Терминатор 1965

Осадчий Алексей

– Вить, ты прям герой!

– Почему?

– Так вёл себя, как будто ты знаменитость, а они обыкновенные люди.

– Оль, а с чего актёры должны быть необыкновенными? Да ты в сто раз лучше этой, как её, ну девчонка та, которая в главной роли.

– Нина? Так себе красотка. Говорю же – блатная. Наверное, Гайдай героиню в честь жены назвал Ниной.

– Точно. В честь супружницы.

Дома, то есть на квартире Баскакова, нас ожидал сюрприз. У калитки стояла такая же «волжанка» как у Оприяна, только на порядок более «убитая». Борисыч то свою в гараже держал, пробег был две с половиной тысячи, когда под задницу врачевателя предоставил авто. Помимо водителя,

не вылезающего из машины, с хозяином на крылечке расположились два белозубых, радостно лыбящихся парня. Сразу видно – здоровые, тренированные. И взгляд – «чекистский».

Михаил Петрович, пока Серёга ставил «Волгу» в гараж, а мы с Ольгой нагруженные продуктами и сумками с вещами, загодя купленными для ведения совместного домашнего хозяйства, как то кастрюли, да чашки-плошки разные, дошли до крыльца, напряжённо ёрзал и выдал наконец.

– Вот, Виктор. Гости к тебе. Из контрразведки Черноморского флота…

Глава 10

– А чего так напрягся, Михал Петрович? Подумаешь, особисты в гости пожаловали. Законопослушные граждане страны Советов всяким там особистам да кагэбистам неподотчётны. У нашего участкового прав больше по проверке и надзору. Контрразведка же шпионов ловить должна, я правильно понимаю? Так что не робей, Петрович, партия Берию и его пособников расстреляла в 1953 году за нарушение социалистической законности, а поскольку ни я ни Ольга агентами иноразведок не являемся, ясно что ребята приехали от имени начальства, поди каком}- каперангу хреново после перепоя, правильно понимаю?

– Виктор Сергеевич, вам придётся проехать с нами, – гостям такой спич явно не понравился, ишь как перекосило и одного и второго.

– С какой это стати? А предъявите-ка, соколы ясные, документы. Заявились на ночь глядя. Даже Серафим Евгеньевич заранее договаривается о встрече, а тут прилетели ухари, вряд ли даже каплей, и корками машут: мы из контрразведки. Показывайте удостоверения, орлы в куриных перьях, показывайте.

Упоминание знакового имени отчества командующего Черноморским флотом адмирала Чурсина подействовало. Ссориться с эскулапом комфлота старший лейтенант Андрей Игоревич Веселкин и капитан-лейтенант Кирилл Михайлович Егоров не дерзнули и начали уговаривать проехать в их начальнику, каперангу Колотову, у которого почечные колики, а врачи уже помочь не могут. А многоуважаемый целитель Виктор Сергеевич, пусть не излечит, пусть боль снимет, а флот за ценой не постоит!

– Ладно парни, уговорили. Коль недалече, прокатимся. Попробую помочь заслуженному офицеру и фронтовику. Ждите в машине, выйду через пять минут. Оль, давай сумки затащим по быстрому…

Опасности от особистов не исходило, если б приняли за натовского шпиона, захват проходил по иному сценарию. А заманить на свою базу, якобы для излечения командира и там повязать – слишком сложно, да и «прочитал» я Весёлкина-Егорова, нет двойного дна у господ офицеров, какими б актёрами не были, обязательно вычислил бы враньё по работе лицевых мускулов…

– Вить, а не слишком ты дерзко с ними?

– Наглецы, как уставились на твои коленки, ухмыляются, вот и разозлился.

– Ой, какой Отелло! Я прям трепещу!

– Будь умницей, тогда не перевоплощусь в старого ревнивого мавра. Всё, я побежал.

Хлопнув Ольгу по упругой заднице, вышел во двор. Баскаков курил на крыльце и с нехорошим прищуром посматривал на волжанку флотских.

– Что в дом не идёшь, Михал Петрович?

– Эх, Виктор. Молодой ты, не поймёшь, такие вот деятели лет двадцать назад гоголем

вышагивали. Нас, милицию ни в грош не ставили. Белая кость.

– Так окоротила их партия, Петрович. Кончилось их время.

Баскаков аккуратно затушил беломорину и, по лица выражению, стало понятно, как любит органы и партию отставной милицейский майор…

Пациент, капитан первого ранга Игнат Семёнович Колотов, отлёживался на диване в люксовом номере какого-то донельзя хитрого пансионата. На кителе каперанга, на спинку ступа наброшенном, изрядно орденских планок. Помимо наград «коллективных», которые «за оборону и за взятие» у Колотова две медали «За отвагу», две «Красных звезды», «Красное знамя», медаль Ушакова, ордена «Отечественной войны» первой и второй степени. Серьёзный дядька, и капитально больной. Судя по всему – почки отказывают. Так и оказалось, застудил организм бравый морпех, неоднократно в тылу врага высаживавшийся. А ведь не такой и старый Игнат свет Семёнович, 48 годков всего и «натикало». Хотя, война, ранения…

Помассировав для вида виски, снял боль и каперанг испариной покрылся, так «захорошело» мужику. Эх, знакомое чувство, когда болит-болит, аж мочи нет терпеть и отпускает…

– Смотрите парни, – обратился к присутствующим в номере Егорову-Весёлкину, – массаж головы начальству лучше не делайте, ещё напортачите не дай Бог. А вот стопа, как раз то место где множество активных точек расположено. Воздействие на стопы – взбадривает организм, стимулирует внутренние органы работать. И обязательно перед массажем два тазика с холодной и горячей водой. Разница температур способствует успеху…

Далее я понёс псевдо научную хрень о том, что сердце – главный насос организма, гоняет кровушку от головы до пят и надо помогать сердцу, вызывать прилив крови к конечностям. Старлей и каплей перспективу чесать пятки начальнику, пусть и под видом лечебного массажа, восприняли нормально, видно, уважают товарища Колотова. А Игнат Семёнович вдруг осоловел, понятно – в сон потянуло, ранее боль не давала уснуть.

– Спасибо, Виктор, сколько с меня?

– Полтораста целковых, товарищ капитан первого ранга. Аккурат сто пятьдесят полновесных советских рублей. Но это за два сеанса, послезавтра пускай ваши орлы за мной заедут, посмотрим, что и как.

Колотов сунулся к кителю, отсчитал шесть новёхоньких, краской типографской пахнущих, сиреневых «четвертаков» с лукаво щурящимся Ильичем и долго жал руку – интересовался надолго ли ушла боль, не сбиваемая уже ни уколами, ни тем более таблетками. Обнадёжил боевого офицера, мол, если поверит в исцеление и настроит организм на борьбу с недугом, то возможно всё, вплоть до чудесного исцеления. Ибо сила воли, а Игнат Семёнович, безусловно волевой человек, и вера в победу над хворями – залог успеха.

Что Колотов оклемается, даже не сомневался, ибо «закодировал» каперанга на исцеление. Такой человек будет ой как полезен в дальнейшем, наверняка в адмиралы выйдет, не забудет поди целителя Витю.

– Да, Игнат Семёнович и категорически нельзя алкоголь. Прям ни капли. Равно как и с табаком завязать придётся.

– Так вы же, Виктор, лечите от вредных привычек.

– Не лечу, это невозможно. Только лишь подталкиваю человека принять решение, которое ему самому выгодно. Просьба, товарищ капитан первого ранга, вы уж с флотскими эскулапами мою скромную персону не обсуждайте. Начнётся ведь: лженаука, обман, мошенничество. Знаем, проходили. А у меня ведь даже фельдшерского диплома нет, запросто найдут статью в Уголовном Кодексе, посадить не посадят, но нервы изрядно помотают.