Тени
Шрифт:
Раньше оба двора жили в мире. Было принято заключать связи между светлыми и темными. Что и явилось, в конце концов, причиной раскола. Тогда никто не предполагал, какие последствия это принесет, да и прецедентов не было чтобы задумываться.
В то время во главе двора Света стоял Амалирр. Совет амикалисов поддерживал его во всем, хотя в принципе, правление должно было быть равноправным. Свет и Тень едины.
Совет был равнозначным, по шесть представителей от каждого двора, по два от каждого великого клана. В него входили и сыны Тени, не то, что сейчас. После разделения мы ослабли.
Амалирр выбирал себе
Амалирр выбирал себе спутницу из девушек двора Теней, как принято. И впервые в нашей истории его выбор пал на ту, которая находилась на грани связывания. День уже был назначен. Шла подготовка к ритуалу. Куопа и Тиалас узнав о претензиях короля, не стали отказываться друг от друга, а провели обряд раньше срока. И это решило судьбу обоих дворов. Амалирр не простил отказ, хотя по традиции должен был. Народ Теней изгнали с территории Лумен. Изгнали жестоко. Насильственно разорвав все связи, как старые, так и новые. Из-за этого многие погибли. Для Амалирра не имело значения, насколько давно был заключен союз. Он просто все разрубил. Воссоединение или попытка таково строго карались. Сперва, были смельчаки, которые пытались противостоять его воле. Но тех, кого ловили, отправляли за грань, и постепенно таких становилось все меньше. А народ все более ожесточался.
Первые десятилетия после раскола стали очень трудными. Мы пытались приспособиться к изменившейся ситуации, перекраивали жизнь как могли. Одно время даже думали, что у нас получиться, и каждый двор станет самостоятелен. Мы еще не знали что это, в принципе, не возможно.
— Стоп, стоп, стоп, — я не выдержала. — Я не просила рассказывать мне сказку перед сном. Мне нужны объяснения, а не это.
— Я и пытаюсь объяснить, — он пожал плечами. — Это наша история.
— Какая такая история?! Ты серьезно думаешь, что я в это поверю? — мне даже смешно не было. — А если и так, — передразнила я, — наша истроя не говорит, что мне теперь делать? Или так и буду светиться? — Похоже, по нему психушка плачет, подумывала я, но не боялась. Странно.
— Объясню, если дашь мне договорить.
— Ах, простите, — не смогла удержаться, — в ножки кланяюсь, продолжайте. И серьезно, по существу. Мне своего бреда хватает, еще твой слушать.
— Хорошо. — Казалось, мое возмущение его совсем не задевало. — Ты должна восстановить прежний порядок. Объединить Умбра и Лумен.
— Что? — вот теперь мне стало весело. — Я то тут причем? — Даже руками развела от удивления.
— Ты избранная.
— Почти тридцать лет прожила и никакой избранности не заметила, — продолжала ерничать я. — Ни тебе звезды во лбу, ни месяца под косой, а ты меня в избранные одним махом.
— Прекрати! — Кажется, я его вывела. — Ты сама не знаешь, о чем говоришь! Не понимаешь!
Он даже на ноги вскочил и принялся мерить комнату шагами.
— Мы ждали тебя сотни лет. Ты наша единственная надежда. Мой народ вымирает. Тени не могут жить без света. А время идет, наша кровь слабеет, вязнет. Все доброе и живое покидает нас. Душа черствеет. Мы почти разучились видеть хорошее, только боль, страх и жестокость остаются. И дальше — больше. Насилие разрастается! Кланы все чаще воюют между собой, истребляя друг друга. И никто не прислушивается, не хочет останавливаться. Если так пойдет дальше, мы погибнем. Ты нужна нам.
— Ну, нет, — перебила я, — мы так не договаривались. Теперь меня еще в спасительницы мира запишешь? — поднялась на ноги для солидности. — Повторяю еще раз! Для непонятливых! Я обычная че-ло-ве-ческая девушка, живу, работаю, мечтаю, но не о судьбе избранной спасительницы и к твоим Дворам отношения не имею. Понятно. Меня и так все устраивает. Я тебя не знаю и не звала, так что будь добр…
— Звала. — Он твердо посмотрел прямо мне в глаза.
— Что? — я даже растерялась от уверенности, сквозящей в его голосе. — Когда это?
— Шесть дней назад как говорят люди. — Долго думать не пришлось. Посиделки на асфальте еще были очень свежи в памяти.
— Не тебя, не звала, — упорствовала я.
Нет, ну правда. Разве я звала кого-то. Нет. Подумаешь, прошептала «помоги», все равно же не ему. Тут меня осенило.
— Я даже имени твоего не знаю!
Мы замерли нос к носу, или скорее нос к груди, сказывалось отсутствие каблуков. Мне пришлось задрать голову, чтобы смотреть ему в глаза. А они светились. Ни так как в кафе. В них не искры вспыхивали, а плескалось расплавленное серебро. Его волны накатывали словно шторм. Накатывали на меня, и я тонула. Опять.
— Шеона.
Интересно, это точно он сказал? Я не была уверена. Или это мои родные тени также как раньше нашептывали «шаларлаари» подкинули мне новую идею.
— Как, как?
— Шеона. — Все-таки он.
— Угумс, — промямлила я, соображая. — Значит, будешь Сашей по-нашему. Да точно. Саша!
Я даже улыбнулась довольная собой, еще не совсем сбрендила.
— Ну, так вот Саша. На выдумки ты горазд. Советую заняться творчеством, глядишь отличное фэнтези получиться. Только меня сюда приплетать не надо. У меня своих проблем выше крыши. Твои расхлебывать нет ни времени, ни желания. Посему, давай расстанемся с миром. Ты иди своей дорогой, я пойду своей, и желательно в разные стороны. — Я сама себе поразилась, и где только нахваталась подобных выражений, ну да ладно. — Договорились?
Одного взгляда на него было достаточно чтобы понять — не договорились. Вот черт!
— Ну, пожалуйста, пожалуйста, — принялась клянчить я, — оставь ты меня в покое! А? Уходи!
— Я не могу уйти без тебя. Ты нужна нам.
Опять за старое. Аж завизжать захотелось. Ну как ему втолковать, что я никуда не собираюсь. Поразмыслив немного, я пришла к выводу что у меня только один путь.
— Сашенька, миленький, я устала. Очень, очень. Сам понимаешь, день выдался не из легких. Столько неожиданностей что даже голова кружиться. Давай ты сейчас уйдешь, я отдохну, а завтра мы с тобой еще поговорим.