Тенепад
Шрифт:
– Шалфей, поверить не могу, что ты здесь, - тихо сказала я, в глазах стояли слезы. – Ты за границей. Почему ты так рискуешь?
– Что это за приветствие, девочка? – она протянула руки, и я обняла ее, чувствуя, какое хрупкое у нее тело под слоями одежды, как у маленькой лесной пташки. – Дай на тебя посмотреть, - она долго разглядывала меня, а потом улыбнулась и удовлетворенно кивнула. – Ты все-таки здесь. Ты нашла путь в Тенепад, - она посмотрела на Флинта, что безмолвно стоял рядом с нами, она посмотрела на фигуру Тали с прямой спиной у камней. – Почему я здесь? До меня дошел слух. Шепчут, что вернулся Хозяин теней и творит всюду шалости. Если это так, тебе нужно знать. Но
– Хозяин теней, - повторила я, не зная, стоит ли говорить ей сейчас, или подождать, пока мы останемся наедине.
– Айе, Великий. Его порой видят. Так говорят. Он хитрый. Оборотень, обманщик, - Шалфей разглядывала мое лицо. – А ты не удивлена, Нерин.
– Мне есть, что рассказать, - отозвалась я. – Почти все может подождать, но… Я встретила кое-кого необычного, и мне рассказали, что я показала достоинства. И было стихотворение: шесть качеств в первом куплете, и лишь одно – во втором. Я не знаю, когда успела показать первые шесть, но седьмое было понятным, - через миг я добавила. – Ты не удивлена.
Шалфей улыбнулась.
– Я слышала о вчерашнем сражении, и как ты все изменила. Хотелось бы, чтобы Сильвер видела это, чтобы ее сомнениям пришел конец. Когда мы встретились в Скрытой воде, ты уже хорошо справлялась с проверкой. А она и ее шайка медленно верили в это, думая, что есть лишь один путь показать качества. Дураки. Что показала ты в ночь, когда пострадала твоя бабушка, как не силу неподвижности? И с уриском ты проделала это снова. А пламя отваги помогало тебе выживать все эти три года голода и пути, хотя Сильвер это не убеждало, пока ты не проявила себя на мосту Броллахана. Зоркий взгляд? Все мы знаем, что у тебя он был с детства.
– Открытое сердце? – потрясенно уточнила я.
– Что за вопрос? Это идет с Дающей рукой, Нерин. Тебя научили делиться тем, что у тебя есть. Не только припасами, но и любовью, сочувствием. Ты сделала это для того бедняги в доме, у которого беда с головой. Да, мы знаем это, ведь мы всюду. И ты остановилась, чтобы выслушать призраков, хотя за сотню лет никто не говорил с ними, тем более, не пел с ними. Кто знает, к чему хорошему это может привести? Решимость я увидела на мосту Броллахана, ведь ты хотела помочь нам. Я знала, чего тебе стоит идти дальше. Но ты не забывала о цели, девочка. Для тебя важнее Олбан, и, похоже, для этого юноши тоже, как и для всех здесь, - Шалфей кивнула в сторону Тали.
Я была унижена ее словами. Оказалось, что она и ее товарищи понимали слова из стихотворения лучше меня.
– А в конце говорилось о свободе Олбана, - сказала я. – Это нам нужно сделать.
– Мы говорим позже, - сказала Шалфей. – У нас мало времени, как сказал твой юноша. Прощайтесь, или что ты хотела сказать. Я подожду вон там, как твой страж, все будет в порядке. От нее пахнет смертью.
Маленькая, смелая и мудрая.
– Рада тебя видеть, - сказала я с комком в горле. – А где Красный колпак? Он с тобой?
– Не смог уйти из-за крохи. Айе, он близко, малютка с ним. Я тоже рада тебя видеть, девочка, - она отошла, остановилась и посмотрела на меня. – И еще одно. Ты сказала, что показала седьмое качество. Но, может, для этого требуется еще один шаг.
Она отошла и устроилась под деревом. Тали не двигалась.
Мы стояли и смотрели друг на друга.
«Прости, - шептал голос в голове. – Освободи».
– Пришла весть, - с дрожью сказал он. – Времени нет. А тебе нужно спать, - он коснулся моей щеки, я задрожала. – Прости, мне пора уходить, - сказал он. – И я не могу выразить все сожаление.
– Но ты и не собирался оставаться, - слова были неправильными, я могла думать только о последнем прикосновении, взгляде, воспоминании. До весны далеко.
– Это было до того, как мы шли вместе. До того, как ты выслушала мою историю. А когда ты не убежала, и я подумал,… что хотел бы остаться, Нерин. Хоть немного дольше. Но кто-то сомневается во мне в Летнем форте. Когда я услышал, что отряд Кабана идет по долине, я попытался остановить их, сказать, что слухи о мятежниках в этих краях – ложь. Я сказал, что уже проверял, что здесь ничего нет. Я же не только глава отряда. Я и доверенное лицо короля, раньше им хватило бы моих слов. И они не пошли бы туда. Но их глава ослушался. Это показало, что за мной следят. Они слушаются приказов кого-то выше. Кто-то подозревал меня. Я попытался во второй раз, когда они прошли дальше, но меня снова не послушали. И мне пришлось отправить весть Регану. И оставить тебя. В пещере, пока все не закончится. Таким был план.
– Ты шел с ними, - выдохнула я. – Ты выбрал…
– Повести их на убийство? – он говорил с горечью. – Так вышло. Они были слишком близко к Тенепаду. Они не уходили, так что нужно было повести их туда, где их ждал Реган. И убедиться, что в Летний форт не вернется никто.
– Я думала, что они идут за мной. Так подумал добрый народец.
– Они знали о тебе. Они преследовали тебя раньше. Они верили, что я ищу тебя. Но отряд Кабана искал там не тебя, Нерин. Они охотились на мятежников, проверяли меня. Реган нашел документ у одного из них, это подтвердилось.
– И… когда ты вернешься… как ты объяснишь…
– Я найду верные слова. Я делал так раньше, сделаю и снова.
– Но это… потеря всех… Ты в ужасной опасности.
– Я позабочусь о себе. Не волнуйся.
Снова подступили слезы. Я сморгнула их. Не время рыдать, нужно быть сильной. Я не хотела стать брешью в броне Флинта. Я не хотела быть той, кто сделает его уязвимой. И прикосновение его было не дружеским. Это было гораздо глубже.
– Когда я смотрела бой, когда увидела, что тебе приходится делать… - было сложно совладать с дыханием. – Я не знаю, как тебе удается вести себя так раз за разом, год за годом. Я не знаю, как ты выносишь это. И… когда я призвала камнемона, когда заставила его убить, я начала понимать. Мне было плохо от этого. Я чувствовала вину и стыд. Но если бы я не сделала это, ты и бойцы Регана сейчас были бы мертвы, никто не выступал бы против Кельдека. Твоя жизнь… пугает меня. Это худший из кошмаров. Ты постоянно борешься, разрываясь между правильным и ошибочным. Поступки могут сниться по ночам, и каждое утро приходится искать силы идти дальше. И находить.
Он склонил голову.
– Я не достоин быть твоим другом, - сказал он. – Быть другом любого правильного человека. То, что я делаю… рвет меня на части. Это пятно не убрать.
– Посмотри на меня, Флинт, - сказала я. Он поднял глаза, и я пыталась увидеть за болью его сердце. – Ты хороший человек, - сказала я. – Я видела это в тебе с самого начала, но не умела доверять. Ты невероятно смелый. Олбану повезло, что такой человек сражается за его свободу. Не сомневайся в себе. У тебя сложный путь… Я хотела сказать тебе… Хотела сказать… - правильных слов было мало. Вместо них я обняла его и уткнулась головой в его плечо.