Тени империи
Шрифт:
— Доедем до Южного Подземелья. Держи меч под рукой, так, чтобы легко было вытащить… В здешних местах гулять не принято.
— Как в Мос Айсли?
— Вот-вот. А может, и похуже.
— Замечательно. Но зачем мы сюда вообще явились?
Свернули в узкий, извилистый переулок. Люк заметил, что Ландо не снимает руки с бластера. Студеный воздух пробирался сквозь куртку, покусывал за уши, превращал дыхание в пар.
Ландо остановился в конце переулка, огляделся, удовлетворенно кивнул и двинулся дальше.
— Мы залезли на эту свалку, потому что здесь и обитают мои
— Понял. Надеюсь, хоть у них согреемся.
Ксизор нежился в ванне, вырезанной из плотного черного «садового камня». В этой ванне могли бы разместиться и десять человек. Ксизор проводил в ванне много времени. Ведь фаллиены вышли из воды, и возвращаться в родную стихию было куда как приятно. Над водой поднимался ароматный пар.
Генераторы волн заставляли воду пузыриться. Ксизор блаженствовал. Здесь не было голографических проекторов, никаких устройств связи, сюда он никого не пускал, кроме тех гостей, с, которыми хотел развлечься. И Гури, конечно. Иногда, под настроение, он еще включал музыку.
Ксизор откинул голову на нагретый камень и отпил из бокала, в котором дымилась пахучая жидкость — смесь пряностей и полынного экстракта, в меру крепкого, чтобы зажечь внутри тела жар, сродни тому, какой обволакивал снаружи. Жизнь казалась лишенной малейших изъянов…
Вдруг в комнату ворвалась Гури.
— Ты же знаешь, я не люблю, когда меня здесь беспокоят, — сказал он и тут же понял, что дело и впрямь срочное, иначе Гури не стала бы врываться.
Она подала ему комлинк.
— Император, — пояснила она.
Ксизор рывком сел.
— Мой повелитель, — почтительно проговорил он.
— Я вскоре покину планету, — раздался голос Императора. — Нужно проверить, как идет… строительство. Встретимся, когда я вернусь. Я хотел бы кое-что с вами обсудить.
— К вашим услугам, мой повелитель.
— До меня дошли слухи относительно одного из повстанцев, некоего Люка Скайвокера. Похоже, вы проявляете к нему интерес?
— Скайвокер? Я слышал это имя, но не могу сказать, что он меня интересует.
— Поговорим после моего возвращения.
Связь прервалась. Император почти не соблюдал условностей: редко здоровался и редко прощался.
Ксизор положил комлинк на край ванны и глубже опустился в воду. Что ж, следовало ожидать, что Император рано или поздно прознает о его планах. До тех пор, пока Ксизор соблюдает осторожность, все в порядке. Слухи — еще не доказательства.
Гури взяла комлинк и вышла.
Ксизор на миг задумался, не остановить ли ее. Пускай разденется и составит ему компанию… Несколько раз он уже поступал именно так. Гури, к его полному удовольствию, могла сойти за живую женщину практически в любых обстоятельствах…
Нет, не сейчас. Он будет беречь силы для Леи. Рано или поздно она начнет смотреть на него по-другому. Он подождет. Он умеет ждать. Терпение — одна из высших добродетелей.
Ксизор набрал побольше воздуха и нырнул. Объем его легких был огромен, и он мог оставаться под водой долгое время. Вода согрела лицо.
В
В Подземелье было теплее, но пахло почти так же скверно, как на складе, где они оставили «Тысячелетний сокол». Так показалось Люку. А вот инопланетяне и люди, мимо которых они проходили, похоже, не замечали запаха.
Под землей неподалеку находилась станция поездов на магнитной подушке. На платформе толпились в ожидании пассажиры, тут же прохаживались штурмовики Империи в доспехах и служащие станции в форме.
— По-моему, пора замаскироваться получше, — заявил Ландо. — Нельзя, чтобы камеры засекли нас в этом тряпье.
— Что у тебя на уме?
Мимо протопал спрутоголовый инопланетянин. Он даже не покосился на двух попрошаек в лохмотьях.
— Наряд, который не вызовет подозрений.
— Доспехи штурмовиков?
Ландо кивнул.
— Угу. Лучше всего — элитных. Они закрывают лица, и никто к ним не посмеет пристать именно потому, что они — элита.
Люк огляделся.
— Возле кассового робота стоит один такой, примерно моего роста.
— А второй торчит у газетного автомата. Этот мой. Пойдем, исполним свой долг перед Империей: доложим, что один из освежителей воздуха, кажется, неисправен.
Они с ухмылкой переглянулись.
Лея проснулась в растерянности. Неизвестно, сколько она проспала; кажется, совсем немного. Ксизор приходил и спрашивал, не хочет ли она принять ванну. С ним вместе! Ничего себе! Она отказалась и снова провалилась в сон.
Встав с постели, Лея подошла к компьютеру.
— Который час?
Компьютер послушно ответил.
Великий Космос! Она проспала почти шесть стандартных часов!
И успела изрядно проголодаться.
Едва она успела об этом подумать, как открылась дверь и вошла Гури с большим, доверху нагруженным подносом под крышкой. Поставив поднос на компьютерный столик, Гури произнесла одно-единственное слово:
— Еда, — и удалилась.
Лея подняла крышку. Обед из семи блюд: салат, несколько сортов котлет из соевого белка, вареные овощи, фрукты, напитки. Все выглядело весьма заманчиво и пахло аппетитно. Яд? Вряд ли Ксизор замыслил столь изысканное убийство. И если он не сделал этого до сих пор, хотя возможностей было предостаточно, значит, она нужна ему живой…
Лея попробовала кусочек хлеба. Теплый, упругий, слегка кисловатый. Что ж, можно и перекусить. Вот она, солдатская жизнь: спишь, когда придется, ешь, когда дадут…
Лейтенант вошел в кабину. Люк втиснулся следом.
— О чем вы болтаете? — хмуро спросил лейтенант. — Я не вижу ничего… Что?..
Люк воспользовался Силой и проник в его мысли.
Вообще-то имперскому штурмовику не помешали бы мозги покрепче. С другой стороны, если бы так было, он бы тогда служил не Империи, а Альянсу…