Тень горы
Шрифт:
– А тебе не приходило в голову, что проблемой здесь являешься как раз ты? Люди вроде тебя приезжают в Индию и привозят с собой всевозможные беды.
– В Индии хватало всевозможных бед еще до моего приезда, и их останется с избытком, если я уеду.
– Сейчас мы говорим о тебе, а не об Индии.
Она была права, и ножи у меня под рубашкой служили тому подтверждением.
– Ты права, – признал я.
– Что, я права?
– Да, ты права. Я создаю проблемы, это так. Впрочем, как и ты в данный момент, если уж говорить
– Лизе не нужны проблемы из-за тебя, – сказала она сердито.
– Конечно нет, – согласился я. – Проблемы не нужны никому.
Ее карие глаза вглядывались в мое лицо дольше прежнего, как будто выискивали там нечто достаточно глубокое или обширное, могущее придать сказанному дополнительный смысл. Наконец она рассмеялась, отвела глаза и запустила унизанные перстнями пальцы в свою дикобразистую шевелюру.
– Сколько дней продлится выставка? – спросил я.
– Мы рассчитываем на всю следующую неделю, – сказала она, следя за последними гостями, покидающими галерею. – Если только не помешают бесноватые.
– На вашем месте я бы нанял охрану. Поставил бы у входа парочку крепких и быстрых ребят. Предложите подработку охранникам из пятизвездочных отелей. Среди них есть действительно хорошие бойцы, а не какие-нибудь накачанные увальни.
– У тебя есть опасения насчет выставки?
– Пока не уверен. Но я только что видел тут нескольких типов. Реально злющих. Думаю, им чертовски не по душе это шоу.
– Ненавижу сраных фанатиков! – прошипела она.
– Полагаю, эта ненависть взаимна.
Взглянув в сторону галереи, я увидел Лизу, которая обменивалась прощальными поцелуями с Ришем и Таджем.
– Вот и Лиза.
Я сел на мотоцикл и толкнул ногой рычаг стартера. Двигатель рявкнул, оживая, и перешел на низкое утробное урчание. Лиза подошла, обнялась с Розанной и заняла место на сиденье позади меня.
– Пхир миленге [18] , – сказал я Розанне. – До встречи.
– Она не состоится, если я замечу тебя раньше, чем ты меня.
18
До встречи (хинди).
Дорога удобно скатывалась под уклон в направлении моря, но вскоре я был вынужден остановиться на красный сигнал светофора – и секунду спустя увидел в затормозившем рядом черном фургоне тех самых людей, которые играли со мной в злобные гляделки у галереи. Сейчас они были отвлечены каким-то спором между собой.
Я подождал, когда они тронутся на зеленый сигнал, и пристроился следом. Заднее стекло фургона было сплошь залеплено стикерами с политическими лозунгами и религиозной символикой. На следующем перекрестке я свернул с оживленной трассы.
Возвращаясь домой кружным путем, я размышлял о тревожащих переменах, которые уже
Мы есть то, чего мы боимся, – и многих из нас уже начинала бить дрожь в предчувствии неминуемых кровавых разборок.
Глава 4
До дома мы добирались долго – сначала по Педдер-роуд, затем по широкой дуге набережной Марин-драйв, вдоль россыпи городских огней, отражавшихся в тихих водах залива. Продолжали разговор и по прибытии, когда я въехал в огороженный двор многоквартирного дома, попутно махнув рукой сторожу, и остановился в парковочной зоне на цокольном этаже.
– Иди наверх, – сказал я Лизе, – мне надо обтереть байк.
– Прямо сейчас?
– Да. Я не задержусь.
Когда ее каблучки застучали по мраморной лестнице, я повернулся к сторожу, кивнул и пальцем указал вслед Лизе. Он сорвался с места и побежал за ней, прыгая через две ступеньки.
Я услышал, как открывается дверь квартиры и как Лиза говорит «доброй ночи» сторожу. В следующую секунду я выскользнул через боковую дверь на пешеходную дорожку и, стараясь двигаться бесшумно, проследовал вдоль живой изгороди, окаймлявшей здание.
Незадолго до того, разворачиваясь перед въездом на парковку, я заметил в тени изгороди съежившуюся фигуру. Там кто-то прятался.
Я вынул нож, приближаясь к тому месту, где ранее видел силуэт. В ту же секунду из тени вышел человек и, не заметив меня, направился в сторону парковки.
Это был Джордж Скорпион.
– Лин! – позвал он шепотом. – Ты еще там, Лин?
– Какого черта ты тут ошиваешься, Скорпион? – громко спросил я, подойдя к нему сзади.
Бедняга высоко подпрыгнул, суча ногами в воздухе:
– Ох, Лин! Ты напугал меня до усрачки!
Я глядел на него, ожидая пояснений.
Мирное соглашение, заключенное между мафиозными кланами по итогам последней гангстерской войны в южном Бомбее, с недавних пор дышало на ладан. Агрессивная молодежь, не участвовавшая в той войне или в переговорах о мире, все чаще затевала стычки и нарушала правила, написанные кровью куда более крутых бандитов. В нашем районе также случались нападения, почему я и был все время настороже. Но сейчас я разозлился на себя самого за то, что едва не напал на друга.