Тень Луны
Шрифт:
Ромин встал и направился к боковой двери, за ним последовал Булдаков и Руслан. За дверью расположился обыкновенный видеозал для проведения брифингов. Несколько рядов стульев стояло напротив большого голографического проектора.
Андрею не нравился характер беседы. Недоговорки Евгения Николаевича рождали смутные догадки самого отвратительного тона. Они сели, генерал коротко рассказал о гипердвигателе и об информации, согласно которой возможно нападение на ПИЦ. Эта история заняла у него около двадцати минут, всё это время незнакомец молчал, а Андрей думал.
—..Мы собираем группу.
— Но это не вся ваша работа, — наконец заговорил Руслан. Голос был тяжёлым. Не зря Ромин так сторонится этого человека.
— То есть? — Булдаков перевёл взгляд на него.
— Вы будете выполнять работу, которую поручит вам Соколов, но не только. Вы понимаете, что дело слишком важное, и мы не можем оставить его без двойного контроля. В деле, возможно, присутствует третья сила, которая не связана с нашими соперниками. Вам будет поручено давать ежедневный отчёт о действиях, как Александра Соколова, так и его подчинённых.
— Вы мне предлагаете шпионить за моим другом?! — удивился Андрей.
— Можете назвать это как хотите, но суть дела от этого не меняется.
— М-да уж, — Булдаков фыркнул. — И вы думаете, я возьмусь за это дело?
— Да, — неожиданно ответил Руслан. Голос его был суров и не допускал несогласия.
Андрей сжал кулаки. Его возмущала и сама ситуация и тот подход, который выбрал генерал и этот таинственный высокий человек, но он всё же держал себя в руках, жизнь научила его не показывать эмоций.
— Если вы ему не доверяете, то зачем вы ставите его во главе группы?
— Доверие слишком большая роскошь. Нельзя доверять никому, разве не так?
Андрей оставил вопрос без ответа, у него имелось своё мнение об этом.
«Если я откажусь, то они, несомненно, приставят другого, и они знают, что я так буду думать. Выбор между двумя нет».
Булдаков оказался в неловкой ситуации: он не мог ни отказаться, ни принять. Впрочем, размышлений это не требовало. Он не мог отказать не только из-за аморальности предлагаемого поступка, а ещё и потому, что просто не имел на это права, после того, что узнал.
«Если я соглашусь, то, по меньшей мере, смогу контролировать ход событий, однако поступок всё же не самый благородный».
— Неужели вы собираетесь отказаться от этого дела?
— Нет, — ответил Андрей, но дух противился такому ответу, — но это же доносительство.
— Контроль, — поправил его седоволосый человек, однако сути этого не меняло, Булдаков сделал сложный выбор, время рассудит…
— …Да, Саш, мне пришлось его сделать.
Друг молчал, пристально глядя в стол, хотя казалось, взгляд был направлен в бесконечность. Молчание давило на нервы тяжелее грузовика метала.
— Но почему ты не сказал мне? — наконец спросил Александр.
— Как я мог тебе сказать… но ты должен понять меня. Тогда я пытался разобраться в ситуации, а потом было не до этого.
— Но почему сейчас говоришь?
— Я во многом разобрался… Время сейчас такое настаёт, что я не хочу, чтобы между нами были недоговорённости.
— Если всё прошло гладко, то ты бы так и не сказал бы?
— История не терпит сослагательного наклонения, — ответил
— Но, по крайней мере, честный ответ, — выдохнул Саша, и немного помолчав, добавил: — Да, я понимаю тебя. Ты не мог поступить по-другому. Как бы я сам поступил, не знаю, но спасибо за честность.
Булдаков улыбнулся. Что бы ни говорили курсанты из военной академии, но он не был чёрствым человеком и дорожил дружбой, как своей жизнью.
— Теперь мне придётся переделывать доклад… — проворчал Саша.
— Доклад можно переделать быстро. Нового ты не добавишь, а вот убрать кое-что нужно. Меня использовали, зная, что я не посмею отказаться. Такое впечатление, что они уже заранее знали ход моих мыслей, и я лишь сделал шаг, который они просчитали.
— Где-то я уже это слышал, — медленно проговорил Александр и почесал за ухом.
— Да, правда, но вряд ли здесь замешан Фэви.
Друг усмехнулся:
— Да, он тут явно не при чём. А доклад Жана?
— Он только указал то, что касается его работы и ничего больше. Основной-то отчёт — твой.
— Значит, наша дамочка и этот человек как-то связаны.
— Да, скорее всего.
— Знаешь, Андрей. Я тоже видел одного человека в кабинете генерала, когда меня вызвали, но он быстро ушёл, поэтому я не смог его разглядеть.
— Думаешь, это тот самый? Как он выглядел? — спросил Булдаков.
— Высокий, белые волосы… Я не успел разглядеть его…
— Да, это он.
— У меня складывается впечатление, что они используют Ромина для своих игр. Дамочка — контролёр. Здесь даже не двойной контроль, Андрей, даже тройной. Контроль за контролирующим, — Соколов горько усмехнулся.
— Единственное, чего я не могу понять: кому это надо?
— Да многим…
Андрей откинулся на стул и крепко задумался. Федерация многополярна, и, пожалуй, в ОМБ наиболее отчётливо отображала это. Он уже не первый день ломал голову, ещё в ПИЦе. Сколько раз Булдакову казалось, что поймал ответ за хвост, но он выскальзывал из рук из-за недостатка доказательств. Все предположения выстраивались в большей степени на допущениях, нежели на фактах.
Первое, что приходило в голову — шпионские игры государств. Довольно резонно, учитывая обстоятельства современной политики. Ни для кого не секрет, что Китай, как одна из ведущих стран мира, рвётся к звёздам. Проблема роста населения перед ним стоит уже не первую сотню лет. Скрытая гонка космических технологий не известна широким слоям населения, и разработка гипердвигателя казалась совместным проектом. Однако китайские учёные вели свои разработки, а некоторые страны-участницы проекта «Переход», наверняка, думали о том, что было бы, если бы все наработки достались только им. Китай? США? Евросоюз? Индия? А может и Бразилия? Тем более что следы Джулио в последней. Вообще довольно странно с самого начала выглядела версия о том, что за нападением на Объект 156 стоит глава мафиозного клана. Слишком мелко для такого дела. Скорее всего, Джулио — лишь прикрытие работы иностранных спецслужб, которые не входят в ОМБ. Но тогда откуда этот таинственный человек? И есть ещё одно «но», которое опровергает гипотезу: Макс и Тень Земли.