Термитник Хеллстрома

Герберт Фрэнк Патрик

– У него есть охрана?

– Нет! Просто местные знают о его делах. И мы держимся подальше.

– Насколько сильно доктор расстраивается, если кто-нибудь портит его кино или эксперименты? – поинтересовался Перудж. – Он что, начинает стрелять?

– Ну что вы! – воскликнул Крафт. – Доктор никому вреда не причинит. Но за словом в карман не полезет. Кроме того, у него влиятельные друзья. И еще он платит, когда нужно и кому нужно.

Вот оно что, подумал Перудж. Это объясняет странное поведение местных властей. Для Крафта его должность –

настоящая синекура. И он, разумеется, сделает все, чтобы не потерять ее.

– Ладно, – произнес он. – Поедем и попробуем не расстроить доктора Хеллстрома.

– Отлично, сэр.

Крафт нажал на газ, стараясь выглядеть спокойным. Приказ Хеллстрома был предельно ясен: это рядовое расследование, власти ищут пропавшего без вести человека, поэтому все оказывают заявителю максимальное содействие.

Фургон Крафта подъехал к ферме с северной стороны, и постепенно перед Перуджем открылась вся долина. Строения фермы ему понравились. Ферму строили в те времена, когда материалы тратили, не думая об экономии и дефиците. Ни на одном из древесных блоков, из которых были сложены стены главного дома и амбара, не было ни единого сучка, хотя дерево от времени и воздействия погоды стало темно-серым и, вероятно, нуждалось в покраске. Почему Хеллстром не подновил ферму?

Крафт остановил фургон у ворот, параллельно ограде.

– Отсюда пойдем пешком, – сказал он. – Доктор не любит, когда подъезжают к зданиям на машине.

– Почему?

– Наверное, это связано с его работой.

– Дома можно было бы и покрасить, – заметил Перудж, выбираясь из машины.

Закрывая дверцу, Крафт объяснил:

– Я слышал, доктор использовал какую-то защитную пропитку для дерева. Бревна прочные и не гниют, хотя и выглядят так, будто им много лет.

– Ясно, – кивнул Перудж и, подойдя к воротам, остановился, поджидая помощника шерифа.

Потом спросил, показав на невысокий бетонный куб слева от ворот:

– А что это за строение?

– Похоже, насосная. Размеры подходят. А может, что-то, связанное с работой. Я не интересовался.

Крафт внимательно следил за Перуджем. В бетонном здании находилась аварийная вентиляционная система, ее люки открывались с помощью взрывов и были соединены с насосами. По всей территории были установлены схожие системы, но они были тщательно замаскированы.

– Хеллстром женат? – спросил Перудж.

Крафт открыл ворота и проговорил:

– Не знаю.

Он сделал шаг в сторону, чтобы пропустить Перуджа, закрыл ворота и продолжил:

– Здесь постоянно крутится множество хорошеньких девиц. Снимаются в кино, вероятно. Может, он думает, что нет смысла покупать корову, когда вокруг так много бесплатного молока? – Крафт рассмеялся своей старой шутке и добавил: – Ну что, пойдемте на ферму?

Пожав плечами, Перудж двинулся следом за помощником шерифа. Юмор у того был скучноватым. Этот Крафт на поверку оказался и не вполне городским жителем, и не деревенщиной, хотя и старался изо всех сил продемонстрировать, как он близок к земле. И эти попытки были столь явными, что Перудж насторожился. Он уже поставил себе цель внимательно следить

за помощником шерифа и теперь не только укрепился в своем намерении, но и решил быть предельно осторожным.

– Местечко-то довольно убогое, – заметил Перудж, стараясь не отставать от длинноногого Крафта. Несмотря на некую скованность в движениях, помощник шерифа двигался быстро и целеустремленно, словно не хотел, чтобы его спутник успел рассмотреть все в деталях.

– А по-моему, нормальное, – возразил Крафт. – Доктор следит за чистотой; все прибрано.

– Сельским хозяйством занимаются?

– Почти нет. Предки Хеллстрома выращивали и собирали гораздо больше. Молодежь, которая тут живет, весной сажает кукурузу и что-то еще, но они скорее изображают фермеров. Городские, что с них возьмешь? Все они из Голливуда или Нью-Йорка. Презирают нас, местных, а ферма для них – игрушка.

– У Хеллстрома много гостей?

Произнося это, Перудж подобрал пучок травы. Сухой, жаркий воздух вселял в него тревогу. Откуда-то доносился раздражающий нервы гул, а едва ощутимый животный запах напомнил о зверинце. Снаружи изгороди этот запах не ощущался, но по мере того, как они приближались к домам, он усиливался. Ручей справа был всего лишь тонкой струйкой воды, он впадал в маленькие озерца и омуты, соединенные узкими протоками, в которых медленно извивались под давлением течения длинные стебли водорослей. В верхней же части долины находился достаточно обильный водопад.

– Гостей? – переспросил Крафт после долгой паузы. – Порой ферма ими кишмя кишит. Нельзя плюнуть, чтобы в кого-нибудь не попасть. А иногда не более десяти-двенадцати.

– Что это за запах? – не выдержал Перудж.

– Какой запах? – удивился помощник шерифа и тут же сообразил: гость имеет в виду запах Термитника.

Запах, выходящий из вентиляционных шахт, как ни очищай воздух, ощущается вблизи домов фермы. Но Крафту он всегда нравился – напоминал ему о детстве.

– Звериный запах. Откуда он?

– По-моему, это связано с работой доктора. Он там всяких мышей и прочую живность держит в клетках. Я видел. Реально – зоопарк!

– А водопад не замерзает?

– Нет. Красиво, правда?

– На любителя. А куда уходит вода? Там, внизу, ручеек маленький. А водопад большой.

Крафт внимательно посмотрел на Перуджа, и тот остановился.

– Наверное, впитывает земля, – предположил Крафт. Он был готов объяснить, но не мог найти убедительных аргументов. – Может, доктор часть забирает – для полива или охлаждения. Я не знаю. Так мы идем?

– Секунду, – попросил Перудж. – Вы же сказали, что Хеллстром не занимается сельским хозяйством.

– Ну и что? Но ведь все равно ему нужна вода. А почему вы так заинтересовались ручьем?

– В этой долине много любопытного. Что-то здесь не так. Никаких насекомых. Даже птиц – и тех нет.

Крафт, почувствовав, как вдруг пересохло горло, сглотнул. Вероятно, накануне ночью здесь была основательная зачистка. Угораздило же Перуджа заметить отсутствие местной фауны!

– Когда жарко, птицы обычно прячутся туда, где прохладнее, – объяснил он.