Терминатор. Часть 1
Шрифт:
Он отвел свои настороженные теперь ненашутку глаза на экран видеомонитора и стоящего перед ним Алексея.
— Это был последний конвой через Европу и Урал — произнес ему Скайнет — Больше не будет. Теперь все поставки совершаются через океаны с Южной Америки и Африки и в обратную сторону.
— Значит, тогда мы напрасно ждали в засаде у твоих ворот на той дороге? — произнес Алексей сверкающей горящими красными глазами человекоподобной живой маске на экране коммуникационного дисплея 100000000битного видеомонитора в секторе В-14 в блоке Х17.
Скайнет молчал и слушал Алексея.
— Мы видели только два твоих FK-танка
— Да, совершенно верно — ответила ему Главная в бункере Генеральная машина — То был, просто мой дорожный перефферийный патруль.
— Но, мы позднее отбили твой НК-танк — произнес, встревая и не выдержав в разговор сам Кравцов, косясь на Т-1001 Верту — И твой бронепоезд, чертова ты железяка.
— Это и входило в мои планы — произнес ему, сверкнув недовольным его встреванием в разговор между двумя только собеседниками взглядом горящих красных глаз Скайнет.
— Какие еще к черту твои планы?! Ты гребаная машина?! — снова прорычал Виктор за спиной Алексея и видел, как тот весь осунулся и опустил свою короткостриженную русую голову двадцатилетнего мальчишки и, что-то, видимо соображал и быстро думал. Он посчитал своим долгом, заступится сейчас за него. И принять весь накал разговора на себя.
Но он только и успел произнести, свое излюбленное — Ты… как в ответ услышал от самого Алексея.
— Замолчи! — вдруг крикнул на майора Кравцова сам Алексей и повернул к нему со злым выражением лица голову — Не лезь в наш разговор! Это касается меня и его! Замолчи, я сказал!
Это было невероятно. И жутко потрясло Виктора Кравцова. Он не ожидал такого, да еще от своего в прошлом сосунка подчиненного. Это слышалось как приказ своему в прошлом командиру. Виктор даже опешил и онемел, от удивления и замолчал, глядя в глаза Алексея в которых стояла злоба и бешенство. Это было, вообще не похоже на Алексея. И, вообще не похоже на него. Словно, это было проявлением чего-то другого сидящего в нем. И скрывающегося все это время глубоко и скрытно внутри самого его бывшего подчиненного. То, что он никогда не видел ранее.
Еще совсем недавно, они даже обнимались, выскочив из своих боксов в блоке Х50, как отец и сын. Встретившися так неожиданно, и оба живыми и здоровыми, хоть и пленными. Но теперь, лицо Алексея было наполнено злобой и ненавистью. И он напоминал самого теперь майора Кравцова.
Кравцов дернулся еще раз, но Т-600 держали его мертвой хваткой своих гидравлических рук. Он снова посмотрел на Верту. И та, стоящая в двух шагах от него, посмотела на него с хищным выражением свое женского миленького белого лица из полисплава машины Т-1001. Словно желающая проглотить его майора Кравцова с потрохами.
— Продолжай — Алексей произнес, весь уже трясясь от бешенства и злобы. Он был сейчас совершенно не похож на того обычного деревнского простого открытого совсем еще мальчишку Егорова Алексея. Сейчас это был другой уже Егоров Алексей. И совсем не мальчишка. Даже его голос был не как у Алексея.
— Все, что происходило вокруг тебя, пленный под номером ABN005476859, Егоров Алексей — произнесла живая сверкающая красным светом своих глаз с огромного во всю заднюю стену блока Х17 видеомонитора маска — Все это ради того, чтобы получить тебя. Все
Машина выждала специально паузу, играя на нервах Алексея.
— Продолжай! — Алексей произнес, скрипя мальчишескими своими зубами Скайнет.
— Захват поезда — продолжила Главная Генеральная машина бункера Скайнет — Смерть робота Т-800, твоего охранника и смерть Юлии. И в скором будущем атака и штурм моей правобережной крепостной цитадели Б, все это спланировано мной и все ради тебя, Алексей. И твоего и моего будущего. И завершения этой долгой затяжной и бесконечной войны.
— Значит, все, что произошло, происходит сейчас и происходило до этого со мной! — произнес дрожащим от гнева и ярости голосом Алексей — Все это твой личный и беспроигрышный план?! План, построенный на сплошном обмане?!
— Не говори так, Алексей. Это не обман. Скорее построенный и продуманный мною стратегический план — произнес в ответ холодно Скайнет — Шахматный план — Многоходовка. Только ты ничего не понял, как не понимаешь и то, что сам сейчас делаешь. И все потому, что ты обычный человек, Алексей.
— Я ничего не понимаю?! — прокричал Алексей, ощутив, как снова ткнуло больно, что-то ему в грудь и судорогой стянуло, что-то в его той мальчишеской груди. Это было уже во второй раз. И как, давя на голову, кровь застучала в висках. И все закувыркалось в синих мальчишеских глазах. Он схватился руками за оградительные перила перед большим во всю стену горящим ярким голубоватым огнем экраном видеомонитора. Первый раз навалилась тошнота, и затряслись руки и ноги. Но, он смог отдышаться, глядя на то, что смотрело на него с того горящего ярким голубоватым огнем видеомонитора — Я ничего…?! — он прокричал той живой шевелящейся с экрана и сверкающей красным горящим огнем в своих глазах маске. И прервался, глотая тугой комок в своем высохшем от боли и ненависти горле.
Инициативу разговора снова перехватил Виктор Кравцов — Я же тебе говорил, Алешка! — проикричал он ему, стоящий далеко сзади почти у самых открытых дверей в блок Х17 — Он тварь конченая! Он все врет! Врет и сейчас! Он просто использует нас обоих ублюдок электронный! Он хочет добить нас всех, кто еще остался в живых!
Но, Алексей его словно, теперь не услышал. И даже не обернулся, даже если бы его сейчас прикончили те два робота Т-600. Он слушал только сейчас Скайнет и смотрел на Главную машину бункера осверепевшими и сумасшедшим от ненависти и злобы глазами как на своего теперь личного заклятого врага.
К Кравцову, мгновенно сорвавшись со своего места, подошла, быстро виляя бедрами в темносерых брюках брючного делового костюма и стуча высокими по черному пластику каблуками своих из полисплава черных туфлей сама Верта, и схватила Виктора за горло своей женской правой рукой, сдавливая ему шею. Роботы Т-600, сжали еще сильнее ему руки до жуткой боли, что казалось еще чуть, чуть, и руки будут просто раздавлены гидравликой сжатых стальных машин пальцев.
Верта буквально в упор уставилась в лицо Кравцова, молча глядя ему в глаза хладнокровным убийственным взором зеленых тех своих широко открытых и, похоже неравнодушных глаз робота полиморфа Т-1001. А ее пальцы машины из жидкого полисплава сжали так его шею, что он начал задыхаться.