Тени
Шрифт:
Шира преобразилась, обрядилась в некую серую хламиду, призванную видимо изображать монашескую одежду. Смотрелось на синеволосой ведьме это несколько дико, и поэтому она натянула на голову огромный капюшон. Аля от нее не отличалась.
— А я? — обиженным тоном заявила я, не заметив за собой ни каких изменений.
— А ты — человек новый, на обычных путников они не лезут, — пояснила Шира. — Вот Алю тут каждая третья собака знает — чай, одна травница на все пять деревень! Знаменитость!
— Да что ты врешь! — возмутилась та. — Не одна, там еще три стажерки есть, в Ключах-то!
Шира пожала плечами и не стала отрицать подобных заявлений, однозначно показав, что выше этого.
Тем временем впереди показался первый человек. Хотя человек — это сильно сказано. У существа было разрисовано лицо и все открытые части тела, линии темно-синего цвета образовывали какие-то непонятные руны. Но мантия на нем была белого цвета, высоко поднималась, показывая тонкие лодыжки, при ходьбе. Я не сразу опознала в этом очень худого мужчину, только когда он посмотрел на нас. Улица была пуста, за исключением его, ведьм и меня.
— Не повезло, — вздохнула Аля и стала разминать пальцы на правой руке.
— Это один из послушников Сигиза, — пояснила Шира. — Если он пройдет мимо, не обращай внимания.
— А если нет?
Ответить ведьма не успела. Мужчина увидел нас и направился к нам же, поспешно набрасывая на лицо величественную маску, признанную вселить священный ужас в сердца неверующих, то есть скривил на диво ужасную рожу. И обратился он ко мне:
— Дева молодая, не слушай этих шарлотанок, ибо истинную веру показать тебе могу лишь я!
Я чуть со смеху не прыснула.
— Вообще-то, они и так молчат. Но вы говорите, я хоть послушаю чего умного.
Видимо, обычно ему отвечают по-другому, он аж оторопел и выпучил на меня глаза.
— Я не местная, — спохватилась я, — Ничего почти и не знаю, вот просветите меня…
Ведьмы стоят, хихикают незаметно. Вроде даже подальше отошли. Мужчина медленно покраснел от верхней губы до середины лбы, причем пятнами, от чего я не выдержала и прыснула. Тогда он разозлился:
— Еретики! Вы — враги истиной веры, ведьмы!
— Опа, а это уже полноправный епископ, смотри — колдует, как заправский магистр! — восхитилась Шира.
— Это есть сила божия! — обиделся епископ, и серебристое сияние на кончиках его пальцев усилилось. — Трепещи, нечистая сила!
— Ах, все, от страха помираю! — улыбнулась ведьма, встала слева от меня.
Тут епископ взмахнул руками, словно сигналя неким летучим тварям, и меня с ног до головы окутало серебристое сияние, а вот Шира от него просто отмахнулось, Аля поймала его ладонями, скомкала и впитала прямо через кожу. Эти серебристые искорки скакали по моей коже, и я заворожено наблюдала, как они то ныряют под нее, то появляются вновь, они будто танцевали.
— Вея, ты как? — слегка обеспокоено спросила ведьма. Мужчина торжествующе улыбнулся и проговорил четко и хорошо поставленным голосом:
— Дитя, ты видишь истинную силу бога! Идем со мной, я покажу тебе…
— Ага, — как-то отстраненно ответила я, и в этот момент одна из икорок
Я упала на землю, стала кататься по камню дороги, пытаясь сбить с себя остатки немилосердно жалящих искр. Через несколько мгновений они исчезли, но неприятный зуд остался на коже почти везде. Я с трудом разлепила глаза, увидела обеспокоенное лицо Ширы. Епископа и след простыл, у меня мелькнула мысль, что они его во что-то превратили.
— Веорика, скажи что-нибудь!
— Ага, — хрипловатым голосом повторила я, и внезапно поняла, что чувствую невероятный подъем сил. Шира помогла мне подняться.
— Развлекуха откладывается, — сказала она. — Валим отсюда по-быстрому, а то щас целая толпа этих монахов прибежит. Аля его в храм телепортировала, сдуру.
Подруги сменили свои ярмарочные костюмы на привычный вид ведьм, Аля держала в руках поводья лошадей, две уздечки в правой и одну в левой. Шира помогла мне забраться в седо, непоследовательно подталкивая ногу вверх, чем только мешала. Сама она взлетела на коня так, будто всю жизнь тренировалась. Наверное, с другой конягой бы такой фокус не прошел, но животина ведьмы видно уже привыкла к таким фокусам.
Мы промчались через деревню городского типа как тайфун, смерч, или нечто подобное: под дикие визги Шири, которая пугала не только прохожих монахов, но и наших с Алей лошадей, с фейерверками, которые вылетал из её рук, и которые Аля успевала на полпути развеять… Вспоминая потом, приходилось признать, что было весело.
Остановились мы только тогда, когда городка и на горизонте видно не было, то есть под вечер. Всю дорогу Шира рассказывала свои прошлые визиты в "место божие", и я заметила, что Аля начинает хихикать в самых смешных моментах, а потом стала делать комментарии. Оказалось, иногда ведьмы на пару издевались над верующими, и стой и с другой стороны. Потом Шира рассказала, что однажды ей приснилась сама Сильвенминия, и строго-настрого запретила близко подходить к своему храму, иначе она пошлет знамение эльфам, чтобы нашли и покарали злую ведьму…
— У тебя просто разыгралось воображение, — давясь от смеха, подвела итог Аля. Она внимательно осматривалась по сторонам, гадая, где бы нам остановиться.
— Там, — махнула рукой Шира. — Если чуток зачаровать поляну, то и вообще места надежнее нет!
Аля хмыкнула, остановила своего скакуна, сдула с ладони крохотный светлячок — заклинание импульса. Через несколько минут светящаяся точка вернулась на ладонь ведьмочки.
— Сойдет, — констатировала она, сворачивая с дороги.
Готовка опять досталась Шире, пока я разбирала сумки, Аля быстро ставила охранный контур, собственную версию этого распространенного заклинания. Она же отправила погулять лошадей, опять же сначала зачаровав их — чтобы не сбежали и с рассветом вернулись, и чтобы волки не сожрали.