Темный прилив
Шрифт:
— Откуда ты знаешь Терри?
— Он обчистил кучу туристов. Иногда деньги, иногда камеры и барахло. Когда я помогал ему, он мне платил.
— И как ты все это обстряпал?
— Я увидел его машину, потом вашу. Я вас подрезал. Только он мне не заплатил. Я его не нашел.
Вестон снова принялся выламывать палец. Негр дернулся и зашелся в крике.
— Думаю, ты все мне наврал!
— Это плохо, что он тебе не поверил, — шепнул Джонни на ухо негру. — Это значит, что он собирается вырвать тебе язык.
— Клянусь! Я все
Палец сломался. Крик сменился воем от нестерпимой боли.
Негр сползал со стула, извиваясь всем телом, но Джонни с силой прижал его к сиденью. Вестон взялся за следующий палец.
— Не надо, пожалуйста. Я все скажу. Терри хотел посмотреть, что она купит на свои деньги, и потом ограбить.
— Как Терри узнал про куплю-продажу?
— Он встретил этого парня в баре. Немецкого парня. Терри хотел всучить ему девчонку. Но парень был очень пьяный. Он трепался, как много денег он скоро получит. Он все рассказал девчонке. О том, что он встретит леди с деньгами и где живет эта леди.
Эл как бы в раздумье произнес:
— Ты все врешь! Я только время зря теряю.
— Я говорю правду.
Джонни предупредил:
— Он поломает тебе все косточки и вырвет язык, и еще выпотрошит, как рыбу!
— Откуда Терри узнал, что я буду следить за леди? — с сомнением в голосе спросил Вестон.
— Парень все сказал. Немецкий парень. Он слишком много выпил. Он много говорил. Только я ничего не знаю. Терри все знает. Мне он только сказал, чтоб я дорогу перекрыл вовремя.
Эл отпустил уже распухающую руку пленника. Он посмотрел на Джонни.
— Что скажешь? Один сболтнул, другой подслушал и вздумал поживиться. Шакал, мразь.
— Такое бывает, — пожал плечами Игое. Эл взглянул на дрожавшего человечка.
— У твоего дружка Терри есть оружие?
— Да-да. Старый пистолет из Англии. Он держит его под сиденьем.
— Он кого-нибудь прихлопнул?
— Не знаю. — Из глаз негра текли слезы. — Может быть. Иногда он бывает такой бешеный.
В памяти Эла запечатлелась картина, увиденная на складе причала Парсона. Старый английский пистолет возле залитого кровью тела таксиста и труп молодого светловолосого парня с короткой стрижкой, смахивающего на немца.
Водитель скорчился на стуле, скулил и нянчил, как ребенок куклу, свою изувеченную руку. Он даже отдаленно не напоминал профессионала. Мелкий паразит, такой же, как его приятель Терри. Вряд ли он догадывался, в какое крупное дело вляпался. Если б он был участником спланированной кражи двух миллионов долларов, то не катался бы на своем задрипанном драндулете там, где его легко опознать. Фургон был бы разрезан на куски и похоронен на свалке, а сам водитель удирал бы уже в Южную Америку, одетый в приличный костюм, или валялся бы где-то в зарослях с дыркой в черепе.
Эл достал из кармана бумажник. Он выудил стодолларовую купюру и сунул ее негру в карман рубашки.
— Будешь
Он кивнул Джонни и охраннику. Все втроем они вышли из помещения.
— Ты отпускаешь его? — спросил Джонни.
— Ага. — Эл обратился к напарнику Игое: — Последи за ним. Хотя, я думаю, он сразу отправится в забегаловку и напьется. Из него больше ничего не вытрясешь.
Они с Джонни вернулись в машину и поехали в аэропорт.
— Ну и что ты извлек из его трепа?
— Извлек то, что все это дерьмовая любительская работа. Серьезные люди не стали бы нанимать этого слизняка. Тут все одно к одному. Болтливый курьер, жадный карманник, почуявший, что пахнет жирным куском. Нам не повезло, все пошло в разнос. Как ты сказал — такое иногда случается.
— Вывод один — мы по-прежнему в том же дерьме и на том же месте.
— Не совсем. Хоть что-то прояснилось. Я так думаю, что Синди еще жива и деньги при ней.
Джонни недоверчиво покачал головой.
— Ты пораскинь мозгами и все поймешь, — продолжал Эл. — Синди пришла на место. Там же и товар, там и деньги. И этот ублюдок решил, что взять то и другое так же просто, как конфетку у малыша. Только в этот раз курьер был не пьян. Они устроили пальбу, и теперь ясно, почему я их обоих нашел на складе.
— Значит, Синди не в деле?
— Уверен, что нет.
Эл усмехнулся собственным мыслям. Если все произошло именно так, как он сказал, шлюшка из коктейль-бара не одурачила Вестона, а сама угодила в переплет.
— Хорошо, но где же она?
— Может быть, прячется под чьей-нибудь кроватью. Все мертвы. Я не показываюсь. От страха у нее мокрые трусики. Она все схватила и убежала.
— Куда?
— Вот это мы и должны выяснить. Вероятно, недалеко. Нам остается трясти дерево, пока она не свалится.
— Значит, не надо проверять лодки?
— Не болтай ерунду. Мы будем проверять все. И шарить везде, пока я не намотаю на руку ее конский хвост и не скажу: «Добрый день, крошка».
Они подъехали к вертолетной площадке. Пол Донован ждал их там.
— На сегодня все вылеты отменяются, — объявил он. — Расходимся по домам.
— Кто сказал? — вскипел Вестон.
— Сказал метеоролог. С юго-востока идет шторм. Мы угодим в самое пекло.
— Я собирался порыскать восточнее. Там может быть до чертиков всяких посудин.
— Все суда драпают обратно в гавань. Скоро будут все здесь как миленькие. Лучше уж попасть в ад, чем в такой шторм.
Они все собрались в салоне. При каждом резком толчке судна они хватались друг за друга. Нос «Стройной девчонки» поднимался и опускался, но не равномерно, как прежде, а в рваном хаотичном ритме. Море, словно чудовище, пыталось проглотить корабль. Оно извергало громоподобные звуки, когда волны ударяли по корпусу и обрушивались на палубу.