Тэмпат

Исаева Анна Владимировна

– Дом, милый дом, – довольно протянула Дека, любуясь знакомой серостью, по которой успела соскучиться за время своего отсутствия.

– Скорее, родной могильник, – хмыкнул Леон, приложив пропуск к считывателю.

Тот мигнул зеленым светом, после чего входная дверь с глухим щелчком открылась, впуская агентов внутрь.

Отдел генных мутаций встретил их просторным холлом, который был совершенно пуст: даже за столом ресепшена не торчала привычная светлая макушка Риты. Дека моментально считала бледные отголоски страха, гнева и боли, которые слабыми искрами пробежались по языку, оставив после себя горьковатое послевкусие с легкой ноткой напряжения,

и вопросительно посмотрела на начальника.

– Потом расскажу, – коротко бросил Леон, направляясь в сторону лифтов, и поспешно добавил. – Идем на третий. Пока займешь мой кабинет. Он просторный и тихий, как раз сможешь сосредоточиться на деле.

– Надеюсь, затягивать ты будешь. Мне и правда интересно, что тут у вас происходило, пока меня не было, – заинтересованно протянула Дека, разглядывая пустующий холл.

Аккуратная стойка с неработающим телефоном, провод которого был скручен в спираль рядом с аппаратом, пара диванов и журнальный столик, широкая лестница, а также скрытый за колонами проход к крылу отдыха и два лифта у дальней стены ничем не выдавали последствия недавних событий, о которых так охотно делилось пространство. Ничего серьезного – скорее острый конфликт, переросший в небольшое рукоприкладство, которое вовремя остановили. Заинтересовало Деку другое: не поддавшееся анализу напряжение, которое ненавязчиво окутывало все пространство, отдаваясь зудящей тревогой где-то в лопатках. Неприятное чувство, но не настолько заметное, чтобы требовать ответы прямо сейчас. В конце концов, Дека только вернулась, а пытаться разузнать обо всем сразу, было не лучшей идеей.

– Что, даже не восхитишься моей щедростью? – насмешливо бросил Леон, остановившись перед лифтом. – Не так часто кабинет начальника выделяется для оперативной работы.

Кажется, его настроение понемногу улучшалось, что не могло не радовать. Все же работа в атмосфере угрюмости и злости на самих себя никогда не давала хороших результатов, поэтому Дека почувствовала облегчение, услышав привычные нотки пусть и слабого, но того самого озорства, которым они часто любили обмениваться. И в такой ситуации грех было не поддержать эту попытку не упасть в пучину отчаяния и хоть как-то отвлечься.

– Благодарю вас, о, великий и могучий начальник, за то, что пустите в свою божественную обитель вашу скромную подчиненную, – с наигранным воодушевлением пролепетала Дека, спрятав лицо в неуклюжем поклоне.

Дар актерского мастерства обошел ее стороной за добрую пару тысяч километров, бросив в качестве утешения навык лицемерия и способность к манипуляции. Дека уверенно подчинила себе свои сомнительные таланты, практически отказавшись от них в обычной жизни, но в подобных ситуациях только они помогали ей окончательно не прослыть занудой.

– Язва, – цокнул в ответ Леон и, услышав ответный смешок, внезапно потеплевшим голосом добавил. – Отдых и правда пошел тебе на пользу. Рад, что ты вернулась.

Дека на секунду смутилась от неожиданных слов, но тут же взяла себя в руки.

– Я тоже рада, Леон, – прочистив горло, неловко ответила она.

Мужчина лишь молча кивнул и первым зашел в открывшийся лифт.

До нужного этажа они добрались в обоюдном молчании. Подобные разговоры у них случались не так часто и всегда сквозили неловкостью от неумения выражать свои чувства, так что передышка нужна была им обоим.

В таком же молчании они вышли из лифта и направились вдоль серого коридора, мрачно освещенного настенными

светильниками, пока не вышли к просторному помещению, большую часть которого занимали аккуратные островки с рабочими местами агентов. Они формировали что-то вроде лабиринта, который заканчивался стеклянным кубом, за которым и находился кабинет начальника Отдела. Кубом тот назывался условно, потому что технически две его стены состояли из бетона, в то время как остальные были заменены на прочные стекла, которые позволяли зорко наблюдать за работой других. С одной стороны надзор был на высшем уровне, но с другой, приватность была нужна всем, особенно сотрудникам криминалистики, поэтому для их душевного равновесия на стеклах висели крупные жалюзи, которые создавали подобие уединения как для агентов, так и для начальника.

На данный момент плотные шторки были аккуратно собраны, так что все помещение просматривалось как на ладони. От вида одного из самых любимых мест всего штаба Дека почувствовала, как в груди потеплело.

Она и правда была рада вернуться. Даже несмотря на тяжесть и опасность осуществляемой ими деятельности, именно по совместным расследованиям девушка успела соскучиться больше всего. Несомненно, уединение было для нее жизненно-необходимой вещью, но когда его становилось слишком много, именно взаимодействие со знакомыми людьми помогало держать баланс. И хоть сейчас ее ожидало долгое и весьма нудное занятие, но факт того, что заниматься им она будет в дружеской компании без внешних раздражителей, придавал сил и мотивации.

Так уж сложилось, что Дека была слишком чувствительна к комфорту во всех его проявлениях. Она могла работать в полевых условиях и терпеть лишения, но для восстановления душевного равновесия ей всегда требовалось вернуться в зону уюта. И на данный момент девушка собиралась совместить приятное с полезным, поэтому, как только они вошли в кабинет Леона, она тут же сбросила пальто на вешалку и заняла небольшой диванчик у прозрачной стены, рядом с которым стоял стол, заваленный разноцветными папками. Ее черная одежда сильно контрастировала на их фоне, но на работе Дека не носила других цветов, хоть и отдавала предпочтение теплым и пастельным оттенкам в повседневности.

– Хоть где-то у нас яркие краски жизни, – кивком указал на папки Леон, направляясь к своему столу.

Дека понимающе хмыкнула, рассматривая разноцветные пластиковые прямоугольники, содержимое которых явно не соответствовало их внешнему виду.

– Ну, хоть какой-то баланс, – тихо выдохнула она, устраиваясь поудобнее на мягкой коже дивана.

– Единственный, который нам доступен, – поддакнул ей Леон из-за экрана компьютера. – Тебе помочь их убрать? Архивариус почти закончил со сбором дел, но нужно будет немного подождать.

– Все в порядке, – покачала головой Дека, закатывая рукава свитера. – Здесь ничего сложного. Сосредоточься на своих делах, а я займусь остальным.

– Ох, как же я соскучился по этим словам, – вымученно протянул Леон, откинувшись на спинку стула, и с нескрываемым удовольствием наблюдая за действиями девушки.

– Наслаждайся, – подмигнула ему Дека и полностью погрузилась в работу.

Сложного ничего не было: ей просто нужно было разложить папки по датам и типам преступлений, а затем переложить их в стоявшие неподалеку коробки. К подобным делам у Деки был врожденный талант, так что она управилась за короткое время, после чего расслабленно легла на диван, мысленно готовясь к изнуряющему мозговому и эмоциональному штурму.