Теневой клуб
Шрифт:
Дэвид, можно сказать, нырнул под автобус, чтобы спасти свою драгоценную трубу, но было уже поздно. К тому времени, когда водитель сообразил, что происходит, и остановил автобус, серебряная труба Дэвида Бергера превратилась в лепёшку. Ей больше никогда не играть и никогда не разбрызгивать вокруг себя зелёную слизь. Дэвид поднял её и попытался выправить один из вентилей, но безуспешно. Он потянул сильнее, и вентиль выпал — по нему как будто паровой каток проехался. Дэвид в полном шоке побрёл куда глаза глядят,
Через минуту к нам с Шерил подлетел Джейсон Перес.
— Я этого не делал! — воскликнул он. — Честное слово, я ничего не делал!
Я знал — он говорил правду. Создавалось впечатление, что кто-то подхватил нашу эстафетную палочку. Как будто ненависть, накопленная и взлелеянная Теневым клубом, претворилась в некоего невидимого монстра, и тот принялся самостоятельно творить нечестные, злые дела.
Однако я чётко осознавал: всему случившемуся должно существовать логическое объяснение.
— Мало ли, может, у них есть и другие враги, — пожала плечами Шерил. — Наверняка это всего лишь совпадение.
— Может быть, — согласился я. — А может быть, кто-то пытается подставить нас.
Глаза Грина
— Расскажи мне о Теневом клубе, Джаред.
Жалюзи на окнах маленького кабинета мистера Грина были подняты. Я толком не различал лица завуча на фоне яркого неба за его спиной — видел лишь силуэт. Кажется, моё сердце остановилось секунд на пять, когда он задал свой вопрос.
— Теневой клуб? Что это такое? — спросил я. Понимаю, это прозвучало глупо, но он застал меня врасплох.
— Не прикидывайся. Cам прекрасно знаешь, — сказал мистер Грин.
На третьем уроке я получил от него записку с просьбой прийти к нему в кабинет во время ланча. Я сразу сообразил, что Тайсон накапал ему про Клуб.
— Ах это! — Кажется, мне не отвертеться. — Да так, группа ребят. Мы встречаемся, ходим в кино, играем в настольные игры, всё такое.
— Почему вы называете себя Теневым клубом? — задал он следующий вопрос, крутя большими пальцами и поудобнее расположившись в своём большом кресле за большим столом в этой маленькой комнате.
— Потому что встречаемся ближе к вечеру, — ответил я, — когда везде лежат тени. Я могу идти?
— Пока нет. Сначала я хочу узнать побольше о вашем клубе.
— Что бы вам хотелось знать?
— Кто в него входит?
— Ничего, если я поем прямо здесь? — спросил я. Он кивнул.
Я начал жевать свой ланч — это давало мне возможность потянуть с ответом. Я неторопливо съел сэндвич, принялся за чипсы... Грин подождал, пока от моего яблока остался лишь огрызок, и только тогда заговорил снова:
— Ты так и не ответил на мой вопрос.
— На который?
— Кто входит в Теневой
— Я! — ответил я с улыбкой.
— Кто ещё?
— Не припомню... Говорю же, в это время уже темно, тени кругом... Я и лиц-то толком не могу рассмотреть. Можно мне теперь идти?
— Пока нет.
Я вздохнул и бросил взгляд на запястье, как будто там у меня были часы. Сохраняй спокойствие, говорил я себе. Не потей. Если я вспотею, он поймёт, как я напуган. Нельзя, чтобы он это узнал. Я поднял на Грина глаза, но всё, что увидел — это тёмное пятно его большой головы.
— Вы не могли бы опустить жалюзи? — попросил я. — Солнце прямо в глаза.
— Конечно.
Он развернулся на стуле и выполнил мою просьбу. Теперь я смог различить черты его лица; глаза собеседника пристально смотрели на меня из-за толстых стёкол очков. Я решил, что так гораздо лучше — когда я могу его видеть.
— Почему ты не желаешь рассказать мне, кто состоит в Клубе? — спросил завуч.
Я вздохнул.
— Потому что это тайный клуб. Я поклялся соблюдать тайну.
Похоже, мои слова не вызвали у Грина никакой реакции. Он продолжал пялиться на меня из-за своих пучеглазых линз.
— Тайный клуб?
— Да. Вы что, в детстве никогда не состояли в каком-нибудь тайном клубе? Это что — что-то плохое?
— Не знаю, — ответил он. — Именно это я и хочу выяснить.
Я поднялся. Мне становилось не по себе от позы Грина, от того, как он пялился на меня; и ещё было очень трудно не выложить ему всё. Но сделай я это — и он сложит два и два. Он догадается о наших проделках. И даже хуже: он повесит на нас и Дэвидову трубу, и все остальные грязные трюки, к которым мы не имеем отношения. Ничего нельзя ему рассказывать!
Я принялся слоняться по кабинету, разглядывая обстановку: книги на полке, диплом на стене, шкаф для личных дел, закрытый на замок. Я нервничал. В этой комнате я чувствовал себя словно в тюрьме на допросе третьей степени.
— Откуда вам известно о Клубе? — спросил я, хотя отлично знал откуда.
— Не имеет значения, — ответил Грин.
— От Тайсона Макгоу?
Грин наклонился вперёд и снял очки. Без них его глаза выглядели намного меньше.
— Не вмешивай сюда Тайсона.
— Значит, точно он!
— Оставь Тайсона в покое, — произнёс Грин. — У него и без твоей помощи достаточно проблем, уж поверь мне.
— Каких проблем? — насторожился я, снова усаживаясь на стул.
Грин помедлил, словно собираясь всё мне выложить, но вместо этого сказал:
— Неважно. — Он ещё немного помолчал и добавил: — Ты знаешь, что Тайсон о тебе очень высокого мнения?
Я отвёл взгляд. Без очков Грин выглядел странновато. Больше был похож на обыкновенного человека, чем на заместителя директора.