Темный принц

Дженнингс Сайрита Л.

Он яростно затряс головой.

— Нет. Нет… только не делай этого. Я… я… — Одинокая сверкающая слеза потекла по его щеке и впиталась в мою руку. Зная Дориана как сдержанного, мужественного человека, каким он и есть, вид его боли вызывает мои собственные слезы, которые стремительно катятся вниз по пылающим щекам. Я должна идти. Я должна убраться отсюда, пока не передумала и не отдалась ему.

— Мне очень жаль, Дориан, — шепчу я сквозь рыдания. — Но мы не можем быть вместе.

— Нет… пожалуйста, — просит он хрипло. — Ты нужна

мне. Я так долго ждал тебя. — Он берет мое лицо в руки, вытирая кончиками пальцев слезы. — Я так сильно люблю тебя, малышка. Так сильно.

— Я тоже люблю тебя, — выдыхаю я.

— Тогда останься. Не покидай меня. Я не хочу быть без тебя, Габриэлла. Я не смогу без тебя.

Меня пронзает током от его прикосновений, и я отнимаю руку от его щеки. Затем я отхожу. Я попытаюсь запечатлеть в памяти прекрасное страдающее лицо Дориана, прежде чем заставить свои ноги унести меня от него навсегда.

Вот он, — конец нашей истории. Самого эпического любовного романа, когда-либо рассказанного. Я действительно думала, что Дориан был моей судьбой.

Я думала, что Бог создал нас, чтобы преодолеть все препятствия и стать живым примером любви и стойкости. И теперь я вижу, как Дориан ломается, когда становится трудно, как быстро он убегает от невзгод, я понимаю, что он не тот человек, которым, я думала, он был.

Но откровение не облегчает душераздирающей боли, впившейся в каждую частичку моего тела. Это не заставляет меня любить его меньше.

Глава 17

Вместе с онемением приходит какое-то необъяснимое умиротворение. Нет боли, печали или мучений. Нет причин для слез или криков. Нет больше страха. Нет больше борьбы.

Нет больше его.

Я из кожи вон лезла, чтоб добраться сюда и посидеть с бутылкой текилы. Это чувство ужасно ранит.

И хотя я привыкла наслаждаться болью, в этот раз я понимаю, что такое страдание поглотит меня полностью. Так что, я затолкала его в самый темный уголок своего сознания и решила на время забыть о нем.

Просто продолжать пить. Просто продолжать дышать. Это единственные два действия, на которые я сейчас способна.

Тук, тук, тук.

Я слышу, но слишком погружена в себя, чтоб связать звук с чем-либо моим затуманенным мозгом.

Тук, тук, тук.

— Эй, Габс? — мягко говорит Морган, с треском открывая дверь в мою спальню. Она видит меня, лежащей на кровати, неподвижную и потрясенную. — Черт возьми, Габс, ты в порядке?

Я приоткрываю губы, чтобы ответить, но меня охватывает такое оцепенение, что я не могу выдавить ни звука. Просто не могу ответить. И я точно не в порядке.

Морган подходит ко мне и садится на край кровати, которую он купил мне. В комнате, которую он обставил. В квартире, которая принадлежит ему. Вот дерьмо.

Дыши. Пей. Повтори.

Я делаю большой глоток, чтоб утопить тревогу, которая угрожает выступить наружу и безучастно смотрю на Морган. Мое горло даже

не жжет от алкоголя.

— Габс, эээ, я беспокоюсь о тебе. Ты не выходила со вчерашнего дня. И ты была слишком… тихой. До ужаса тихой. Вчера поздно вечером Джаред звонил Мигелю. Он рассказал ему о случившемся. Хочешь об этом поговорить?

Я смотрю на подругу, но взгляд не сфокусирован. Я стараюсь смотреть через нее, не в состоянии встретится с ее настороженными глазами. Если я это сделаю, то знаю что раскисну.

Дыши. Пей. Повтори.

Я делаю еще один глоток, до сих пор уставившись на свою лучшую подругу, но ничего на самом деле не вижу.

— Ну что ж… ладно. Вижу, ты не собираешься сегодня на работу. По-крайней мере, позвони Кармен. Она все утро обрывает нам телефон своими звонками. Хотя бы поставь ее в известность, что ты не придешь сегодня или скажи что-нибудь еще. И, черт, открой ты это чертово окно! Сколько ты выпила этого дерьма? Запах такой, будто ты искупалась в нем!

Я ухмыляюсь, глядя в сторону. Это первая эмоция, которая прорвалась со вчерашней ночи. С тех пор, как я ушла от него.

— Ладно, у меня клиент на одиннадцать утра, поэтому мне пора. Постарайся не утонуть, хорошо? И позвони, когда захочешь поговорить. — Морган поднимается и выходит из моей комнаты, останавливаясь в дверном проеме. — Все будет хорошо, Габс. Знаю, что сейчас в это трудно поверить, но все будет хорошо.

Снова оставшись наедине со своей депрессией, я хватаю мобильный и включаю его. На меня обрушивается хор уведомлений о пропущенных звонках.

Я игнорирую их, пока что не в состоянии собраться с силами, чтобы вернуться в прежнюю жизнь.

Кому: Кармен, 10:42 утра.

"Извини меня. Я заболела. Позвони мистеру Скотосу, если тебе что-то понадобится".

Просто буквы его имени вызывают желание свернуться калачиком и плакать, до тех пор, пока я не смогу даже двигаться. Снова глотаю текилы.

От: Кармен, 10:43 утра.

"ОК. Договорились. Зачем мне ему звонить?"

"Потому что он босс".

"Эмм, нет, Габс. На прошлой неделе он сказал нам, что ты новая хозяйка Камешира. Он всем выслал письма с подробностями. Забыла?"

Какого черта?

Нет… это не может быть правдой. Это какая-то ошибка. Как я могу быть хозяйкой магазина, когда я абсолютно не знаю, как им управлять? И как он смог это сделать за мой спиной? И самый очевидный вопрос, — Почему? Утешительный приз за то, что бросил меня ради Авроры?

Вау. Какой заботливый любовник.

Я вздыхаю и пишу еще одно сообщение, запихивая вопросы в самые дальние, темные уголки моего сознания, убирая их подальше вместе с моим замешательством и болью.