Темный
Шрифт:
— Я говорил с ней только по делу, потом приставал, а потом обвинил в эгоизме…
В ответ мне было многозначительное молчание. Вот же я мудак.
— Но я в конце я сказал, что заберу ее.
— Ага, так она и побежала, — фыркнула Ирма, совсем не как императрица, — Теперь тебе придется не просто добиваться ее, а перед этим сделать так, что бы она тебя простила за твои слова и мысли.
Я скривился. Но она ведь действительно изменяет мужу, хоть и со своей истинной парой. За что простила? За то, что сказал, что так поступать нельзя? Вот уйдет от «этого», тогда просто забудем.
Не
Возможно, императрица права и та ночь следствие нашей истинности, но мозгами она выбирает того кто рядом. Возможно, она просто не разобравшаяся в себе девочка, ей ведь всего двадцать пять лет. У нас в этом возрасте только наступает совершеннолетие. Ведь Аня тоже искала способы разрыва связи с истинным, а в итоге жить друг без друга не могут.
Я пропустил почти все наставления императора, он что-то воодушевлено рассказывал, что-то о том, что бы мы не потеряли головы от радости и о том, что он гордится нами. Прям мамочка.
А вот принца я слушал внимательно:
— Кислорода хватит ровно на два часа пятнадцать минут. Пятнадцать минут — это на экстренный случай, считайте, что есть только два часа, — он протянул нам часы, — как только окажетесь в космосе, сразу жмите на верхнюю кнопку, начнется отсчёт одного часа, как только он выйдет — возвращайтесь обратно. Вот этот красный компас указывает куда надо двигаться, что бы найти Аню, там ее кровь, он заколдован на нее. Синий с моей кровью. К сфере старайтесь не прикасаться, на всякий случай. С ней ничего не случилось, когда мы трогали ее на земле, но в космосе не проверяли. Алл, следи за временем и разверни нашего героя-любовника, если что. Эванс, если не получится добраться, вернись, пожалуйста, мы увеличим сферу и вы вновь попытаетесь.
— А сразу сферу увеличить?
— Там много камней, которые летают со скоростью света, они могут быть настолько маленькими, что вы их не заметите. Меньше сфера — меньше вероятность, что они ее продырявят.
— Но даже с такой сферой есть вероятность?
— Есть она есть в любом случае, но может быть они просто отлетят. Нам нужен всего лишь один полет. Эванс, это ты отправишь обратно, когда скажет Алларик, — он передал волку шкатулку, Хольду нужно будет ее просто переместить, а она сама найдет дорогу, — Алл, ты не забыл монетку для связи?
Я покачал головой, она лежала во внутреннем кармане моего парадного камзола.
Да, я тоже приоделся. Вроде все как всегда, но белая рубашка идеально выглажена, сапоги начищены, а на черном камзоле по полам вышиты южные узоры серебряными нитями. Кому я вру? Камзол пылился до вчерашнего вечера в комнате, в академии, рубашки я в жизни не гладил, а сапоги чистил раз в неделю и то не до блеска.
— Погнали, — волк хлопнул меня по спине и пошел к сфере.
— А обниматься? — широко улыбнулся принц.
— Вернусь и обниму, обещаю, — пробормотал Хольд, сосредоточенно разглядывая сферу, — И как в нее забраться?
— Заходи просто, мы ее сейчас укрепим. Алларик, ты останешься?
Я зашёл в прозрачную сферу,
— Удачи, — подмигнул император, а Ирма прижалась к нему, приложив руку к груди.
Мы с Хольдом посмотреть друг на друга и закинули руки на плечи другого.
Что я чувствую находят в открытом космосе? Мандраж. Руки трясутся, а дыхание перехватывает. Нет, не из-за того, что находится за сферой наша смерть, а от полного осознания, что я скоро увижу ее. Несколько часов, в лучшем случае, и я буду рядом.
Безусловно здесь очень красиво, будь мы оба в другой компании, пришли бы в восторг и трепет перед могуществом космоса, но сейчас у нас только одна цель и это не любоваться видами. Мы перемещаемся к своим женщинам и нам нет дела ни до чего.
Тем более с нашей скоростью все смазывается, но один раз я действительно пугаюсь. Пугаюсь, что так никогда не встречу свою мышку. Но в итоге все в порядке. Огромный булыжник, на который мы налетели, не навредил нашей сфере, нас только тряхнуло и мы продолжили движение.
Спустя час мы приняли решение, что экстренных ситуаций может и не быть, а пятнадцать минут в запасе есть. Конечно, на возвращение часа не хватит, но понадеялись, что задержка дыхания нас спасет. Когда истек запас дополнительного времени мы не сговариваясь продолжили путь, потому что мандраж усилился, а сердце стало громыхать, как не нормально. Эванс уже принюхивался и поскуливал.
Они близко, намного ближе, чем лететь назад. Нам хватит времени.
И мы не прогадали, через двадцать семь минут мы стояли у маленького невзрачного домика посередине леса. Здесь был человек, какой-то мужчина и Аня.
Если перед посадкой Эванс волновался, то сейчас его глаза налились кровью. Кажется, он даже не чувствует, что запахи чем-то похожи, как будто из одного и того же сделаны, но свой, исключительный запах каждого человека делает их разными.
Я не успел сказать и слова, как Хольд уже вынес дверь и налетел на бедолагу. Мужик, что сидел в кресле, сейчас был прижат одной рукой Эва к стене и в шоке моргал. Видимо хотел прогнать видение. Конечно, когда на тебя скалится клыкастая морда с горящими глазами и не только в шоке будешь.
— Хольд! — звонкий голос заставил остановиться волка, а потом того и вовсе снёс ураган.
Аня висела на Эвансе, оплетая его руками за шею и ногами за талию. И без остановки целовала куда попадётся. Сам Эванс крепко обнимал свою пару и не шевелился, но что-то бормотал.
— …убью…
— …брат…
Если напрячь слух, то все можно услышать, но лезть в их ванильные сопли не хочу. Хочу свои собственные, только с другой девушкой.
Я осмотрелся, присутствия здесь Анабель я не заметил. Иногда она бывает в этом доме, например, вон та кружка принадлежит ей. Но она здесь появляется не так часто, так что встретить у меня ее сейчас не получится.