Теневые
Шрифт:
– Ноа, у тебя есть девушка? – вообще без единого колебания спросила Стефани, подавая стоявшему на стремянке Ноа гирлянду с надписью «Добро пожаловать в этот мир, малыш», которую притащили они с Коулом, явно посчитав это весьма остроумной шуткой.
Оформленная в небесно-голубых тонах надпись была обрамлена различными приторно-милыми атрибутами новорожденных вроде пустышек, бантиков, рюшечек, а завершал все это безобразие улыбающийся карапуз в подгузниках. Впрочем, зная ребят, я не удивился их выбору.
– Нет,
– А есть кто на примете? – не унималась Стефани и вот тут уж точно хитро зыркнула на меня. Я едва удержался, чтобы не бросить в нее начос.
– Возможно, – Ноа словно абсолютно не беспокоило такое беспардонное вторжение в его личную жизнь. Но как бы гневно я ни смотрел на Стеф, устроившей свой допрос отчасти и для меня, глупо было отрицать, будто я не был заинтересован в ответах Ноа. – Так, готово.
Закрепив гирлянду, Ноа повертел головой, любуясь результатом своих трудов, и спрыгнул на пол, едва не задев Стеф.
– Ох, прости, красотка, – извинился он, а потом приобнял ее за плечи и игриво спросил: – А ты, кстати, уже устала от своего бойфренда и подбираешь себе нового? Запала на меня, признавайся?
Стефани лишь рассмеялась под возмущенное «Э-э-эй, я вообще-то здесь!» Коула.
– Нет, но у меня есть симпатичный одинокий друг.
Быть еще более очевидной Стефани, кажется, уже просто не могла. Браво.
Крайне вовремя раздался звук дверного звонка – вероятно, приехала доставка еды. Стефани стоило бы поблагодарить курьера, который спас ее от участи быть связанной с кляпом во рту и оставленной в кладовке до конца вечеринки.
Ребята пили, танцевали и веселились. Алекс по пути к нам умудрился встретить еще парочку наших однокурсников и привести их с собой, не предупредив об этом заранее меня. Впрочем, я не возражал: еды и напитков хватало на всех, а разговоры и смех не прекращались, поэтому я лишь радовался тому, что день рождения удался.
– Калеб, можно тебя? – по пути в ванную Ноа поймал меня и, не дожидаясь, повел вверх на кухню.
– Что-то случилось? – он не выглядел чем-то встревоженным, хотя я заметил нечто похожее на волнение, что для Ноа было редким явлением.
– Нет, все здорово, – тут же успокоил он. – Я еще не вручил тебе подарок.
– Мог бы сделать это после того, как все уйдут, – хмыкнул я, не понимая такой внезапной спешки, хотя Ноа уже рылся в кармане бомбера, в который был одет.
– Вот, – он протянул мне небольшой тканевый мешочек на завязках. – Открой. Это
Я забрал то, что, видимо, и было моим подарком, открыл его и вывалил содержимое на ладонь. На серебряной цепочке висел кулон в форме круглого медальона с выпуклым рисунком.
– Что это? – спросил я, пытаясь разглядеть узор. Свет на кухне мы не включили и довольствовались лишь освещением, долетавшим сюда с первого этажа вместе с битами музыки. – Иероглиф?
– Защитная руна – пояснил Ноа. – Так мне будет спокойнее, когда ты начнешь выходить со мной на рейды.
– Она правда работает? – хмыкнул я, но тут же осекся. Если уж тени умерших людей способны выходить в наш мир, то почему какой-то особенный знак не может давать защиту. – Спасибо, Ноа.
– Не за что. Давай помогу, – предложил он, беря медальон с моей руки и приближаясь ближе, чтобы застегнуть замок у меня на шее.
Я почувствовал, как Ноа, закончив, вскользь огладил подушечками пальцев кожу чуть ниже линии моих волос, немного отстранился и произнес:
– С днем рождения, Калеб.
А затем поцеловал.
Глава 4
Поцелуй длился недолго, Ноа просто секунд пять касался моих губ, и пока я вышел из ступора и сообразил, что стоило бы ответить, Ноа уже отстранился.
Видимо, мое лицо выражало изрядное недоумение, потому как Ноа вопросительно посмотрел на меня и сказал:
– Только не говори, что моя интуиция меня подвела, и ты этого не ожидал.
– Эээ… нет, не подвела, – усмехнулся я, сбросив наконец первую волну замешательства, а после честно признался: – но я правда не ожидал.
– Ну тогда теперь будь готов, – с довольной улыбкой добавил Ноа и провел пальцами мне по подбородку. Кажется, он действительно сомневался, что угадал мои желания.
– Это будет еще одним твоим тестом на скорость реакций? – пошутил я, чувствуя, как от затылка вниз по шее расползаются приятные мурашки, когда Ноа, не отпуская мое лицо, очертил большим пальцем край нижней губы.
Лайтхауз усмехнулся в ответ на мой вопрос.
– Если только ты по привычке не увернешься и не завалишь меня лицом в пол, – его рука опустилась, и я мгновенно почувствовал разочарование.
– Как будто до этого мне удавалось это провернуть, – заметил я. – Ты же первый завалишь меня на лопатки.
Я не сразу понял, как двусмысленно это могло прозвучать, но когда до меня дошло, Ноа притянул меня за пояс к себе и опять поцеловал. На этот раз я не дал захватить себя врасплох и с удовольствием ответил.