Тени Миров

Синельников Владимир

– Ты не ответил на мой вопрос, – произнес старик, – а от твоего ответа зависит твоя дальнейшая судьба.

– Ты, никак, меня запугивать взялся? – уже по-настоящему разозлился Дейк. – Так вот что я тебе скажу. Да, я уверен, что все было так, как описано в хрониках и как рассказывал мой отец. Я сам видел, что сделал упырь с одним из деревенских мальчишек, заблудившихся в лесу. И если эта мерзость попадется мне на дороге, я с удовольствием снесу ей башку или что там будет вместо нее.

– Ну что же, путник, – вздохнул старик. – Ты сам решил, хотя я тебя и предупреждал.

Затем ночной гость повернул голову в сторону тропы и громко произнес:

– Все

бесполезно. Еще один фанатик. Он ваш.

В тот же момент тьма как будто вспыхнула десятками красных огоньков, и на поляну, где расположился на ночлег Дейк, хлынула лавина гибких черных тел, вооруженных мощными когтистыми лапами, выше которых скалились истекающие слюной пасти и сверкали багровым светом налитые бешенством глаза.

– Ах ты, сволочь! – Ян вскинул руку с арбалетом, который давно потихоньку подвинул поближе к себе. Банг!

Тетива сорвалась с упора и старика, сидящего напротив, пришпилило железным болтом к стволу дерева.

Швырнув разряженный арбалет в летящую навстречу нечисть, Ян схватился за кинжал и меч. Подняться ему так и не дали. Мечом он пронзил первое прыгнувшее в его сторону тело. Клинок вошел чуть ниже рычащей пасти. Существо крутнулось на месте в агонии, и меч выскользнул из руки Яна, застряв среди костей издыхающей твари. Второго монстра он успел схватить за горло освободившейся рукой и воткнуть в неожиданно мягкое тело кинжал. Он дернул лезвие вверх, вспарывая извивающееся туловище, но затем на Дейка навалилось сразу несколько кошмарных порождений мрака, наглухо припечатав его к земле. Краем уха он услышал, как злобно заржал его жеребец, дорого продававший свою жизнь. Издыхающее существо в руках Яна мешало остальным тварям прорваться к его горлу. Однако долго продолжаться так не могло. Туша, лежащая на Дейке, отлетела в сторону, и ему в лицо пахнула смрадом красная пасть с нервно подергивающимся меж острых клыков языком.

“Неужели конец?” – подумал Ян.

Артем. Южная экзотика

В столице одной из бывших самых южных республик некогда великой империи нас встретило ослепительное солнце на безоблачном темно-синем небе. После хмурых зимних сумерек средней полосы контраст был ошеломляю­щим. Сразу же начали слезиться глаза, отвыкшие от такого обилия света. О том, что здесь зима, напоминали только заснеженные шапки гор, видневшиеся на востоке. В городе же было сухо и тепло. Местные жители, правда, одевались по-осеннему, а вот нам в зимних одеяниях сразу же стало по-настоящему жарко. При аэропорте функционировала порядком облупившаяся гостиница, где мне удалось без всяких проблем снять двухместный номер. В ларьках, полукругом выстроившихся около аэропортовских строений, торговали тем же, что и в России. К российским рублям ларечные бизнесмены не имели никаких претензий. Мы приобрели по паре солнцезащитных очков, консервы, лепешки местной выпечки и пиво все той же вездесущей “Балтики”. Единственным напоминанием о том, что мы за границей, было почти полное отсутствие среди прохожих лиц европейского типа да обилие относительно дешевых фруктов на миниатюрном базаре рядом с гостиницей.

Добраться до южных пределов оказалось неожиданно легко. Бортмеханик, сотрудничавший с нашими знакомыми, так неудачно попытавшимися нарушить условия сделки, оказался очень сговорчив. Оружие обладает великой силой убеждения. Надо только знать, где и как использовать сей аргумент. Так что пистолет Клюева плюс гипнотические способности Леды позволили нам легко пройти на борт самолета. Когда мы сходили с трапа

в аэропорту прибытия, соответствующим образом обработанный Ледой бортмеханик считал нас лучшими друзьями и был готов на все. Поэтому на самолет, следующий в далекую южную республику, мы попали без особого труда и в обход всяческих формальностей.

Оставался последний отрезок пути. В горы, где находилась станция переноса, попасть оказалось непросто. Местные кланы, как в долине, так и в горах, усердно резали друг друга во имя Аллаха. Относительное спокойствие наблюдалось только в столице да в нескольких приграничных городках с военными российскими гарнизонами, на штыках которых держался правящий режим. В провинции за незнакомых путников никто не дал бы и копейки. Да и пеший переход до станции больше чем в полтысячи верст по зимним горам нам не подходил. Единственным вариантом являлся самолет. Однако на Памир почти не было гражданских рейсов: ну кто мог себе позволить такую роскошь, как авиаперелет? За окном уже наступали сумерки, но ни одной дельной мысли в голову так и не пришло.

– Пойдем прогуляемся, – предложил я Леде после нескольких часов бесплодных раздумий. – Может, на свежем воздухе умная мысль посетит.

Леда с готовностью согласилась. Обойдя стоящие у гостиницы обшарпанные такси и отбившись от настойчивых предложений подвезти, мы направились по широкой улице, носившей трудно выговариваемое имя какой-то местной знаменитости. Однообразные бетонные коробки жилых зданий, высящиеся по обеим сторонам, ничем не отличались от домов любого российского города. Побродив, мы вернулись к гостинице.

– Пойдем хоть поужинаем по-человечески, – предложил я Леде, показав на ресторан. – Надоела сухомятка.

В ресторане, бывшем ранее не иначе как общепитовской столовой, набирала обороты вечерняя жизнь. Звучала полублатная музыка, нареченная ныне звучным иностранным словом шансон, сновали официанты и официантки. Половина столиков была занята российским ограниченным военным контингентом. Офицеры. Потрепанная официантка, напоминавшая своим видом советские времена, когда в ресторанах обслуживали исключительно такие женщины – далеко за сорок, все повидавшие и навсегда отравленные картинами яркой ежевечерней жизни, приняла заказ и неторопливо отчалила в сторону кухни. В России – с перестройкой – данный тип сошел на нет, осев в периферийных немногочисленных столовых, но на задворках бывшей империи еще продолжал, оказывается, здравствовать.

– Если ее вид соответствует стилю обслуживания, то заказ нам ждать никак не меньше получаса, – просветил я Леду, которая с любопытством оглядывалась вокруг. – Пойду-ка я возьму чего-нибудь выпить в баре.

Когда я вернулся с бутылкой сухого местного вина, рядом с Ледой уже сидел один из военных. При виде меня он торопливо вскочил:

– Извините меня за то, что сел к вашему столику, но я счел нужным оградить даму от назойливого внимания своих сослуживцев.

Я взглянул на Леду. Она успокаивающе улыбнулась мне.

– Если я вам помешал, то извините, ради бога, – продолжал извиняться передо мной военный. – Я могу уйти…

Я оценивающе оглядел стоящего передо мной. Майор, примерно одного со мной возраста и, что немного странно, абсолютно трезв. У меня мелькнула мысль воспользоваться этим случайным знакомством и попробовать через майора попасть на какой-нибудь воздушный транспорт или хотя бы выйти на обслугу военного аэродрома.

– Да ладно, – махнул я рукой, – присаживайтесь.

– Один момент, – с готовностью откликнулся майор. – Только заберу свой заказ.