Тень дракона
Шрифт:
Где ты, Дракон? Где?
Гремлин вынырнул из кафе:
– Майор, там все чисто! Пирог двинулся к заднему входу.
– Хорошо, – кивнул Сергиевский. – Очень хорошо. Как считаете, Шатов, он пойдет напролом? Или отступит, признает проигрыш?
– Не знаю, – Шатов зябко потер руки. – Если он решил…
– Будет прорываться? Выигрывать любой ценой?
Из-за угла вылетел автобус, затормозил сразу за «мицубиси». Из автобуса выпрыгнул капитан в камуфляже, бронежилете и с автоматом:
– Сергиевский, куда моих ставить?
– А
– Сорок человек.
– Хватит, тут всего два подъезда, – Сергиевский посмотрел на часы. – У вас ровно одна минута.
– Понял, поехали, – капитан что-то скомандовал, и шоу-группа высыпалась из автобуса и скрылась за углом дома, оставив четырех автоматчиков редкой цепочкой перед фасадом.
– Вот что-что, а бегать мы научились быстро, – пробормотал Сергиевский.
– Не нужно было так шуметь, – недовольно сказал Климов, вышедший из-за угла.
– Думаешь? А если он, нас не заметивши, кого-нибудь убьет? А так, глядишь, мы кому жизнь и спасем…
С другого конца площади послышался визг, гулкий удар и звон стекла.
– Банк! – выкрикнул Климов. – Он нас кинул!
– Сбегай, посмотри, – приказал майор. – Гоблин, с ним!
За машинами и остановившемся на перекрестке автобусом Шатов не смог рассмотреть, что именно произошло возле банка. Опера, лавируя между машинами, скрылись из виду.
– Как полагаешь, Дракон нас кинул? – негромко спросил Сергиевский у Шатова.
– Не знаю, – повторил Шатов. – Не думаю. Это или случайность, или для отвода глаз.
Звон стекла. На этот раз не за потоком машин, а откуда-то сверху. Над головой. Шатов поднял голову.
Что-то обрушилось сверху на пустое летнее кафе, расшвыривая в стороны солнцезащитные зонтики. Тело.
Шатов задохнулся от ужаса. Женское обнаженное тело лежало возле смятого зонта среди осколков стекла. Из кафе выбежала женщина, замерла. Истошный визг перекрыл все остальные звуки.
Шатов как загипнотизированный шагнул к трупу.
Лет двадцать пять… Тело исполосовано стеклами. Руки связаны за спиной. Из-под головы быстро растекается лужа крови. Темно-красное на сером граните.
Ноги неестественно вывернуты.
Шатов собрал все силы и отвернулся.
– Волков! Волков!
Это майор, понял Шатов, он что-то приказывает… Девятый этаж. Шатов поднял голову и увидел, что одно из окон девятого этажа зияет проломом.
Выбросил. Дракон вышвырнул женщину с девятого этажа, не боясь, что его схватят. Он не мог не слышать сирены и не обратить внимания на автобус. И все-таки нанес удар.
– Все этажи проверь, каждую комнату. Чердак и подвал. Мусоропровод и лифтовую шахту.
Он ушел, вдруг подумал Шатов. Он ушел. Я не знаю как именно, но ушел. Его уже здесь нет, иначе я бы его почувствовал. И теперь мы виноваты, что погибла именно
Это мы выбрали север. Это мы выбрали север. Это мы выбрали север!
Шатов не понял, что выкрикивает эти слова в полный голос:
– Это мы выбрали север! Это мы выбрали север.
– Шатов! – кто-то рванул Шатова за плечо.
– Это мы выбрали!..
– Шатов! – две пощечины, одна за другой обожгли лицо Шатова. – Очнись!
– Что «очнись»? Это ты ей скажи, пусть она очнется! Пусть встанет! Слышишь? Пусть она встанет! Подними ее, если такой умный! Думаешь, у тебя получится? – Шатов оттолкнул Сергиевского и пошел к погибшей. – Вставай, красавица! Проснись! Жизнь прекрасна! Отчего люди не летают?
Чьи-то руки вцепились Шатову в левую руку, но Шатов ударил правой, не глядя.
– Ты же красивая, – сказал Шатов, опускаясь на гранит возле обнаженного мертвого тела, – ты еще должна была жить. У тебя красивые волосы…
Пальцы Шатова осторожно коснулись волос погибшей.
Она не успела закрыть глаза. Сколько длился ее полет? Секунду? Две? Она просто не успела зажмуриться и видела все. Видела, как приближался гранит, видела, как Шатов и майор стояли там, внизу, и даже не пытались ее спасти…
Шатов протянул руку к ее лицу. Нужно закрыть ей глаза. Пусть она поспит… Она, наверное, очень устала, пока долетела до земли…
Но закрыть ей глаза Шатову не дали. Ему жестко зажали руки, завернули их за спину. Они думают, что он будет сопротивляться! Эта мысль показалась Шатову смешной. Они думают, что Шатов попытается отбиться от них… Чушь! Ему нужно беречь силы. Он должен найти Дракона.
Шатова втолкнули в микроавтобус.
Он найдет Дракона. Он найдет. Не они, не опера. Не люди таинственного Хорунжего и странного Гаврилина. Он сам. Он один.
Ему закатили рукав, чем-то протерли. Укол. Ну и хорошо. Хорошо все, что помогает ему восстановить силы. Ему нужно совсем немного времени.
Подожди, Дракон, я приду к тебе. Я приду к тебе, сказал Шатов.
– Я жду, – ответил Дракон.
– Это только между нами, – сказал Шатов, – ты не должен…
– Слово «должен» не для меня, – прервал Шатова Дракон, – только я один устанавливаю правила. И животные будут умирать так, как этого хочу я. Я!
– Я найду тебя, – прошептал Шатов.
– Ты меня найдешь, – пообещал Дракон. – Обязательно найдешь. И проклянешь этот момент.
Часть 2.
Глава 8
– За Рыжего, – Сергиевский поднял стакан и встал.
Встали остальные, и вместе с ними поднялся со стула и Шатов. Он не мог ни говорить, ни даже отвечать на вопросы. Слова запеклись в горле, взялись коркой, словно кровь на ране. В голове и сердце зияла пустота. Шатов устал от смертей.