Тень шпаги

Раткевич Сергей

— А их и нет, ваше высочество, — печально улыбнулся наставник Джарлин. — У гномов они были, а у нас, грешных… Светлыми Богинями вместо слов нам дарованы слезы. Мы можем читать, восхищаться и плакать.

— Как жаль, что я так поздно родился! — воскликнул принц Ильтар. — Вот бы на лет семьсот раньше!

— Я непрестанно вздыхаю о том же самом, ваше высочество. Но Богу и Богиням виднее, кто и когда должен был родиться.

Принц полуприкрыл глаза и прошептал

полюбившиеся строки.

— Я и не подозревал, ваше высочество, что вы окажетесь способны так быстро продвинуться в изучении верхнегномьего, да еще и научитесь так остро и тонко чувствовать, — почти благоговейно молвил эльф. — Впрочем, в последнем ко мне на помощь пришли не только Богини — величайший из ведомых нам гномьих поэтов приложил к этому благородному делу свой ослепительный молот!

***

— Как стемнеет, приходи сегодня на сеновал, — подмигнув, заявила Линнэ, дочь кузнеца Грейфа, ловко проскальзывая в отведенную Карвену комнату.

— Что? — удивился он.

— Ты туповатый или просто глухой? — фыркнула девушка. — Когда стемнеет, приходи на сеновал! Может, ты еще и зачем я тебя зову, не знаешь?

— Не приду, — оправившись от растерянности и смущения, покачал головой Карвен.

— Что значит — не приду? — возмутилась девушка. — Почему это?

— Я у твоего отца работаю. Как я могу с дочерью хозяина путаться?

— Да не бойся ты! — фыркнула Линнэ. — Никто ничего не узнает. Можешь мне поверить. Не в первый раз.

— А я и не боюсь, но… Все равно не приду, — упрямо пробурчал Карвен.

— Да что ты, как теленок, «му» да «му»! Тебе говорят — приходи, значит, приходи. Нравишься ты мне, понятно?

— Да, — ответил Карвен. — Понятно.

— Так придешь?

— Нет.

— Вот как?! Значит, ты мне нравишься, а я тебе — нет? — вскипела девушка. — Получается, ты мной пренебрегаешь? Да ты хоть понимаешь, что я могу с тобой сделать?!

— Понимаю, — кивнул Карвен. — Ничего.

— Ах так! Знай же, если не придешь, я скажу отцу, что ты ко мне приставал! — пригрозила Линнэ. — Увидишь, что он с тобой сделает.

Карвен от неожиданности замер с разинутым ртом. Подобного коварства он не ожидал.

— Ага! Испугался! — торжествовала девица. — Все вы, мальчишки, смелые, пока на вас как следует не прикрикнешь!

Карвен молчал. Этот дом… такой привычный, такой настоящий… такой… домашний… похожий на то, что было раньше… так хотелось поверить, что он — на самом деле. Вот только… такие, как Линнэ, там не водились.

«Да что же это такое? Стоит чего — то коснуться — и оно тотчас

рассыпается! Или это я виноват? Касаюсь как — то не так? А может, просто не нужно пытаться себя обманывать, представляя что — то одно как что — то другое?»

И все равно, не попытайся она пригрозить, может быть, он и передумал бы в конце концов, теперь же Линнэ казалась ему страшно похожей на его собственных братьев. Что — то делать за спиной отца? Вообще за спиной кого — то своего? Она предлагает ему принять в этом участие? Обманывать вместе с ней? Кого? Того, кто ему доверился? Кто помог ему?

Дом рухнул. Еще раз. Есть ли смысл ковыряться в обломках?

— Нет, — решился Карвен. — Я все равно не приду. А чтоб все твои угрозы остались пустым звуком, я сейчас просто соберусь и уйду. И можешь тогда грозить вот этой стенке, что у меня за спиной.

— Как — уйдешь? — растерялась дочь кузнеца. — Ты ж работать нанялся!

— Работать, — тяжко вымолвил Карвен. — А не с тобой на сеновале валяться.

— Как это ты вдруг уйдешь?! — возмутилась она. — Тебе же работа нужна!

— Нужна, — сказал Карвен. — Но не ценой обмана.

— Ты не можешь уйти! — беспомощно проговорила она. — Порядочные люди так не делают!

— Порядочные люди? — Карвен покачал головой и принялся надевать сапоги.

— Эй, ты чего это? Перестань! — испугалась девица. — Что я отцу скажу?

— Скажешь, что ко мне приставала, — натягивая второй сапог, ответил Карвен. — По крайней мере, это будет правдой.

— Вот еще! — воскликнула Линнэ. — Представляешь, что мне за это будет?

— А врать вообще нехорошо, — поведал ей в ответ Карвен. — Представь лучше, что тебе будет, когда ты умрешь и Боги призовут тебя к ответу. Представь, как тебе от Богинь достанется.

— Врешь ты все! Богини покровительствуют любви!

— Так то ж любви, — ответил Карвен. — Разве ты о любви говорила?

Сноровисто увязав котомку с молотом, он поднялся и шагнул к двери.

— Да погоди же ты! Вот дурной! Разве я тебе что плохое предложила?

— Если что — то от кого — то нужно скрывать, значит, плохое, — последовал ответ.

Карвен распахнул дверь.

— Стой! — воскликнула девушка каким — то совершенно новым тоном, и Карвен остановился. — Я была не права! — быстро сказала она. — Прости. Считай, что этого разговора не было.

— Хорошо, — тотчас улыбнулся он, поворачиваясь. — Не было. И дальше не будет, ладно?

— Ладно, — понурившись, пробурчала она. — Что, я дура, что ли? С одного раза не понимаю?