Тени в масках
Шрифт:
Крамп снова фыркнул.
— С чего ты взял?
— Она сама пишет об этом в письме.
— Ерунда. Я же ее знал. Она в Билле души не чаяла!
— Значит, ты ее не слишком хорошо знал. Похоже, она вела двойную жизнь, а мы об этом и не подозревали.
— Это в нашем-то замшелом городишке? Да ни за что не поверю!
Сэм был готов вздохнуть с облегчением. Ему тоже не хотелось верить, что мама изменяла отцу. Но факты — упрямая вещь, и они говорят против нее.
Ведь, в конце концов,
Тогда ему было всего двенадцать. Отменили два последних урока, и он пришел домой пораньше. И обнаружил там…
Он сам позвонил в участок отцу. А потом дал самому себе клятву. Клятву во что бы то ни стало найти убийцу матери и поквитаться с ним. Отец, разумеется, был против. И понятно почему: он боялся, что человек, расправившийся с его женой, ни перед чем не остановится. А навлечь опасность на детей ему хотелось меньше всего.
События развивались с потрясающей быстротой. Вечером того же дня, когда произошло убийство, был обнаружен еще один труп. На той же самой улице в своем гараже повесился Кен Оскальски, молодой парень, у которого вечно были какие-то проблемы. Рядом с трупом нашли его предсмертную записку, в которой Кен признавался в убийстве Маргарет Донован.
Однако в это признание Сэм не поверил. Не поверил тогда, не верил и до сих пор. Уж слишком гладко все вышло.
Он рыл землю, но все было бесполезно. Ему ничего не удавалось найти, не удавалось набрести даже на самый крохотный след.
И вот сегодня…
— Я знаю, — сказал Сэм. — Знаю, что прав. Что-то подсказывает мне, что…
— Перестань! Не обманывай хотя бы самого себя. Я понимаю твои чувства, но нельзя же всю жизнь думать об одном и том же. Угомонись, прекрати поиски. И не тревожь прах своей матери. Пусть она покоится с миром.
— Как ты можешь так говорить?! Пока убийца моей матери разгуливает на свободе, я не успокоюсь!
— Черт бы тебя побрал, — выругался Крамп. — Неужели ты думаешь…
— Подожди, — перебил его Сэм, — не торопись с выводами. Сначала посмотри на письмо. Мы ведь все равно сегодня встретимся!
Они — он, его сестра-близняшка Синди, Джек Крамп и его жена Вилма — с давних пор проводили вместе сочельник. Ведь именно Джек и Вилма после смерти Маргарет Донован занялись воспитанием ее детей. Кто знает, что с ними сталось бы, не будь рядом Крампов.
— А Синди ты уже сказал? — задал вопрос Джек.
— Нет. И не собираюсь, пока не получу неопровержимых доказательств.
— И не получишь. Говорю тебе, выкини ты эту историю из головы!
Конечно, может, шеф полиции и прав. А может, и нет. Ему, судя по всему, неизвестно, кто двадцать лет назад гулял с Маргарет Донован,
— Вообще, — добавил Крамп, — прошвырнулся бы ты по магазинам. Купил бы какой подарок. А про дело забудь, хотя бы на время праздников.
Но Крамп знал: для Сэма его слова просто пустой звук. Уж раз тому что-нибудь втемяшилось в голову, убеждать его бесполезно.
— Тогда встретимся сегодня у моей сестры, — сказал Сэм. — Хочу, чтобы ты сам прочел письмо. Уж это-то откладывать никак нельзя.
— Ладно, увидимся. И черт с тобой, — распрощался Крамп и повесил трубку.
На другом конце провода Сэм сделал то же самое. Он снова подошел к окну. Снег теперь валил крупными хлопьями, все вокруг покрылось белой шапкой. Пейзаж преобразился до неузнаваемости, но разве это для Сэма помеха? Ведь он вырос в этом городе и знает здесь каждый уголок.
Вот чего он не знает, так это встречалась ли его мать с другим мужчиной. И если встречалась, то кто этот подонок. И где он сейчас? Может, он остался жить в городе? Вполне вероятно. И, видно, думает, что здорово всех провел. Решил, что убийство сойдет ему с рук.
Но погоди, ты еще пожалеешь! Я до тебя доберусь! Конечно, когда узнаю, как тебя звать и где ты живешь!
А может, Крамп прав? Ведь он не раз говорил Сэму: угомонись, перестань думать об одном и том же, забивать себе голову проблемами, которые ты все равно никогда не сможешь разрешить. Нельзя жить прошлым, нельзя существовать в мире иллюзий.
Но даже если это и так, даже если он и живет в мире иллюзий, то и убийца его матери тоже глубоко заблуждается, думая, что его не настигнет возмездие. Нет, худшее у этого негодяя еще впереди.
Даже сверху Сэму было слышно, как звенит колокольчик в руках у Санта-Клауса, который, несмотря на снегопад, продолжал собирать рождественское подаяние.
В тот день, когда он обнаружил труп матери, тоже шел снег. Ведь и тогда было Рождество. И он вначале даже не заметил тело матери. Он вошел в дом и сразу же споткнулся о рождественскую елку. Уж не кошка ли ее столкнула? — помнится, подумал он. И решил ее поднять.
Тогда-то он и увидел свою мать. Вернее, ее бездыханное тело. Она лежала, распростертая на ковре. Впрочем, елка скрывала большую часть ее тела. Из-под пышных еловых ветвей виднелись лишь лицо и шея, туго затянутая алым шарфом. И еще рука, сжимавшая елочную игрушку.
А рядом как ни в чем не бывало вовсю надрывался телевизор. Слышался смех: шло какое-то комедийное представление. Вдалеке, прямо как сегодня, раздавался колокольчик Санта-Клауса…
Неожиданно хлопнула дверь. Только сейчас Сэму пришло в голову, что второпях он даже не запер дверь приемной.