Тень Луны
Шрифт:
— Включаю!
Мир поплыл, но не впервые. Теперь действительно ничто не могло их остановить.
Смерч песка бился об окно вездехода, словно пробуя его на прочность. Ничего и никого не было видно. Лишь несколько раз в жёлтой пурге промелькнул свет, но и тот уже не появлялся. Сомнения и догадки — вот, что оставалось доктору Хани. После того, как водитель закрыл дверь, кондиционер быстро восстановил прохладу.
Внезапно по стеклу, которое находилось с противоположной стороны, что-то ударило. Все обернулись, словно одно целое. За стеклом
— У вас всё в порядке? — громогласно спросил он.
— Да, — ответил Эльвир, замечая, что гул уже стих и песок начал оседать на землю.
— Откройте дверь.
Доктор Хани кивнул и посмотрел на водителя и на Асию, поймав растерянный взгляд девушки. Хани открыл дверь. Ветер, поднимающий пыль, успокоился. В лицо ударил запах раскалённого песка, день уже близился к своему апогею. Взгляд сначала вычертил фигуру солдата, уверенным шагом направляющегося к нему, а затем непривычную пустоту слева. Он повернулся и с удивлением заметил, что странная конструкция исчезла без следа, и на том месте образовался странный серый круг, вокруг которого стояли трое пехотинцев.
Солдат, наконец, подошёл к нему и снял бронешлем. Лицо его походило на наковальню. Почему-то именно такая ассоциация высветилась в голове доктора.
— Мне надо задать вам парочку вопросов, — произнёс он и бросил быстрый взгляд в сторону, потому что далеко на горизонте появилась колонна автомашин. — Я могу войти?
— Да, конечно, но я и сам ничего не понимаю… не знаю, чем я могу вам помочь.
Солдат заглянул внутрь медицинского отсека вездехода и повернулся к Эльвиру, суровое лицо озарила довольная улыбка:
— Да вы и так нам уже несказанно помогли… даже не представляете как…
Глава 2
Сначала пришла боль, а затем и тошнота. Тело пытало и покрывалось каплями пота, словно Андрей лежал на раскалённой сковороде.
Он помнил всё, да и что это было? Сон, бред, галлюцинация, целый месяц странный необъяснимо связанных событий. Этого не было, не было и Империи, не было и Симирии, не было и Дины… не было этого кошмара и постоянного напряжения.
Он попытался открыть глаза. Тело слушалось, но с трудом. Булдаков ощущал себя разбитым, сломанным, как старые часы. Взгляд уткнулся на белый потолок. Андрей судорожно попытался вспомнить последние секунды, перед тем как погрузился в сон.
Удаляющиеся спины гвардейцев, летящая синегрудая пташка, но нет, было и ещё что-то, было… Разрозненные мысли-кадры стали сливаться в один фильм.
…Ракета не промахнулась, попав точно в цель. Она, казалось, взрывом озарила весь космос, разорвав хлипкую конструкцию на множество малых частей. Куски обшивки и обломки солнечных батарей мчались прочь от огня, недолго подпитываемого атмосферой станции, которая закончила свой жизненный цикл вместе с цивилизацией. Одним из осколков перерезало трос.
Его уносило взрывной волной прочь от умирающей планеты, прочь от разметающейся космической станции, в глухой, не восприимчивый к чувствам живого существа космос, туда, где ему предстояло ещё немного пожить, запертому в
«Не было этого, не было», — твердило сознание.
Андрей попытался отогнать наваждение, и оно прошло.
«Что же было потом?»
Он вспомнил какого-то человека в белом халате, потолок машины, запах песка и медикаментов, и вспомнил, что видел Макса у гипердвигателя.
«Да, всё это было!!!» — внезапно для себя крикнул он и бессильно опустился на кровать, которая радушно приняла пациента в свои объятия.
«Они смогли увести гипердвигатель!»
Вот, что имел в виду Макс… он просто издевался, стопроцентно веря в успех, и нужно признать, не без оснований. Это была жестокая издёвка, снисходительный смешок вдогонку. Булдаков вспомнил о свитке и голопроекторе. Если Макс забрал их, то доказательства уйдут навсегда. Впрочем, существовало ещё одно доказательство, но, увы, лишь косвенное: ДНК йети, но по большому счёту оно ничего не скажет.
Куртка висела рядом. Андрей принялся осматривать карманы. «Как же он всё просчитал…» — подумал Андрей. Он искал свиток, но не находил, голопроектор должен находиться у Александра в кармане. Наконец, бросив тщетные поиски, прокричал:
— Медсестра! — и уже громче, насколько мог: — Сестра!!!
Дверь открылась почти мгновенно со вторым словом. На пороге стояла девушка лет двадцати пяти в обычной одежде. Почему не в халате? Странно. Складывалось такое впечатление, что она вовсе не та, за которую себя выдаёт.
— Вы уже пришли в себя, — произнесла «медсестра». — Это хорошо.
— У меня были вещи.
— Мы ничего не забирали. Если хотите, я позову доктора.
— Нет, не надо, — сдерживая себя, произнёс он. — Где остальные?
— В соседних палатах.
— Мне срочно нужен телефон, — потребовал Андрей, даже не спросив, где находится.
— Вряд ли вам потребуется телефон.
— Что это значит?! Но мне нужно срочно позвонить!
Девушка фыркнула, и скрылась за поворотом, не прикрыв за собой дверь.
«Бред, что здесь творится?» — раздражённо подумал Андрей.
— Где я? — наконец, спросил он. — В какой больнице-то?! Или где?
Не дождавшись ответа, Булдаков приподнялся и встал. Голова кружилась, к горлу подступила тошнота, но он сдержал порывы и неровным шагом направился к открытой двери. Каждое движение давалось с трудом, ослабленное тело слушалось неохотно, и приходилось постоянно преодолевать это вязкое сопротивление.
Пустой коридор уходил метров на пятьдесят в обе стороны. Белые миниатюрные лампочки создавали довольно мягкое и приятное для глаз освещение. По отделкам стен Андрей понял, что, скорее всего, находится в больнице, но кто эта девушка? Она шла, не оглядываясь, словно призывая последовать за ней. Булдаков согласился на молчаливое приглашение. На медсестру девушка походила не больше чем он. Опыт и чутьё редко подводили его.