Тень дракона

Золотько Александр Карлович

– И все это по результатам моей драки в баре?

– Не только. Вчера я переговорил с человеком, которого очень уважаю. Так вот он посоветовал не использовать вас в слепую. Более того, настоятельно рекомендовал расспросить вас о странной способности видеть сны наяву. Я, честно говоря, так и не понял, что он имел ввиду.

Интересные у майора знакомые, думал Шатов, проходя через зал к раздевалке и забирая куртку. Знают даже о том, что Шатов сообщал только Хорунжему и его ребятам. Хорунжий делится

информацией с Сергиевским? Или просто решили таким образом подтолкнуть майора к нужным действиям?

Интересно. И еще интересно, знал ли Хорунжий о видах на роль Шатова в деятельности группы? Знал или нет? Сознательно подставил или случайно? И что вообще собирается предпринимать по этому поводу?

Вопросы, вопросы, вопросы… и ни одного ответа.

Шатов вышел на улицу и даже не удивился, увидев почти родной серебристый «мицубиси». Майор, не останавливаясь, прошел мимо Шатова к машине, сел возле водителя.

Плюнуть на все, тоскливо подумал Шатов, и поехать домой. Что они, руки ему заломают? И скованного бросят в машину? А что дома?

Дождь усилился. Лужи недовольно плевались под ногами Шатова, пока он медленно шел к машине.

Странно. Никто не хочет спросить его, Шатова, а что он думает обо всем этом. Почему никто не интересуется, хочет ли Шатов принимать активное участие в работе группы. И есть ли, по его мнению, у группы хоть малейший шанс найти Дракона, с помощью Шатова или без нее?

Фигня все это, господа, если хотите знать мнение Шатова по этому поводу. Все мы только предполагаем, а Дракон уже все рассчитал и принял решение. А им всем предстоит только сыграть написанные роли. Вот что обидно.

– Вот что обидно, – сказал Шатов, сев в машину.

– Что именно? – спросил Сергиевский.

– Именно это, – ответил Шатов и засмеялся.

Глава 4

– Рыжий еще не приехал, – сообщил Климов, как только Сергиевский появился на пороге. – Звякнул минут тридцать назад, что у него может быть для нас сюрприз. Объяснять не стал.

– Конкретнее ничего не говорил?

– Только это, – развел руками Климов, – вы ж его знаете.

– Знаю, – тяжело вздохнул Сергиевский. – Где остальные?

– Сашка с Гремлином в столовой хавают, Димка и Пирог отдыхают перед… – Климов быстро глянул на Шатова, – … перед ночью.

– Поднимай обоих, – приказал Сергиевский, – и ко мне в кабинет.

– Другой бы спорил – я не буду, – пробормотал Климов, снова бросив, уходя, взгляд на Шатова.

– Вот так и работаем, – улыбнулся Сергиевский и покачал головой, – твою мать.

– Что так тяжело? – поинтересовался Шатов.

– Не нравиться мне этот звонок Рыжего… Умный парень, но любит повыпендриваться, – Сергиевский открыл дверь кабинета и

жестом пригласил Шатова войти, – и мне совершенно не нравится обещанный им сюрприз.

Шатов задумчиво постоял посреди кабинета, выбирая место для посадки. Фокус в том, чтобы не занять привычное место кого-нибудь из группы. Не хватало еще нелепых разборок типа «вас здесь не сидело». Климов сможет сварганить из этой ситуации несколько весьма напряженных минут. А у Шатова совсем не было настроения спокойно сносить подколки и шуточки. Руки все еще зудели, а хмель от драки из головы все еще не выветрился.

В кабинете кроме письменного стола и кресла возле него, был еще низкий кожаный диван, два таких же кресла возле журнального столика, вращающийся стул возле стола с компьютером и еще два стула возле книжного шкафа.

Ну вперед, господин Шатов, прояви проницательность. Где кто может сидеть?

Майор, ясное дело, за столом. Климов… Верткий и непоседливый Климов на диване смотреться будет не очень естественно, особенно, если кроме него туда сядет еще кто-то. А вот двухметровый Гремлин на этом же диване будет в самый раз. Браво, Шатов, одного мы вычислили.

Дальше приятели Коля Таранов и Пирог. Пирог, кстати, это не кличка, а фамилия, удобная в обращении настолько, что имени его за неделю общения Шатов так ни разу и не услышал. И Таранов и Пирог в группу, насколько понял Шатов, прибыли из одного райотдела, посему держались парой. И сидеть им выпадало на стульях возле стены. Можно и пошептаться и обсудить проблемы.

Балазанов и Климов… Остались без жилплощади Климов и Балазанов. И Рыжий. А хрен его знает, товарищ майор, где они могут сидеть. Шатов подошел к креслам.

Рыжий и Балазанов у нас будут сидеть здесь, а Климов на вращающемся стуле возле компьютера. Да, тогда картина будет выглядеть гармонично настолько, что Шатову придется идти за своим стулом.

Шатов оглянулся на Сергиевского и обнаружил, что тот с интересом наблюдает за его перемещениями по кабинету.

– Выбрали? – спросил майор.

– Не получается, – признался Шатов, – придется идти за своим.

Дверь кабинета распахнулась, вошел Климов:

– Я…

– Подожди за дверью, – скомандовал Сергиевский.

– Секретничаем? – с ехидцей поинтересовался Климов и вышел, хлопнув дверью.

– Так что говорите – места не хватает? – Сергиевский встал из-за стола, подошел к Шатову и обозрел кабинет с его места. – Почему?

– Гремлин, Рыжий, Таранов, Пирог, Балазанов, Климов, – называя оперов, Шатов указывал пальцем на место, которое по его мнению они занимают в кабинете.

– Такой вот расклад… – майор хмыкнул и вернулся к письменному столу.

– Что-то не так?

– Ну… – протянул майор.