Терминатор. Да придет спаситель
Шрифт:
Ужаснее всего были головы с отходящими от них проводами. Коннор смог лишь поблагодарить провидение за то, что глаза всех этих экспонатов были закрыты.
Но стоны доносились не от этих расчлененных тел, а откуда-то из глубины помещения, с другой стороны. Все человеческие чувства призывали его броситься на помощь несчастным, и Коннору стоило большого труда не свернуть с намеченного пути. Если машины уже проводят над этими беднягами свои эксперименты, он ничем не сможет им помочь. Как ему не раз говорили, ставка слишком высока и цена миссии выше нескольких человеческих жизней. Но сознание того, что он
Коннор ускорил шаги и продолжил свой путь. Судя по показаниям коммуникатора, он близок к цели. Если ему придется закончить свою жизнь в подобной кладовой, где-то в глубине обширного комплекса, погруженным в чан с желеобразным консервантом и с этикеткой на разлагающемся лице, это не принесет ничего хорошего ни Кайлу, ни Кейт, ни ему самому и никому другому.
Та часть Скайнет-Центра, где проводились эксперименты над живыми людьми, не оставалась без охраны. Машины были уверены в своем превосходстве над двуногими органическими существами, с которыми вели войну, но прекрасно знали, что их нельзя недооценивать. Это относилось даже к тем пленникам, которые были надежно заперты.
В самом начале войны установленный порядок был нарушен стихийной попыткой массового бегства. Мятеж был быстро подавлен, и подобные случаи давно не повторялись, но машины не теряли бдительности. В ограниченном пространстве не было необходимости держать большой контингент, но несколько Терминаторов всегда находилось на страже. Одного их присутствия уже было достаточно, чтобы пресечь всякую попытку сопротивления.
Т- 600 засек звук, которого не должно было быть. Неутомимая и бесстрастная машина, запрограммированная реагировать на малейшие звуковые или визуальные отклонения от нормы, немедленно развернулась и направилась в сторону предполагаемого источника возмущения.
Терминатор остановился у лифтовой шахты. Двери лифта были открыты, но за ними не просматривалась сама кабина. Еще одно отклонение от нормы. Вместо темноты глубокой вертикальной шахты должна быть освещенная кабина. В соответствии с программой, требующей подробного исследования любого несоответствия, Т-600 подошел ближе и осмотрел двери. Не обнаружив ничего необычного, он нагнулся вперед, чтобы проверить шахту.
Внимательный осмотр темных глубин не дал никаких результатов, и машина, повернув голову вверх, продолжала обследование. Отсутствующая кабина быстро нашлась — она застряла между двумя верхними этажами.
В этот момент сенсоры наткнулись на нечто необычное на самом тросе. Пока Терминатор проводил анализ странного нароста, пластид взорвался и перебил трос. Тяжелая кабина грузового лифта немедленно понеслась вниз.
Т- 600 обладал незаурядной мощью, но не отличался быстротой. Он умел наблюдать, анализировать и реагировать, но выполнение всех трех функций сразу не способствовало быстродействию. В результате многотонная кабина разорвала его пополам. Верхняя часть, увлекаемая лифтом, рухнула вниз. То, что осталось, пару мгновений покачивалось на ногах, потом перевернулось и с безжизненным лязгом упало на пол.
Коннор выбрался из-за двери, за которой висел над шахтой, и спрятал миниатюрный детонатор. Едва он успел перешагнуть через останки искалеченного
Затем он прислушался. Крики и стоны, доносившиеся из клеток, казалось, раздавались где-то в конце коридора. Он шагнул в направлении звука и попутно посмотрел на экран коммуникатора. Точка в центре достигла максимальной яркости.
Он добрался до места.
ГЛАВА 15
Маркус Райт вспомнил, как он умирал.
Яркие лампы. Сосредоточенные, бесстрастные лаборанты, в чем-то больше похожие на машины, чем устройства, которые им помогали. Слабая ноющая боль, распространяющаяся по всему телу, как будто кровь в нем медленно закипала. Но ничуть не похоже на погружение в дремоту.
Кроме того, ему было известно, что государство казнило его, используя усовершенствованный практикой и хорошо изученный процесс. На протяжении его беспорядочной и неспокойной жизни он был знаком с медленным развитием, медленным принятием пищи, медленным сексом. То, что происходило с ним в тот момент, было медленным убийством. Уничтожение индивидуума, простое и незамысловатое, обставленное так, чтобы ничто не оскорбило деликатных чувств общества, осудившего его на казнь.
В качестве опыта это было, по меньшей мере, интересно, хотя он знал, что не успеет проанализировать его, поскольку не сможет проснуться.
И вот теперь он просыпался.
Что прошло не так? Или так? Где он? Свет, бьющий в зажмуренные глаза, казался другим. Ярким, но не резким. И окружающая обстановка тоже изменилась. Появились инструменты, которых не было при его казни. Барабанные перепонки уловили другой звуковой фон. Изменился даже запах — чистота, но без мертвенной стерильности камеры, где совершалась его казнь. Он посмотрел на свое тело. Целое, неповрежденное. Восстановленное.
А потом он услышал голос. Ее голос.
— Мы знали, что ты вернешься. В конце концов, это было заложено в твою программу, Маркус.
В голове вспыхивают воспоминания. Он, живой, просыпается в новом мире. Кошмарная, непрекращающаяся война между человечеством и разумными машинами. Повсюду разруха и запустение. Выжившие люди полны отчаяния, растерянны и необщительны. Решительный подросток по имени Кайл Риз. Печальная девочка, которую зовут Звезда. Джон Коннор. Разрушению подверглись не только материальные объекты, сильно пострадали концепции и понятия.
Терминаторы.
Сан-Франциско.
Проникновение в обитель беспощадной смерти под названием Скайнет-Центр. Где он… Где он…
«Все не так», — сказал он себе. Изображение на экранах поражало своей красотой и уверенностью, которой раньше он не замечал. Эта уверенность казалась почти пугающей.
Он снова осмотрел свое тело, опять целое и неповрежденное, потом стал оглядывать один экран за другим.
— Что я такое? — крикнул он во весь голос.
— Тебя улучшили, Маркус. Это была нелегкая работа. Беспрецедентная. Теперь и ты беспрецедентный.