Тень
Шрифт:
Быт налаживался. Черная полоса поблекла,протерлась уступая место светлым оттенкам. Не сказать,что все стало как было раньше, но одно точно они могли констатировать в их жизни были моменты гораздо хуже.
В треугольнике общения место редактора заняли дети.
"Старик" с "Художницей" старались посвящать все свободное время преподаванию в школе.
Со временем неплохие по их меркам деньги стало приносить репетиторство. Невзгоды в воспоминаниях замылились и как сказала очередным вечером под общим пледом "художница" обвивая шею мужа руками.
– Ты знаешь?! Вот оно! Это конец!
Он улыбнулся в ответ прекрасно понимая смысл заложенный в последнюю фразу.
– Я надеюсь!-их уста соединились в долгом поцелуе.
Но вот точно ,что стало сюрпризом, так это повышенный интерес к их недвижимости со стороны риелторов и частных покупателей.
Не проходило и месяца чтобы пришлый незнакомец не поинтересовался покупкой одинокого участка раскинувшегося на краю поля, чем несказанно удивлял хозяев без ложной скромности считавших себя в этом плане оригинальными.
В основном приезжие бесцеремонно заезжали на участок паркуясь почти впритык к дому. В большинстве случаев после такого разговор не клеился и заканчивался на раздражительных нотах. По итогу ответвление на заасфальтированный съезд было ограничено мощным шлагбаумом содержащим небольшой секрет в виде двух запирающих механизмов. От простого навесного замка отказались сразу после того как неизвестные бесцеремонно сбили его своей битой.
Все эти кочевники(как называла их жена) не запоминались. Проходил год и хозяева при очередном "набеге" отчетливо верили,что данный человек уже приходил. Все они были на одно лицо...но только не эти.
В какой-то момент их оставили в покое. Периодически всплывали одинокие попытки предложений,но все они ограничивались одноразовыми листовками засунутыми в стоящий у шлагбаума ящик для почты.
Время обветшало строение и здоровье, но отношения друг к другу ,любовь между ними, не
И вот появились они. Пара. Странная пара. Не наседавшая как некоторые, не пытавшаяся запудрить мозги или льстить. С заметной отрешенностью, выслушав отказ впустить их в дом крупный мужчина без капли стеснения прошел внутрь сорвав небольшой шпингалет запирающий калитку огораживающую внутренний дворик. Проделанное было осуществлено с такой легкостью ,что показалось будто человек не заметил сопротивление преграды.
Он по свойски прошелся по темной плитке неспешно оценивая картину составленную узорами. Дойдя до навеса в виде зонта прикрывающего от солнца гарнитур из четырех предметов(стол и три стула) верзила откинув один стул прочь, грузно уселся на другой и уставился в даль рассматривая представшее перед ним поле.
Словно пушинка откинутый стул пролетел с десяток метров и остановился ударившись об дверь дома служившей хозяевам для быстрого доступа во двор поместья. Замерев на земле мебель ощетинилась "ежом" выставляя к небу квадратные ножки. Задняя часть стула треснула. Деревянный узор соединявший спинку в одно целое разлетелся по округе элементами.
Даль заворожила пришельца широтой пространства. Величественная природная картина полностью завладела его вниманием и чувствами.
– Убирайтесь отсюда вон!-маленькая щуплая женщина стояла перед раскинувшимся мужланом содрогаясь от гнева всем телом.
– Вон из моего дома!!- в этот раз гнев добавил энергии и она притопнула ногой.
Это возымело нужное действие. Незнакомец отвлекся от впечатлившего его зрелища на возникший раздражитель.
– Кока-колу принеси мне. Я люблю холодную,- его взгляд не дрогнул. Спокойствие незнакомца,словно происходящее было обыденным и соответствовало нормам человеческого поведения и морали,взорвало внутренний мир "художницы",выплескивая наружу потаенную злость, копившуюся годами на окружавшую несправедливость.
От резкого звонкого шлепка к небу взвилась стайка маленьких птиц скакавших по пашне в поисках насекомых и червей.
Второй взмах женской руки был перехвачен и хоть незваный гость казался неповоротливым из-за своих габаритов совершенный им маневр оказался молниеносным.
Он вскочил, остановив повторный удар направленный в то же место куда пришелся и первый. Клещи его грубых пальцев сомкнулись на нежном запястье выкручивая миниатюрную кисть.