Тени Прошлого

Нат Касс

В само помещение библиотеки я зашел, чуть ли не задерживая дыхание, потому что испытывал жуткое любопытство и все горел желанием сравнить ее с вариантом в Древнем Мире. В итоге сравнил: кубических метров насчитывалось чуть меньше, не было настолько внушительного объем литературы (хотя, справедливости ради, и тут он был огромен, на радость любого заядлого библиофила вроде меня), а самое главное - предметы не летают по комнате по непредсказуемым траекториям, никуда в самый неожиданный момент не исчезают, пусть бы хоть частично, и вообще ведут себя до безобразия послушно и предсказуемо, как и полагается любой уважающей себя мебели.

А ведь именно в этом и заключалась добрая половина очарования Древнего Мира.

Придя к заключению, что нынешняя библиотека меня отнюдь не разочаровала, я на несколько часов утоп в литературе и к жизни вернулся только после полуночи, когда на меня внезапно накатила непреодолимая волна сонливости.

Один раз ко мне в гости пришла Мелори. Она принесла мне чай и парочку пирожных, сказав, что ужин я окончательно пропустил, а с кухни все повара уже сбежали. На мое дружелюбное предложение сесть рядом и просто поговорить леди смущенно улыбнулась, сослалась на какие-то неотложные дела и потому отказалась, за что сразу же извинилась. Но когда переступила порог, обернулась с таким видом, будто хотела что-то у меня спросить, но передумала и, пожелав хорошей ночи, исчезла в дверном проеме.

Я долго смотрел ей вслед, держа на коленях забытую книгу. Любезный визит леди Арвейм, заботливый и красивый шаг с ее стороны, мне что-то напомнил.

Блаженно провести вечер в полном книг помещении, закономерно ставшим одним из самых любимых в замке, я намеревался и сегодня, но мои планы рушились на глазах: как оказалось, меня назначили одним из тех стражников, кто должен будет находиться в бальном зале и радовать гостей своей неповторимой физиономией. Боюсь предположить, какими критериями эти странные люди руководствовались при выборе. Критическим взглядом оценив мой наряд и тактично промолчав по этому поводу, найт Менрин вручил мне костюм и отправил готовиться к торжеству. Я обреченно вздохнул, но с воодушевленным начальством спорить не стал.

Когда в зале заиграла тихая музыка, издаваемая заколдованным оркестром, и начали появляться гости, я внезапно осознал, что мое отвращение к большим сборищам народа, в каком бы веке они ни происходили, никуда не пропадало. Просто напугано спряталось, не выдержав натиска возникших обстоятельств, а теперь же, почуяв удобнейший повод, как ни в чем не бывало, вылезло обратно.

Присутствие на балу никаких усилий, кроме моральных, к счастью, не требовало. Я стоял у стенки и старательно изображал из себя манекен, периодически вежливо кивая проходящим высокопоставленным гостям. Мой пост находился рядом с полным еды столом, и такое соседство меня более чем устраивало, потому что сердобольные хозяева без каких-либо просьб с нашей стороны разрешили нам таскать оттуда любые закуски.

Кое-кого из гостей я узнавал: по виденным когда-то портретам, по прочитанным описаниям, по известным приметам. Восхищенно пялиться на приглашенных этикет, разумеется, не позволял, но я ничего не мог с собой поделать. Перед моими собственными глазами творилась история. За короткий промежуток времени я заметил множество героев научных справок и рассказов, увидеть которых воочию мечтал уже многие годы. Не потому что заочно обожал всех подряд, нет, некоторые из них, судя по описаниям, у меня даже не вызывали симпатии - просто смотреть своими глазами всегда намного лучше и интересней. Тем более если подобная возможность есть лишь у единиц из всего населения

Мира.

А описания ведь могут и врать. У меня было уже достаточно возможностей в этом убедиться.

Впрочем, когда по лестнице спустились Мелори и Оринделл, невежливо разглядывать магов, министров и аристократов я сразу же прекратил. В простом и элегантном светлом бальном платье, с распущенными длинными волосами леди выглядела... восхитительно. Честно говоря, я не мог оторвать глаз. Но она сама, будучи занятой выполнением светских обязанностей, моего пристального внимания не замечала.

А ее брат мой взгляд все-таки перехватил. Он промолчал, не позволив себе и недовольного выражения лица, и все же я сразу понял: ничего положительного про меня в данный момент не думают.

Опомнившись, я переключил внимание с Мелори на ее собеседницу - высокую, черноволосую, богато одетую девушку, сильно напоминавшую женский вариант Оринделла.

Амелин Арвейм, нынешняя Макэдом, с легкостью определил я. Уж очень она была похожа на своего старшего брата.

Сестры, явно соскучившиеся друг по другу за долгое время разлуки, о чем-то увлеченно щебетали, стоя чуть ли не в обнимку, а их брат держался рядом, вежливо слушая и изредка вставляя комментарии, однако когда к приезжей дочери с раскрытыми объятиями подошла леди Карлия, светлая улыбка на лице Мелори резко потухла. По всей видимости, у них все же успел состояться серьезный разговор, который к полюбовному решению разногласий так и не привел и вообще закончился не самым дружелюбным образом. Мать и дочь держались спокойно, подчеркнуто вежливо, на публике недовольный вид не демонстрировали, но явно старались не смотреть друг на друга и как можно меньше разговаривать.

Леди Амелин недоуменно переводила взгляд с матери на сестру и обратно, пытаясь понять, что между ними произошло - на этот раз. В ее медовых глазах, оттенком чуть темнее, чем у моего будущего шефа, явно читалось многозначительное 'снова'. Так и не разузнав ничего определенного, девушка вопросительно посмотрела на Оринделла, но тот только неопределенно покачал головой, как будто обещая все объяснить позже, и ободрительно обнял Мелори.

Такому, по ее мнению, в данный момент не нужному единодушию детей Карлия Арвейм была не то чтобы слишком рада.

Король Ровен прибыл с опозданием на полчаса. Это был статный, внушающий уважение молодой человек с растрепанными светло-русыми волосами, веселыми голубыми глазами и задорной улыбкой. Король был облачен в совершенно обычный наряд без каких-либо изысков, а надеть свою шикарную многомиллионную корону, за ненадобностью забытую то ли в карете, то ли вообще в замке, так и не удосужился. Не знай я заранее, как выглядит Ровен Элринг, не уверен, что смог бы сразу определить знаменитую венценосную персону: никакой надменности, никакого высокомерия в нем не наблюдалось. Вообще. Ни капли.

Тем временем, Ровен с искренней, открытой улыбкой извинился за опоздание перед вовремя притихшим народом, в шутку посетовал на собственную нерасторопность, вызванную в том числе и продолжительными пререканиями с излишне старательным и властным слугой, выразительно посмотрел на последнего (на что последний никак не отреагировал) и, как ни в чем не бывало, скромно сел в уголке зала, с явным облегчением отправив свиту развлекаться. Я же со смешком подметил, что этот человек любит подобные мероприятия примерно настолько же сильно, как и я сам.