Тень и Лёд
Шрифт:
— Вейл!
Снова раздался голос Нокса. Еще виски с медом и капелькой сливок. Ммм. Так хорошо. Она хотела большего.
— Сосредоточься на мне, Вейл. Борись, чтобы добраться до меня.
Бороться, да. Но как только она потянулась к нему, невидимая цепь сковала ее лодыжки и потянула вниз, глубже в яму. Так много боли. Так много решимости.
Рейнджер прибыл на Терру, чтобы отомстить. К своему удивлению он нашел новый смысл жизни. Селеста разбудила его омертвевшее сердце, и он нуждался в ее близости, всегда и навечно.
Это чувство
Освободившись ото льда, он спас ее от неминуемой смерти, перенеся в их особое место встречи, где залатал ее раны и уложил в постель, прямо рядом с собой, где ей и было самое место. И снова испытал полное удовлетворение… пока не проснулся и не обнаружил, что она ушла.
Ожидание ее возвращения было пыткой. Но рядом с лавандовым полем он чувствовал ее запах, вожделение к ней, бесконечный огонь в крови.
Наконец, открылся еще один разлом. Но что же он увидел? Пара карих глаз, которые не принадлежали его любимой Селесте.
Кто осмелился вторгнуться в его убежище?
— Вейл.
Голос Нокса прогремел у нее в голове. И снова она потянулась к нему. «Так по нему скучаю. Наше совместное время ограничено. Нельзя терять ни минуты врозь».
— Вейл!
На этот раз громче. Ближе… Прохладный ветерок вернулся, пронизывая ее насквозь, поднимая все выше… Нора попыталась засосать ее обратно, но она продолжала подниматься.
— Нам надо уходить, — отрезал Нокс. — Мы должны уходить прямо сейчас. Должны быть на собрании воинов. Сейчас, Вейл. Сейчас же!
Еще выше! Необходимо открыть глаза, встать и идти, не бежать, но тяга к ледяным горам была слишком сильной, чтобы ее игнорировать.
«Нужно быть в горах сейчас, сейчас…»
«Сейчас же!»
Словно от удара дефибриллятором, Вейл мгновенно проснулась. Воспоминания Рейнджера отступили на задворки ее сознания, и она пришла в себя.
Она тяжело дышала, обливаясь потом, но, по крайней мере, во рту у нее остался пьянящий привкус. Прозрачная пленка затуманила ее зрение. Вейл моргнула, и тень обрела очертания, нависнув над ней. Моргнула снова. Наконец пленка рассеялась, и она встретилась взглядом с Ноксом.
Он глубоко вздохнул, его плечи опустились, и Вейл нахмурилась. Что, черт возьми, с ним случилось? Красные круги окаймляли его налитые кровью глаза, синяки образовывали полумесяцы под ними, и линии напряжения обрамляли их. Он не брился уже несколько дней, его щетина была гуще и темнее, чем обычно. Шею покрывали рубцы.
— Ты в порядке? — спросила она, смущенная хрипотцой своего голоса. Подождите. Где она? Определенно не на лавандовом поле. Быстрый осмотр показал, что она внутри бункера Нокса. Обнаженная. — Я упала в обморок после того, как убила Рейнджера? Как долго я провалялась в отключке?
— Я в порядке. И да. Тебя не было почти две недели. А голая, потому что сжигала свою одежду.
«Что?»
— Пожалуйста,
Она хотела иметь способность стрелять огненными струями, а не превращать свою одежду в пепел.
— Я так и не научился шутить. А теперь у нас нет времени. — Он вскочил на ноги и начал носиться по бункеру, собирая одежду и пристегивая оружие. — Пока ты лежала в отключке, я модифицировал шесть пуль в цилиндре моего револьвера. При контакте они будут испускать шипы, вызывая больше повреждений. Когда он перезарядится, новые пули будут нормальными, так что мне придется использовать с шипами. И я возьму меч Гуннара, хотя и не знаю, что он может сделать.
Он что-то бормотал, вероятно, чтобы отвлечь ее от ослабленного состояния, что было очень милым.
— О! Мне снился его меч, — сказала она ему. — Гуннар и Селеста остались одни. Он был без рубашки и ранен, и она сказала что-то о последствиях, если он применит оружие на себе. Он сказал, что уже заплатил цену, затем прижал рукоять к своему лбу, а лезвие — к груди. Меч просто… растаял сам по себе и впитался в его кожу. Он закричал от боли, и я проснулась, так что не знаю, что случилось дальше. Извини.
— Металл расплавился, — задумчиво произнес он, — а не человек. Может быть, чтобы вылечить его? Я слышал о другом оружии с похожей характеристикой… Последствия…
Его глаза расширились и вернулись к ней. Он смотрел на нее с нарастающим ужасом.
— Что случилось? — требовательно спросила она.
— Айер…
Она подождала, пока он закончит. Его военные инстинкты… что?
Он сделал шаг в ее сторону и остановился. Еще один шаг. Его кулаки сжались. Затем он отскочил, как будто она стала ядовитой.
— Не имеет значения, — прохрипел он. — Пожалуй, я не возьму меч Гуннара.
— Но почему?
Что с ним происходило? Если бы ее голова не кружилась от слабости, она бы точно смогла это понять.
— Объясню позже. А сейчас у нас слишком много дел.
— Хорошо. — Вейл приняла сидячее положение, вдохнула и выдохнула. Когда головокружение, наконец, прошло, она увидела простыни, испещренные прожженными дырами. Стоп. — Это я сделала? — пискнула она.
— Да. Теперь ты можешь создавать огонь. Поднимайся, поднимайся. — Он не стал дожидаться, пока она подчинится, а рывком поднял ее на ноги. — Мы должны присоединиться к собранию как можно скорее. Нельзя опаздывать. Осталось меньше часа.
Час? Черт.
Пока она стояла, покачиваясь, Нокс одел ее. Бюстгальтер. Трусики. Футболку через голову, руки в рукава. Он наклонился, чтобы натянуть на нее брюки. Пока он застегивал ее военные ботинки, она использовала его плечи для баланса.
Черт. Она чувствовала себя так дерьмово.
— У тебя есть выбор, — сказал он, протягивая пальто. — Быть в тепле или в холоде, но иметь больше пространства для маневра.
«Первое собрание, первая масштабная драка». Правильный наряд был просто необходим.