Тень Ирода
Шрифт:
— Старший лейтенант Виноградов, — мрачно подтвердил Дронго, — из специальной группы подполковника Славина. Он был последним. Вся группа уничтожена по приказу вашего полковника.
Для человека, шедшего впереди него, это была явная неожиданность. Он чуть повернул голову:
— Я этого не знал.
— Теперь будете знать, — угрюмо ответил Дронго, и они вошли в туалет.
Здесь, кроме пожилого ветерана с орденскими планками на груди, никого не было. Старик не спеша мыл руки.
— Поторопитесь, пожалуйста, — попросил
— Да-да, — кивнул ветеран и заторопился к выходу.
Дронго пошел за ним, с силой потянул дверь, закрывая ее. К туалету уже подходили двое парней.
— Закрыто, — чуть приоткрыл дверь Дронго, — проверяем все системы. — Он повернулся, пошарил по карманам. Потом спросил у молча стоявшего сотрудника:
— У вас есть чистый лист бумаги?
— Есть, — негромко сказал тот. — Кто вы такой?
— Хороший человек, — ответил Дронго. — Поверьте мне, я не террорист.
— Это я уже заметил, — сказал офицер ФСБ, протягивая ему лист бумаги. Дронго взял его левой рукой. В правой он по-прежнему сжимал оружие. Подумав, вернул лист своему пленнику.
— Напишите большими буквами «Закрыто», — предложил он.
Офицер, не задавая вопросов, написал слово и передал лист Дронго. Тот быстро прикрепил лист с внешней стороны двери.
Потом попросил:.
— Дайте мне ваше переговорное устройство. Офицер хотел что-то возразить, но, достав аппарат, протянул его Дронго.
— Снимите ремень, — попросил Дронго.
— Что вы хотите сделать?
— Только завязать вам руки. Я мог бы оглушить вас, ударив рукояткой по голове. Это более надежный, но и более болезненный способ. Мне он не очень нравится. После него бывают головные боли, а я не хотел бы оставлять после себя такую память.
— Вы еще и гуманист, — усмехнулся офицер, расстегивая ремень.
— Я реалист, — возразил Дронго. — Сделайте петлю и накиньте на свои руки сзади. Но сначала чуть опустите пиджак. До середины.
Он шагнул вперед и резко вывернул пиджак, сделав страховочный пояс. Затем затянул ремень на руках.
— У меня к вам нет никаких претензий, — сказал он офицеру. — Я знаю, что вы не виноваты. Но не мешайте мне исполнять свой долг.
— Вы считаете, что таким образом можно исполнять долг?
— И таким тоже, — кивнул Дронго, заталкивая своего пленника в одну из кабин.
Затем поднял переговорное устройство, поднес его ко рту офицера.
— Вызовите сюда вашего полковника, и вы убедитесь, что я прав.
Офицер молча смотрел на него.
— А если вы мне врете?
— В таком случае я вас просто пристрелю, — пожал плечами Дронго. — Вы все равно все узнаете через несколько минут. Вызывайте полковника.
Офицер колебался, потом снова спросил:
— Кто вы?
— Мое имя вам все равно ничего не скажет. Но одно слово вы наверняка слышали. Я — Дронго. Офицер улыбнулся.
— Я
— Вызовите Мамонтова сюда. И скажите, что нашли какие-то документы.
— А если он придет не сам, а пришлет кого-то?
— Он придет сам, — твердо сказал Дронго. — Скажите, что нашли документы об операции «Возвращение Голиафа».
— Четвертый вызывает Первого! — громко сказал сотрудник Мамонтова. — Четвертый вызывает Первого! — повторил он.
— Первый слушает, — раздался голос Мамонтова.
— Первый, я обнаружил какие-то бумаги, документы в туалете.
— Какие бумаги? — раздался недовольный голос. Вам нечего делать? Может, я еще должен проверять туалетную бумагу? И вообще копаться в дерьме?
— Здесь какой-то документ. Операция «Возвращение Голиафа», — не очень решительно произнес офицер ФСБ.
Секундного замешательства было достаточно, чтобы понять, как именно отреагирует полковник.
— Оставайтесь на месте, — приказал Мамонтов. — Выгоните всех из туалета. Стойте в дверях. Где вы находитесь?
— В другом здании. Где выход для иностранных туристов.
— Сейчас иду, — Мамонтов отключился.
— Убедились? — спросил Дронго, выключая свой аппарат и засовывая его в карман офицера. — Сейчас услышите и что-то другое. Только молча слушайте.
Он прошел к дверям, выглянул. Пока все идет нормально. Вернулся к одной из кабин, что ближе всего ко входу. Достал пистолет и приготовился ждать. Через минуту послышались торопливые шаги. Кто-то явно спешил подойти именно сюда. Дверь открылась. Дронго заметил ботинки. Он не мог ошибиться. Это был полковник Мамонтов. Тот стремительно вошел и замер. Из открытой кабинки на него смотрел Дронго.
— Здравствуйте, полковник, — негромко сказал Дронго, — вот мы и встретились.
Мамонтов холодно смотрел на него. Нужно отдать ему должное. Он был смелым человеком, и его трудно было испугать направленным на него пистолетом. Он хладнокровно спросил:
— Что вам нужно?
— Вы. Мне нужны вы, полковник Мамонтов.
И документы, которые вы взяли у убитого вами старшего лейтенанта Виноградова. Только не говорите что вы считали его террористом.
— Я не считал, — глухо ответил полковник. — Не нужно разговаривать со мной в подобном насмешливом тоне. Я этого не люблю.
— Вы убили Виноградова, — продолжал Дронго, — по вашему личному приказу были убиты подполковник Славин, майор Орловский. Из-за вас покончил самоубийством капитан Гамза Агаев. Вы заменили капитана Инну Светлову, прислав вместо нее свою сотрудницу и убрав настоящую Светлову. Надеюсь, вы все это не будете отрицать?
— А я думал — вы профессионал, — презрительно обронил Мамонтов. — Вы думаете, я мог отдать приказ об уничтожении целой группы ФСБ? Не будьте таким наивным. Этот приказ пришел сверху.