула, а количество бед превысило все возможные пределы. Это он окончательно осознал, оказавшись в кабинете у следователя. Но Булавин был не из тех людей, которых легко сломать. Он был готов бороться.
— Зачем ты меня сюда привез, Гриша? Я арестован? Тогда я требую предъявить мне официальное обвинение, — заявил он следователю.
— Ну это не проблема. Вы, гражданин Буравин, подозреваетесь в похищении сына своего компаньона! — определенно ответил Буряк.
— Это какого же компаньона ты имеешь в виду? — переспросил Буравин.
— Не валяй дурака, Виктор. У тебя всего один компаньон — Борис Самойлов. И его сын, Алексей, похищен.
— Самойлов мне больше не компаньон. Разве ты не знаешь, что он меня разорил и фактически выгнал из совместного бизнеса? И теперь мы с ним не компаньоны, а конкуренты! — Буравин кипел от негодования.
Но следователь был на удивление спокоен:
— И на какую же сумму он тебя кинул?
— Если учесть, что большая часть компании принадлежала мне, то Борис ограбил меня примерно на два миллиона долларов, — сказал Буравин, даже не подозревая, какую знаковую сумму он сей час назвал.
— Два миллиона? — переспросил следователь. — Забавно… И после этого ты пытаешься меня убедить, что не похищал его сына?
— Не понимаю, что тебя так забавляет! — искренне удивился Буравин.
— А то, что у тебя есть мотив для совершения преступления. К тому же за Лешу требуют выкуп именно два миллиона долларов. Тебе не кажется странным это совпадение?
Буравин занервничал, понимая, что это ловушка:
— Какая чушь! Это просто совпадение.
— А вот я так не считаю, — строго сказал следователь.
Он достал письмо похитителей с угрозами, показал Буравину и официально спросил:
— Это письмо вам знакомо?
— Впервые вижу, — ответил Буравин. Следователь поднялся из-за стола и подошел к Буравину вплотную:
— Кто подбросил письмо? Кто ваши сообщники?
— Все понятно, — сказал Буравин. — Я знаю, вы с Самойловым близкие друзья, поэтому ты на его стороне. Мало того, что он обманным путем меня разорил, так ему этого мало. Он решил меня в тюрьму посадить, чтоб подальше с глаз.