Тени
Шрифт:
В темных глазах Кириона мелькнули неподдельный интерес и плохо скрытая тревога. Он нетерпеливо взмахнул рукой, оборвав извинения своего шпиона и предлагая перейти непосредственно к сути дела.
Повторять приглашение Далалию не потребовалось. Он сухо изложил принцу события этого дня, особо подчеркнув желание Залина обвинить в смерти настоятельницы именно Шанаю и его нежелание начать нормальное расследование.
В лице принца не дрогнул ни единый мускул, пока стражник не закончил рассказ. Лишь при упоминании о приглашенном инквизиторе Кирион поморщился, но удержался от каких-либо вопросов.
– Я
– А почему Залин настолько уверен в виновности принцессы? – вдруг раздался новый голос. Далалий удивленно вскинул брови и тут же опять с почтением наклонил голову, когда увидел подошедшего к столу личного мага принца – Фария. Тот приветливо улыбнулся ему и задал новый вопрос: – Какая-то странная ситуация. Почему Залин так стремится уничтожить Шанаю? Он должен понимать, что тем самым подписывает и себе смертный приговор. Месть короля наверняка будет ужасающей.
– Его могли подкупить, – негромко возразил Кирион, думая уже о чем-то своем и напряженно постукивая пальцами по столешнице. – Та же королева Ханна. Всем известно, что она, мягко говоря, недолюбливает падчерицу.
– Королева Ханна весьма прямолинейная женщина. – Фарий несогласно качнул головой. – Она бы не стала плести столь замысловатую интригу. Скорее, подослала бы к принцессе убийцу или подсыпала отравы в еду. Залин – солдат. Преданный Харию, смею напомнить, иначе тот вряд ли бы доверил ему охрану своей дочери. Уж кого, а его в недальновидности или скупости по отношению к своим людям обвинить нельзя. Получается, у Залина есть свои причины для подобного поступка. И чем же Шаная вызвала его ненависть?
Далалий вздохнул и рассказал о небольшой сценке с мечом, которая произошла в путешествии. Фарий неприятно усмехнулся, явно ожидая чего-то подобного. А вот Кирион с неподдельным сожалением цокнул языком.
– Девочка, – прошептал он себе под нос, – что же ты творишь? Я ведь просил тебя быть осторожнее.
Далалий с любопытством ожидал продолжения, но его не последовало. Однако Фарий, видимо, ожидал от своего повелителя несколько другой реакции.
– Я надеюсь, вы не собираетесь ей помогать? – Маг с вызовом посмотрел на принца, погруженного в какие-то тяжкие раздумья. – Вдруг Шаная действительно убила настоятельницу? Или намереваетесь, несмотря ни на что, защитить отродье Галаша?
– Аккуратнее с выражениями! – резко осадил его Кирион. Перевел взгляд на терпеливо ожидающего его решения стражника, который то и дело оглядывался на закрытую дверь, и тепло ему улыбнулся: – Ты молодец, Далалий. Я займусь этим делом. Полагаю, мне удастся повлиять на решение Священного Трибунала и отправить в монастырь для расследования нужного мне инквизитора. А теперь иди. Не стоит возбуждать подозрений у своих товарищей длительным отсутствием. Ты мне еще понадобишься.
Прокол в пространстве засеребрился, затягиваясь на глазах. Далалий встал, небрежным движением руки разогнав остатки заклинания. Спрятал
Однако спор в кабинете принца не утих, а только разгорался. Фарий, убедившись, что невольный свидетель их уже не может услышать, разгневанно развернулся к Кириону.
– Ваше высочество! – Голос мага зазвенел от негодования. – Скажите, что не сделаете этого!
– Не сделаю чего? – достаточно спокойно переспросил Кирион, хотя в глубине его глаз полыхнуло неудовольствие от недопустимого тона собеседника.
– Не станете помогать Шанае. – Фарий аж сжал кулаки при мысли об этом. – И вы, и я прекрасно знаем о странных способностях девочки. Я почти уверен, что она замешена в убийстве настоятельницы. И должна понести за это заслуженное наказание! Происхождение и хорошенькое личико не способны оправдать такое жуткое преступление!
– Вот именно, что ты «почти» уверен. – Кирион встал, с грохотом отодвинув кресло. Замер напротив своего верного мага, окинув его холодным взглядом. – И если Шаная попадет в лапы инквизиторов, то мы никогда не узнаем, что на самом деле произошло в монастыре. Виновата она или нет, но совет храмов, который в Дахаре так пафосно называется Священным Трибуналом, не выпустит столь лакомую добычу из своих лап. Она навсегда останется в их застенках как гарантия, что Харий не станет делать глупостей.
– Возможно, оно и к лучшему? – Фарий, к удивлению принца, не отступил. Пожалуй, только он способен был продолжить спор со своим господином, даже если последний ясно высказал, что не намерен отступать. – Ваше высочество, я призываю вас к благоразумию! Мы оба были свидетелем того, что Шаная обладает невероятной силой, истоки которой лично я не способен определить. Вокруг нее уже начали происходить смерти. Вдруг настоятельница – только первая жертва на кровавом пути принцессы? А вы желаете ввести ее в собственную семью, более того, отдать в жены брату. Подумайте: если с Ноэлем из-за этого решения что-либо произойдет, вы же никогда себя не простите!
– Довольно!
Фарий отшатнулся назад от грозного рыка принца. Он еще ни разу не видел его настолько разгневанным. И сердце личного мага его высочества, пожалуй, впервые за очень долгое время сжалось от испуга – не перешел ли он через невидимую грань, позволив себе чуть больше, чем имел право.
Кирион отвернулся к столу и трясущимися от негодования руками плеснул себе из графина воды. Поднес бокал к губам и одним глотком почти осушил его. Застыл, наблюдая, как расплываются чернильными разводами пятна на его записях от случайно пролитых капель.
– Хватит, Фарий, – наконец уже спокойнее повторил принц. – Я больше не желаю об этом слышать. Как я говорил прежде, Нардок получит принцессу Шанаю, чего бы мне это ни стоило.
– Ответьте только на один вопрос, – негромко попросил Фарий. – Чем именно очаровала вас милашка-принцесса, раз вы с такой легкостью ставите на чашу весов жизнь собственного брата?
Маг осекся, перехватив тяжелый, исподлобья, взгляд Кириона. Принц допил воду и поставил бокал на стол. Повернулся к Фарию и нарочито равнодушно сказал: