Темпестус
Шрифт:
— Это сделано с помощью машины, — сказала она. — Я бы сказала, что всё это надиктовали в наборщик текста.
— Но что это?
Марджин пролистала страницы в своей руке. Наверху каждой жирным шрифтом были выведены одни и те же два слова:
— «Кантос Континуос».
— Что?
— Это высокий готик. Означает ”бесконечная песнь”. Похоже, это название всего этого. — Она прочитала ещё немного. Почти сразу стало очевидно, что эти писания, предположительно, исходили от Богини Морской. Их едва ли можно было назвать поэзией. Скорее потоком бессвязного бреда. — Всё это —
Она взяла другую пачку листов и пролистала их:
— Эти, кажется, поновее, — произнесла она, — но столь же бессмысленны.
Чависа всё это, кажется, удовлетворило:
— Раз тут нет никакой опасности, нам стоит осмотреться и поискать цистерну с топливом. А лучше две.
Марджин рассеяно кивнула:
— Всё будет хорошо. Просто хочу разобраться с некоторыми из этих бумаг, пока мы не ушли.
Чавис, Эрдон и Фией покинули комнату. Марджин едва заметила это.
Её глаза неотрывно смотрели на лист пергамента в её руке. Наверху, чуть ниже заголовка, был отпечатан ещё один абзац, в котором Шелса взывала к Иксою. Однако Марджин ужаснуло то, что ранее она уже слышала эти слова.
— Обещай мне, о, обещай, — прочитала она, — что скоро мы будем вместе. Звезды начинают падать с небес, и этот век идёт к концу…
Невозможно. Ей никак не могли пригрезиться именно эти слова. И, тем не менее, они были перед ней. Лидеры шелсистов восприняли и переписали их, и она тоже каким-то образом восприняла их. Марджин подумала о Пророке Моря, с которым канонисса столкнулась месяцами ранее. Канонисса Грейс говорила, что человек был одержим, что его направляла зловещая личность, и что он говорил так, словно вещал от имени Богини Морской.
Она задумалась, не это ли произошло здесь? Позволил ли бывший губернатор говорить через него Шелсе? Записал ли он каждое из этих ужасных слов, после чего передал всю эту писанину культу? Весьма вероятно. Но это по-прежнему никак не объясняет, как эти слова пришли ей на ум.
Она снова заглянула в комнату связи.
Чавис, Фией и Эрдон обнаружили гараж уровнем ниже первого этажа. В нем стоял только один из переделанных лимузинов губернатора, хотя Фией отметил, что помещение вполне способно вместить более двадцати таких машин. В углу, под листом водонепроницаемого брезента, они нашли три деревянных ящика, наполненных гарпунными ружьями, и две пустых капсулы для взрывчатки. А также тайник с топливными цистернами. Мужчины подняли одну из бочек и поставили её на заднее сиденье машины, после чего Эрдон завел двигатель и выкатил лимузин в затемненные железнодорожные туннели. Брандт и Савдра встретили их снаружи, у основного здания депо.
— Где Ульрих? — спросил их Чавис.
— Он пошел за диалогусом, — ответил Савдра. — Сказал нам выйти сюда и прикрывать вас.
Изнутри основного здания депо раздался взрыв и звук бьющегося стекла. Пятеро мужчин побежали внутрь. Первый этаж был чист, но сверху веяло запахами дыма
Они поднялись по лестнице и обнаружили комнату в огне. Секция витражного потолка разбилась вдребезги. Гигантский стол был перевернут набок, и повсюду пылал «Кантос Континуос». Тела ещё пятерых бойцов Лизийской Домовой Гвардии кучей лежали посреди пламени. Чавис нашел инквизитора на полу, неподалеку от кровати. Он казался ошеломленным.
— Инквизитор, — выкрикнул темпестор, — вы ранены?
— Я в порядке. — Ульрих отказался от помощи, вновь встав на ноги. — Они проникли сюда. Застали нас врасплох.
— Где диалогус?
Фией забежал в соседнюю комнату и вернулся с Марджин, волоча женщину под руки. Её кожа почёрнела и растрескалась, из рук и ног торчали зазубренные осколки. Пока Фией тащил её, за сестрой оставался кровавый след.
Она громко захрипела, повернула свои ослепшие глаза без век к Ульриху, и умерла.
Фией склонил голову.
Ульрих пнул что-то тяжелое, лежащее на полу.
Чавис увидел, что это был переносной гранатомет, и в его сознании сформировалась вероятная картина событий. В здание через крышу проникло ещё одно подразделение гвардейцев губернатора. Они оказались неожиданностью для инквизитора и сестры Марджин. В ходе последовавшего боя кто-то воспользовался взрывчаткой в замкнутом пространстве. Конечный результат не мог быть ничем иным, кроме смерти. Всё это выглядело правдоподобно.
Он снова напомнил себе, что даже за самыми простыми ситуациями почти всегда скрывается нечто большее.
— Её тело, — произнес Ульрих. — Возможно, нам стоит взять его с собой и вернуть её сестрам.
Чавис моргнул. Эта миссия уже стоила жизни одиннадцати Отпрыскам Темпестус, и Ульрих ни разу не предложил вернуть их трупы.
— Зачем нам это делать, сир? Сентиментальность — всего лишь пустая трата времени и возможностей. Нам стоит сосредоточить все свои средства на вашем возвращении в жил-краулер.
Больше Ульрих ничего не сказал. Он просто прошел мимо горящих кип «Кантоса» и спустился вниз по лестнице к ожидающему его лимузину.
Прежде, чем они вернулись к «Тауроксу», монитор Чависа сообщил ему, что Бирдгон скончался. Пока Эрдон и Фией заполняли бак украденным топливом, Чавис на секунду заглянул в изолирующий контейнер. Кусок щупальца лежал неподвижно, его реснички поникли. Мужчина не знал, почему, но был абсолютно уверен в том, что существо, по-своему, глядит на него в ответ.
— Давай каждый будет заниматься своим делом, темпестор, — сказал Ульрих. — Оставь ксенологию специалистам.
— Да, сир.
Люки закрылись, двигатель завелся, и транспорт загрохотал прочь от безымянного города. В ясном небе над ними падал пылающий объект, оставляя за собой полосу чёрного дыма. Вскоре за ним последовал ещё один.
Потом ещё один.
И ещё.
«Время пришло, небеса нисходят! Убивица и её сообщники должны быть уничтожены, чтобы родился новый мир. Это повеление вашей Богини…»