Темный принц
Шрифт:
Аврора поднимает идеально наманикюренные пальчики и легко дотрагивается до вершины моей груди. Я замерла — не только из-за ее действия, но и из-за того, что ее касания такие… соблазнительные. Даже возбуждающие. Вот черт!
Я, наконец, отступаю назад, сконфуженная предательством собственного тела.
— Аврора, не думаю, что это хорошая идея, — заикаюсь я. Что со мной? Почему я еще не бросилась в драку?
— Как хочешь, — пожимает плечами она. Сделав шаг, Аврора прижимается ко мне. Губами она ласкает мочку моего уха, разжигая
В туалет с пением и хихиканьем врывается группа пьяных девчонок. Это избавляет меня от новой порции пронизанных похотью фраз.
Меня трясет от напряжения, пока я не покидаю уборную. Выйдя за дверь, я обнаруживаю Дориана, прислонившегося к стене неподалеку.
— С тобой все в порядке? — спросил он, глядя на мое взволнованное лицо, — я видел, что Аврора пошла за тобой.
— Сейчас буду. Аврора… какого черта? Думаю, она только что предложила нам групповой секс с ней и Джаредом. Заигрывала со мной! Это было… жутко. — Я потрясла головой, чтобы отогнать воспоминания о жаркой встрече и постаралась игнорировать своенравные гормоны.
Дориан усмехнулся и мрачно покачал головой.
— Она под воздействием.
— Воздействием? Какого черта это значит?
Дориан провёл ладонью по моей щеке.
— Любимая, не только я считаю тебя неотразимой. Чем ближе твое восхождение, тем сильнее ты влечешь к себе. Аврора из Орексисов, так что, она может манипулировать твоими чувствами. Смущать тебя.
Полностью согласна.
— Так что же? Она попытается переспать со мной? И смогу ли я устоять?
Дориан покачал головой.
— Нет. Ей нужно подкрепиться. Кажется, она вот-вот это сделает. — Он кивнул в сторону женской уборной. Несмотря на нашествие шумных девчонок, Аврора все ещё не вышла оттуда.
Меня охватил ужас:
— Дориан! Она же не собирается их убивать, да?
Любимый снова усмехнулся. Он притянул меня к себе за бедра, и обвил руками вокруг талии.
— Нет, не собирается. Но эти девушки рискуют стать немного би-сторонними.
Ууф. Разговоры о сексе сводили с ума. Не говоря уже об описании невероятных сексуальных способностей Джареда. Как мне стереть это из памяти, чёрт возьми? И хочу ли я забыть о таком?
Ох. Вот чёрт.
Дориан нежно поцеловал меня в лоб, прогоняя тревоги.
— Так что ты хочешь делать? Хочешь уйти?
— Нет, — задумчиво ответила я, — прямо сейчас мне хочется выпить чего покрепче. А потом я хочу, чтобы ты отвел меня на танцпол и напомнил, что я все еще традиционной сексуальной ориентации.
Мы направились к бару, где Дориан заказал два бокала лучшего скотча из их ассортимента. Я медленно проглотила обжигающую жидкость и тепло заструилось по моему горлу, бедрам, и влажной…
Вот дерьмо! Так, остынь, Габс. Сексуально озабоченная — это не обо мне. Или все же обо мне?
Как раз вовремя зазвучала песня "Moves Like Jagger",
— Фаза два: давай танцевать, — приказываю я в ответ на вопросительный взгляд.
— Я не танцую, — ответил он, но позволил утащить себя в толпу.
— Да ну? Я чётко помню, как кто-то однажды говорил, что если умеешь трахаться, то умеешь и танцевать. А ты трахаться умеешь, верно? — с улыбкой я напомнила ему его же слова, когда он хотел, чтобы я медленно раздевалась для него. Любой, кто может двигаться в спальне так, как он, определённо может танцевать.
Дориан закатил глаза и шаловливо усмехнулся, ответив разом на все мои вопросы.
Я веду его на танцпол, где его изящные, плавные движения привлекают толпу поклонников, как мужчин, так и женщин.
С бурлящим в венах алкоголем, я смелею и начинаю чувственно двигаться, глядя на него. Бедра соблазнительно покачиваются в такт.
Из заведенной толпы меня утаскивают друзья: заиграла одна из наших любимых песен.
Здесь, среди них, на меня нахлынула ностальгия, воспоминания о старых временах, когда самой большой проблемой было похмелье, а не мистические существа.
Сейчас мы — единственные в этом роскошном, переполненном клубе, искренне воспеваем молодость и безрассудность. В этом вся суть — развлекаться, веселиться ночь напролет, страдать от выпитого на следующий день и повторять все вновь.
Нас не должны вынуждать взрослеть. Мы должны были возмужать лишь со временем. Но такова реальность: невозможно вернуться к тому, как было раньше. Все что у нас есть — лишь эта ночь.
Сегодня мы вновь будем смешными и молодыми — насколько это возможно. Будем принимать решения, о которых завтра можем пожалеть. Все сегодня — только для нас. Потому что наши ночи сочтены. Мои ночи сочтены.
Большие, мягкие руки нежно ласкали каждый дюйм моего обнаженного тела. Каждую эрогенную зону покрывали влажные поцелуи. Шея. Плечи. Соски. Живот. Внутренняя сторона колен.
Чувствительная кожа бедер. Одной рукой я хватаюсь за атласные простыни, другой тянусь к источнику моего удовольствия. Пальцами я зарываюсь в его шелковые волосы, мягко притянув к себе.
Он наклонился ко мне, сексуальная полуулыбка, заиграла на полных губах. Дориан. Обнаженный и невероятно красивый.
— Тебе было хорошо, малышка? — бормочет он уткнувшись носом в мою шею, затем облизывая и посасывая, он стал рисовать дорожку к мочке моего уха.
— Ммм… Да, Дориан, — проворковала я, закрывая глаза.
— Как? — он скользил зубами по моей коже, посылая волны возбуждения и бабочки запорхали в моём животе.
— Так… хорошо! — выдохнула я.
Его руки были повсюду, он теребил мои соски своими волшебными пальцами, дразнил набухший клитор. Я притянула любимого к себе, изнывая от желания почувствовать его губы.