Темный путь

Казаков Дмитрий Львович

— Но мы же ищем мудрости! Зачем нам любовь?

— Много мудрости — много печали, — Ашнетах более не улыбался. Синие глаза его горели, а голос звучал мощно и властно,

словно у бога. — Мудрость высшего посвящения такова, что человек, обретший ее, просто умрет от тоски, наложив на себя руки! Лишь тот, кто любит жизнь по настоящему, в каждом ее проявлении, способен удержаться от этого! Темный Путь дан нам богами, чтобы отсеять тех, кто не выдержит посвящения!

Менемхет опустил голову. Отчаяние грызло сердце как стая гиен, горло сводило судорогой. Хотелось крикнуть «Нет! Это все сон, это не про меня! Я должен пройти испытание!».

— Что меня ждет? — спросил он, немного справившись с собой.

— Вечное заключение в подземельях храма Ра в Мемфисе. Там ты не сможешь никому рассказать о сути испытания, и в то же время принесешь пользу Солнцеликому Богу, — бритоголовый жрец был невозмутим. Во взгляде его не было осуждения, но не было и

сочувствия. Холодная, равнодушная синева. — Переписчики папирусов с тайными знаниями нужны всегда. Сейчас я приведу твоего осла. Возвращайся туда, откуда приехал. Там тебя встретят.

— А если я попробую сбежать?

— Пустыня не выпустит тебя, — Ашнетах снова нахмурился. — Благодать Ра уйдет с ослушника, и ты достанешься в добычу Сету и его прислужникам-демонам!

Менемхет молча ждал. Когда рядом зацокали копыта, поднял голову. Безмолвно нацепил пустынную накидку. Влез в седло, так же без слов принял из рук старшего жреца плошку с водой.

Пил, не ощущая вкуса, только чтобы смочить пересохшее горло.

— Прощай, хранитель, — только и смог выдавить и ударил ушастого скакуна пятками.

Тот недовольно икнул, но развернулся и неторопливо затрусил на восток. Прямо туда, где восходит солнце.

— Прощай, — проговорил Ашнетах тихо. — Пусть в следующем воплощении тебе повезет больше!