Тень Гегемона
Шрифт:
Кто-то из солдат Боба прыснул, но вскоре все они помрачнели. То, что репортерам сообщили, будто Боб и Сурьявонг погибли, значило: тот, кто составлял рапорт, был уверен, что они оставались в доме, а это можно было проверить только двумя путями: либо если нашли тела, либо если дом был под наблюдением. Поскольку тела, очевидно, не были найдены, то человек из канцелярии чакри, составлявший рапорт, был участником заговора.
– Вполне понимаю людей, которые хотят убить Бороммакота, – сказал Сурьявонг. – Но меня?
Солдаты засмеялись, Боб улыбнулся.
Дозоры
Приходили новые сообщения. Премьер-министр заявил, что берет расследование под личный контроль. Кто-то из армейского руководства явно допустил непростительную оплошность, позволив вражеским агентам проникнуть на базу самого командующего. Поэтому, для защиты репутации чакри и чтобы все видели, что армия не прикрывает своих, расследованием будет руководить городская полиция Бангкока, а осмотр места происшествия будет производить городская пожарная служба.
– Отлично сработано, – сказал Сурьявонг. – Прикрытие у премьер-министра железное, и чакри не сможет не пустить полицию на базу.
– А если пожарные приедут достаточно быстро, – добавил Боб, – они могут даже помешать людям чакри войти в здание, которое еще до тех пор не остынет. Так что они даже не узнают, что нас там не было.
Вскоре сирены объявили о прибытии полицейских и пожарных машин. Боб ждал стрельбы, но ее не было.
Вместо этого вбежали двое дозорных.
– Сюда идут, но не солдаты. Шестнадцать полицейских, и с ними штатский.
– Только один? – спросил Боб. – Женщина среди них есть?
– Только один, и женщины нет. Кажется, это сам премьер-министр, сэр.
Боб выслал еще дозорных посмотреть, нет ли поблизости военных.
– Как они узнали, что мы здесь? – спросил Сурьявонг.
– Как только они взяли под контроль канцелярию чакри, – ответил Боб, – они по личным делам выяснили, что солдат, который послал письмо, находился в казарме в момент его отправления.
– Так что, можно выйти наружу?
– Пока не стоит.
Вернулся один из дозорных:
– Премьер-министр хочет войти в казарму.
– Пожалуйста, пригласите его, – велел Боб.
– А ты уверен, что он не начинен взрывчаткой, чтобы убить нас обоих? – поинтересовался Сурьявонг. – До сих пор твоя паранойя сохраняла нам жизнь.
Будто ему в ответ, по видео показали чакри, увозимого от главного входа в сопровождении эскорта полиции. Репортер комментировал, что Наресуан подал в отставку с поста чакри, но премьер отказался ее принять и настоял, чтобы Наресуан просто ушел в отпуск на время расследования. Тем временем министр обороны принял канцелярию чакри под личный контроль, и на ключевые посты в штабе были назначены генералы из войск. Пока они не прибудут, все будет контролироваться полицией. «Пока мы не будем знать, как индийские агенты смогли просочиться на нашу столь охраняемую базу, – заявил
Премьер-министр вошел в казарму.
– Здравствуйте, Сурьявонг, – сказал он с глубоким поклоном.
– Здравствуйте, господин премьер-министр, – ответил тот с поклоном куда менее глубоким. «Ох уж эта гордыня выпускников Боевой школы!» – подумал Боб.
– Некая монахиня летит сюда со всей возможной поспешностью, – произнес премьер-министр, – но мы надеемся, что вы решитесь мне поверить, не дожидаясь ее прибытия. Она, видите ли, была на противоположной стороне земного шара.
Боб выступил вперед и вполне прилично произнес по-тайски:
– Господин премьер, я думаю, что нам с Сурьявонгом будет безопаснее под охраной этих верных войск, чем где бы то ни было в Бангкоке.
Премьер-министр оглядел вооруженных солдат, стоящих по стойке «смирно».
– Итак, прямо посреди базы здесь создали частную армию?
– Я недостаточно ясно выразился, – сказал Боб. – Эти солдаты полностью верны вам. Они ждут вашей команды, поскольку вашими устами говорит Таиланд, господин премьер.
Премьер поклонился едва заметно и обернулся к солдатам:
– Если так, я приказываю арестовать этого иностранца.
Тут же руки Боба были зажаты ближайшими двумя солдатами, а третий его обыскал в поисках оружия.
У Сурьявонга глаза полезли на лоб, но он ничего не сказал.
Премьер улыбнулся:
– Можете его отпустить. Чакри мне сказал – перед тем как ушел в отпуск, – что эти солдаты распропагандированы и нелояльны Таиланду. Я теперь вижу, что его дезинформировали, а раз это так, то я думаю, что вы правы. Вам действительно безопаснее находиться здесь под их защитой, пока мы не выясним, насколько глубоко проник заговор. Я бы даже был вам благодарен, если бы имел возможность выделить сотню ваших людей для осуществления контроля над базой вместе с полицией.
– Я настоятельно прошу вас взять их всех, кроме восьмерых, – сказал Боб.
– Каких восьмерых? – спросил премьер.
– Любой взвод из восьми этих ребят может выстоять день против всей индийской армии.
Абсурд, конечно, но звучит приятно, и его люди были счастливы услышать подобные слова.
– Тогда, Сурьявонг, – сказал премьер, – я был бы вам благодарен, если бы вы приняли командование над этими людьми, кроме восьми человек, и заняли бы с ними базу от моего имени. К каждой группе я придам полицейского – как свидетельство, что эти люди действуют по полученным от меня полномочиям. Разумеется, одна группа из восьми человек все время будет охранять вас.
– Есть, господин премьер! – ответил Сурьявонг.
– Я помню, как во время своей последней кампании говорил, – произнес премьер, – что будущее Таиланда находится в руках детей. Я понятия не имел, насколько буквально и скоро воплотится мое предвыборное красноречие.
– Когда прилетит сестра Карлотта, – сказал Боб, – можете ей сказать, что в ее присутствии нет необходимости, но я был бы рад ее видеть, если она найдет время.
– Я передам, – обещал премьер. – А теперь давайте действовать. У нас впереди трудная ночь.