Терминатор 1965
Шрифт:
Надо ли говорить, что внешность постарался изменить, благо в Запорожье в привокзальной пивнушке получилось «тиснуть» паспорт у подвыпившего сварщика «наивысшей квалификации» Николая Антоновича Писаренко. С фотокарточки на главном документе, личность удостоверяющем, Николай смотрел орлом, – чернявый хохол с усами как у борца Ивана Поддубного. Проблем с «окрасом» не было – меланин могу вырабатывать в любом количестве, а его и надо то ничтожно мало. Потому из блондина в брюнета, или там в рыжего за несколько секунд сумею перевоплотиться. Теперь я весь и себя жгучий брюнет, ну а «морду лица» соответствующую фотографии Писаренко, за пару дней в поезде «отлежу»…
Закинулся в купе, прозвенел
Три молодых инженера-металлурга, закончившие командировку и возвращающиеся в столицу, умеренно выпивали и играли в преферанс, не обращая внимания на бухающего в одиночку, преимущественно на верхней полке, мрачного мужика.
За восемь часов до прибытия, убедившись, что отныне на рожу вылитый Писаренко, самый въедливый московский мент не отличит, сходил в вагон-ресторан, с аппетитом откушал и на обратном пути свершил доброе дело – спас честь дамы. Ну как спас, оттащил от знойной блондинки, в нашем пятом вагоне ехавшей, подвыпившего поездного ухажёра, нацелившегося употребить одинокую и явно кокетничавшую гражданку, прямо в тамбуре.
– Стой, а! Рука! Больно! Отпусти!
– Я видел вас на рейде возле женщины граф, стояли вы как крэйсэр под парами. Советую на задний ход включить телеграф. Шоб не было эксцессов между нами, – издевательски пропел невезучему Максу (так он именовал себя в вагоне ресторане) а спутницу его, соответственно зовут Наталья, слух-то, ого какой, всю их беседу зафиксировал, хоть и далече столики находились, – спрячься, дичь, чтоб не видел более рожу твою мерзкую. Уяснил? Повторять не буду.
Неудачливый герой-любовник ретировался, баюкая сплюснутую железной терминаторской хваткой кисть, а растрёпанная Наталья Сергеевна (представилась всерьёз, с отчеством) начала извечную повесть о подлецах и рыцарях, отнеся меня, разумеется, к сподвижникам Дон Кихота и Айвенго. Галантно отвернулся, давая даме время привести себя в относительный порядок. Типаж Наташи Королёвой, только русая. Бёдра, сиськи, задница, всё по высшему разряду, но явно изголодалась женщина, повелась на вагонного аферюгу авантажного Максимку да ещё выпила «чуть коньячку» с ухарем-альфонсом. Излагала Наталья Сергеевна складно и чертовски ювелирно – с мужем подлецом развелась, оттого кольцо обручальное носит на левой руке, а коварный Макс заметил одинокую и беззащитную женщину, в ресторан пригласил, а потом пошёл на штурм неприступной твердыни. И если бы не появление на арене геройского укротителя насильников, великолепного и несравненного Николая Антоновича – быть беде непоправимой и трагедии.
Да уж. В ответ рассказал о подлюке жене, водившей любовника на семейное ложе, пока передовик Писаренко гонял грузовики по стройкам Советской Украины. Теперь вот жизнь холостяцкую с чистого листа решил начать – сперва прокутить 3500 рублей, на личное авто накопленных в столичных кабаках и завербоваться в Сибирь. Хороших шофёров там с руками-ногами оторвут!
– Николай, провинциалам в Москве очень осторожно надо себя вести. Запросто попадёте в лапы к жуликам. И хотя мужчина вы сильный, крепкий, но встречаются такие аферистки, проснётесь опоенный, без денег и документов.
– Ах, Натали! Так будьте моим гидом по столице! Покажите и Третьяковскую галантерею и Бородинскую пилораму:
– Что? Какую… а, вы шутник, однако!
– Так берётесь просветить провинцию?
– Честно говоря, я сама москвичка в первом поколении, после института вышла замуж, устроилась корректором в издательство. А семейная лодка разбилась о быт…
– Не грустите, Натали, вы очаровательны, а супруг ваш, слепец и глупец.
– Как же, пожалеет…
Далее из показаний гражданки Бортниковой, в девичестве Москаленко, уроженки Кривого Рога, выяснилось: вышла замуж за однокурсника, москвича, недавно получили двухкомнатную квартиру в пятиэтажке в Новогиреево и супруг-филолог попался на табелировании со студентками. Разошлись «культурно». Но есть нюансы. И нюансы эти – совместная жилплощадь, разменять каковую на две отдельные квартиры никак невозможно. Потому поделили комнаты, экс-мужу досталась большая, в 18 «квадратов», потому как расселялись из его коммуналки в центре, ну а Наталья ютится в 12-метровой комнатушке, правда, с балконом.
А бывший оказался козлом и негодяем, привёл молоденькую профурсетку, заселил студентку в своей комнате и демонстрирует счастье и довольство, подонок!
– Ясное дело, Натали, это муженёк таким макаром вас выживает, чтоб не выдержали, скандал закатили или побили соперницу. Тут враз дело и оформят. Посадить не посадят, но из столицы турнут.
– Что же делать, Николай Антонович? Я слабая беззащитная женщина…
Ага, слабая, как же, ишь как сиськами колышет, вроде непроизвольно, но крайне завлекательно, Софи Лорен нервно курит. Вдруг вспомнилось приключение из середины лихих девяностых годов века двадцатого. Знакомая никак не могла выжить из квартиры приехавшую «погостить» из деревни двоюродную сестру. Та в Красноярск вроде на недельку прибыла, но уже месяц прошёл, а гостья устроилась на работу в павильон, комнату заняла, гостей водить начала. А вежливая Татьяна (моя знакомая) никак не могла решиться и попереть кузину. Классическая сказка про лису, зайца да ледянлто и лубяную избушки.
Каюсь, воспользовался тогда сполна ситуацией, – Танька меня обламывала, не давала, вот и придумал убойную схему. Заселяюсь к Татьяне как ейный постоянный хахаль, разгоняю всю понаехавшлю из Тюхтетского района (страшные таежные ебеня) кодлу, а бонусом имею очаровательную хозяйку, хахаль-трахарь же по легенде, без этого никак…
Танька сначала послала куда подальше, но через три дня перезвонила и капитулировала. Да, было дело, едва не поженились с Танюшкой, до того понравилась процедура «изгнания гостей» жарким и громким «застеночным» сексом…
Конечно, в истории изложенной Писаренко, фигурировал его друг Митяй и действие происходило не в Красноярске, а в Запорожье, но Натали мгновенно уловила суть.
– Николай, а если я вас найму на такую «работу»? Успеете в Сибирь, без вас ГЭС не построят. А с меня горячее гостеприимство и экскурсии по Москве. И пилораму и галантерею, да всё что пожелаете, покажу.
Ну а что, как там пел бард тёзка и однофамилец в бессмертном хите «Гостиничная история» – «Она была вполне приличная девчонка, а я ещё вполне приличный кавалер». Опять же лишний адрес не помешает, хоть и есть по линии Вити Протасова два столичных маклера, впечатлённые чудо-эскулапом, готовые помочь с жильём в Москве, но к ним обратиться всегда успеется. А тут такая жаркая штучка себя предлагает…
Из поезда выгружались уже парой. Выгружались это не ради красного словца – Наталью родители снарядили в дорогу дальнюю как подобает. Здоровенный чемодан и мешок из плотной брезентовой ткани (папа специально пошил) вместили в себя изрядно банок и прочего полезного криворожского натурпродукта. И хотя в Москве шестидесятых с едой нет проблем особых, на жалованье корректора не разгуляешься, а ещё одёжку модную надо и прочее и прочее и прочее. Потому и волокла Наталья Сергеевна тяжесть тяжкую и не жужжала. По моим прикидкам и чемодан и мешок совокупно тянули за полцентнера, как дамочка, пускай и не субтильная до порога квартиры волочь их собиралась – загадка…