Тень воина
Шрифт:
Хозяин прищурился.
– Ладно… Ради почина… Двадцать золотых…
Про нахальство молодого мага походка ему ничего не сказала, но так оно и было на самом деле.
– Двадцать!?
– воскликнул Игнациус озадачено.
– Не меньше!
– подтвердил хозяин.
– Одних волшебных зелий пойдет на это не меньше чем на пятнадцать золотых, а ведь мне еще нужно заплатить императорские налоги.
Кто бы спорил, но Игнациус не стал, хотя, конечно врал маг. Не зелья нужны были для этого, а нечто совсем-совсем другое.
– Ну, двадцать -
Он, не чинясь, выложил двадцать золотых кругляков, и работа закипела. Появились на столе какие-то плошки, стеклянные кубки, чье-то чучело. Вспыхнул и погас сам собой огонь в очаге и только в самом конце, как он и ожидал, маг достал Шар и жаровню. Строгими глазами глядя на клиента, маг приказал.
– Думай о нем! Представь его себе! Можешь закрыть глаза.
Митридан глаз закрывать не стал - кто знает, что там на уме у хозяина, а медный пестик от тяжелой каменной ступки вот он - рукой подать…
С кого начать? С Гаврилы или с Митридана? Кто для него опаснее? После мгновенного колебания он решил найти первым Митридана. Он вызвал из памяти лицо, заставил фигуру колдуна появиться перед мысленным взглядом.
Краем глаза увидел, как Шар помутнел, потом вспыхнул ярко, и в нем понеслась череда образов.
– Теперь смотри внимательно!
Поток лиц не иссякал. Лица безумным хороводом неслись, словно Шар возжелал показать всех жителей белого света.
– Его нет!
– сказал, наконец, хозяин. В голосе его Игнациус услышал неподдельное удивление.
– Я вижу, - отозвался он. Колдовство происходит очень быстро. Точнее оно или происходит быстро или вовсе не происходит. Сейчас как раз был тот самый случай, когда "не происходит". Похоже, что у колдуна все-таки достало сил сделать себя невидимым для всех любопытных.
"Плохой знак" - подумал Игнациус.
– "В силу колдун входит…" - Его нет среди живых!
– поправился хозяин.
– Если б он был жив, мой Шар нашел бы его…
– Десять золотых вернешь, или сразу двадцать?
– сказал Игнациус, чтоб не выходить из образа. Хозяин нахмурился.
– Второго искать будем?
Непрост оказался колдун, ох не прост! Маг совершенно был уверен в том, что нет сейчас у противника сил, чтоб поддерживать свои старые заклятья. Если уж сам он - член Совета - чувствовал себя высохшим колодцем, то, что говорить про простого колдуна.
Видно, что не такой уж и простой оказался колдун Митридан.
– Хорошо… Тогда хоть второго найди, если, конечно сможешь… А может быть у тебя Шар с дыркой?
Хозяин сделал вид, что не услышал.
Шар стал молочно белым. Смущенный неудачей хозяин бросил в жаровню щепотку порошка из майских жуков.
– Думай о нем.
Игнациус подумал, было, что может столкнуться еще с одной неожиданностью. Вдруг у колдуна хватило сил не только скрыть себя, но и прикрыть Гаврилу, но он отогнал эту вредную мыслишку. Глупо недооценивать противника, но переоценивать его - не мене опрометчиво… Он представил,
– Он?
Игнациус наклонился к Шару. Однако, здешний маг и впрямь что-то умел. В череде знаков начало проявляться человеческое я лицо.
– Он!
У Игнациуса отлегло от сердца. В этот раз из Шара глядело на него лицо Гаврилы.
Масленников с мокрыми от пота щекам стоял около какой-то каменной стены. Сильный ветер бил ему в лицо, развевал волосы.
– Где это?
Невидимый глаз, что висел над человеком, поднялся, и Игнациус разглядел в лучах склонявшегося к краю земли солнца странный красно-зеленый цвет гранита.
Пока он разглядывал его, Гаврила коротко вскрикнул и полетел вниз. Он не поскользнулся, не сорвался. Он сделал единственный шаг в темноту и пропал в расселине.
– Черт!
– выругался хозяин и бросил быстрый взгляд на Игнациуса. Тот сначала не понял, не сообразил и только несколько мгновений спустя догадался, что к чему. Вот она где загадка!
С усмешкой он посмотрел на хозяина. Тот поймал взгляд, смешался…
"Вот и конец еще одной монополии, - подумал Игнациус.
– Мертвая вода! Вон она, оказывается, где!" Где-то под скалой бил из земли родник необычной, "мертвой" воды, воды заживлявшей раны, оживлявшей мертвецов и возвращающей здоровье. По описаниям эту скалу знали многие, но мало кто знал, где она стоит. Об этом знали два-три из их числа, и, конечно же, хранили свои знания от чужих - уж больно денежным было это знание. Самые сильные из магов могли обходиться и без этого - хватало собственных сил, но те кто еще не вошел в силу дорого дал бы за эту тайну.
Наверное, взгляд его выдал. Простой купец просто не обратил бы внимания на цвет гранита и уж во всяком случае, не стал бы ухмыляться, глядя прямо в хозяйские глаза.
Маг сообразил, зашептал что-то, правой рукой связывая заклинание, но Игнациус не стал ждать, когда тот закончит.
Он ударил себя кулаком по груди и не столько расслышал, сколько почувствовал хруст расколовшегося стекла.
Одно мгновение, короткий треск стекла отделял Силу от бессилия, обычную жизнь от волшебства.
Схватка волшебников - не поединок богатырей, когда противники ругаются, раззадоривая себя, потом плюются, вспоминая ближних и дальних родичей, а только потом хватаются за мечи и булавы… У волшебников все по другому. Их схватка быстротечна. Происходит это оттого, что в ход пускаются такие силы, которые действую мгновенно, и если противник оказался недостаточно расторопен или удачлив, то исхода долго ждать не приходится.
Несколько вздохов спустя Игнациус уже понял, что победил. Хозяин стоял столбом, так и не закончив плести свое заклинание, только рука его, словно еще живя своей собственной жизнью в остановленном времени, описывала круги, вроде как хозяин показывал гостю невидимую муху, летавшую по идеальному кругу.