Тени
Шрифт:
– Месть Серафии? – Хадайша грустно хмыкнула, дождавшись утвердительного кивка девочки. – Значит, настоятельницу убили призраки? Но каким образом, хотелось бы знать? Души не могут навредить никому живому.
– Ну почему же? – холодно возразила Шаная. Присела и с явным намеком потрепала Дымка по холке. – Это мой пес. Человеку, понятное дело, он не способен навредить. Пожалуй, только напугать. А вот задрать мелкую птичку или мышонка – вполне.
– Но ты ведь понимаешь, что твой щенок – далеко не обычный призрак в полном смысле этого слова? – осторожно поинтересовалась Хадайша. – Близость к тебе дает ему определенные преимущества. И чем дольше он будет рядом
– Дымок этого не сделает! – гневно отмахнулась Шаная от предположения дознавательницы. – Он знает, что людей нельзя обижать.
– Так что же случилось с Серафией? – немного помолчав, вернулась к прежней теме разговора Хадайша. – Те девочки… Ты помогла их душам отомстить? Придала им силы, чтобы расправиться с Серафией?
По тому, как Шаная стыдливо отвела взгляд, дознавательница поняла, что попала в самую точку. Тяжело вздохнула. Похоже, поручение Кириона действительно становится невыполнимым. Она не собирается спасать убийцу от заслуженного наказания.
– Я не предполагала, что это настолько далеко зайдет, – наконец, когда Хадайша уже отчаялась услышать ответ, совсем тихо призналась Шаная. – Тени меня убеждали, что это верное решение. Что Рамия и Диксия заслужили подобного подарка с моей стороны.
– И ты поверила? – наверное, даже излишне резко спросила Хадайша. – Поверила теням?
– Они меня никогда не обманывали. – Шаная печально усмехнулась. – И я… Я позволила девочкам воспользоваться моей силой. Я не думала, что все закончится именно таким образом.
– Понятно. – Хадайша раздраженно стукнула кружкой по столу, расплескав неосторожным движением остатки вина. Пожалуй, хватит с нее алкоголя на сегодня. Рядом с принцессой надлежит сохранять ум трезвым.
– Я была не права? – Шаная в упор взглянула на дознавательницу. – Ее поступок не заслуживал наказания?
– Дитя, тебе еще слишком рано решать подобные вопросы. – Хадайша неодобрительно цыкнула сквозь зубы. – Ты должна была понимать, на что обрекаешь тем самым Серафию.
– А по вашему мнению, она не заслужила смерти? – Шаная нехорошо прищурилась. – Что случилось бы, не позволь я девочкам отомстить? Да ничего! Сколько еще послушниц должна была убить Серафия, прежде чем о ее шалостях стало бы известно? Десять, двадцать? Знаете, как умело она скрывала свои развлечения? Только ближайшие помощницы догадывались, но все равно молчали. И продолжали бы молчать, пока число жертв не стало бы слишком большим. А возможно, все вообще никогда бы не открылось.
– Успокойся! – резко оборвала Хадайша запыхавшуюся от яростной тирады девочку. Подошла к креслу и устало опустилась в него, прикрыв глаза рукой. Тоскливо протянула: – Ну что же мне с тобой делать? Как объяснить тебе, что человек не имеет права решать чью-либо судьбу? Приговорив Серафию к смерти, ты, по сути, взяла на себя обязанности бога. Это самая страшная ересь, которую только можно представить.
– Ересь? – Шаная сжала кулаки. – А те, кто убивает на войне или по приказу правителей – не еретики? А сама Серафия, получается, была святой, собственноручно замучив двух детей?
– Настоятельница, безусловно, поступила очень дурно, – медленно, тяжело роняя каждое слово в тишину комнаты, проговорила Хадайша. – Ты права, она заслуживала смерти. Но смерти после вынесения приговора Священным Трибуналом, поскольку она принадлежала к храму Пресветлой богини. То, что сотворила ты… Точнее, то, чему позволила свершиться, – это самосуд. И он карается по всей строгости закона. Не стоит оправдываться,
– Понятно, – процедила Шаная. Дымок, сидящий подле ее ног, почувствовав перемену в разговоре, насторожил уши и глухо зарычал, а девочка продолжила: – То есть только я виновата в происшедшем. Что же, приму к сведению. И что вы намерены со мной делать? Отправите на костер?
Хадайша с настоящим вожделением посмотрела на початую бутылку, стоящую неподалеку. Облизнула губы, как никогда прежде мечтая сейчас напиться до беспамятства. Что же ей делать с этой девчонкой, не осознающей, какой силой обладает? Если оставить все так, как есть, то смерти неминуемо продолжатся. Раз принцесса однажды поддалась уговорам теней, то, вполне возможно, когда-нибудь захочет повторить этот опыт и вновь ощутить себя вершительницей человеческих судеб. Однако и к смерти приговорить за подобное нельзя. Что скрывать, Шаная поступила верно. Пусть сейчас дознавательница горячо убеждала ее в обратном, но в глубине души она понимала: Серафию надо было остановить. И девочка, по сути, лишь послужила орудием в руках высших сил.
– Я должна подумать и посовещаться кое с кем. – Рука Хадайши неосознанно метнулась к висящему на шее кожаному мешочку – точной копии того, который был у Далалия.
– Вот, значит, как. – Шаная опустила глаза. Посмотрела на Дымка, который зарычал сильнее, и грустно усмехнулась. Да, пожалуй, иного выхода нет. Ей надо бежать. Любыми возможными способами пробираться в столицу к отцу. Уж он-то точно сумеет защитить ее от Священного Трибунала.
«Стоит ли? – с сомнением шепнул внутренний голос. – Отец никогда не любил колдунов. Вспомни, с каким презрением он обычно отзывался о магии. Ты уверена, что его обрадует визит дочери, обвиненной в запрещенном колдовстве? Не превратится ли он опять в зверя, как тогда, во время визита Кириона?»
Кирион. При этом имени девочка встрепенулась. А что, если искать защиты у него? Он единственный, кто спокойно отнесся к ее способностям. И принц Нардока не испугался, когда услышал про тени. Более того, они разрешили ей говорить с ним, значит, не стоит ждать от него зла. Конечно, путешествие будет долгим и очень изматывающим, но это лучше, чем погибнуть на костре.
– Так, стоп! – приказала Хадайша, угадав направление мыслей девочки. Тяжело поднялась и подошла к ней. Ласково провела рукой по гладкому шелку темных волос. – Дитя, прости. Я не должна была тебя пугать. Не спорю, ты поступила дурно, но никто не собирается предавать тебя огню. Наказание, безусловно, последует, но не столь жестокое, обещаю. Однако ты обязана уяснить раз и навсегда, что в таких вопросах, как жизнь и смерть человека, нельзя слушать только теней. Да, неупокоенные души часто алчут мести, однако постоянно идти у них на поводу – верный способ оказаться в объятиях Галаша. Ты поняла?
– Да, – после томительной паузы отозвалась Шаная. С искренним любопытством посмотрела на дознавательницу снизу верх. – Но что вы будете делать с Залином? Он не остановится, пока не уничтожит меня.
– Не стоит его бояться, – мягко произнесла женщина. – Капитан – хороший человек. Правда, полный предрассудков, но хороший. Просто пообещай больше не пугать его своими выходками, и через некоторое время он успокоится и перестанет видеть в тебе отродье мрака. Да, понятное дело, твое признание останется только между нами. Даже твою воспитательницу не надо посвящать в подробности гибели Серафии.