Темный мастер
Шрифт:
На мгновение замерев на пороге мы оглядели посетителей. Толстый господин со свитой и охраной сидел в центре зала. Скорее всего, купец, направляющийся в столицу. Пятеро крестьян, разместившиеся за одним столом, по всей видимости, местные. И один человек, наглухо закутанный в дорожный плащ. Лишь под капюшоном блестели глаза, да из-под плаза выглядывали носки окованных сталью сапог.
Лицо Пауля, снявшего шлем, при взгляде на этого типа, исказила гримаса.
— Ассасин, — процедил он сквозь зубы.
— Проблемы? — удивился я, а Кира и Ламберт только
— Ненавижу ублюдков, — буркнул рыцарь. — Если хочешь убить, вызови на поединок и убей, а втыкать кинжал в спину или травить ядом… Это подло.
— Не всегда, — не согласился я. — Достоин ли благородной смерти человек, который сам не знает, что такое благородство?
— Любое существо в мире достойно благородной смерти, — убежденно заявил Пауль.
Я промолчал. У меня, три года прожившего в Темном городе и три года воевавшего со всем, что движется, было свое мнение на тему благородство. Убей, или будешь убитым. Поэтому я выжил. А кто выжил, то и прав.
Мы заняли столик у окна, и Пауль демонстративно сел к ассасину спиной. Стол был сколочен из довольно грубых досок, и лишь столешница была отполирована до зеркального блеска. Я и шут сели с одной стороны, Пауль и воровка с другой. К нам тотчас подлетела девушка в белом переднике и, широко улыбнувшись, произнесла:
— Добро пожаловать к нам в «Пилигрим», лучший трактир на южном тракте. В нашем меню присутствуют блюда на любой вкус, наш винный погреб заполнен изысканными винами со всего Вельтеррона, а наши перины удовлетворят даже самые изнеженные тела.
— Сервис, однако, — удивился я. — Милая девушка, мы практически полтора дня почти ничего не ели, так что сообразите что-нибудь нам сытное и вкусное.
— Как вам будет угодно, господа, — официантка сделала книксен и быстро направилась к деревянной двери, которая вела на кухню. Едва девушка приоткрыла дверь, как из-за нее вырвалось облако ароматного пара, и у нас четверых тотчас потекли слюнки.
Через пять минут перед нами стояли тарелки с горячим куриным супом и большое блюдо с картофелем, тушеным с грибами. Дальнейшие пятнадцать минут я слышал только треск за своими ушами, но когда перед нами поставили кувшин с вином, я снова решил воздержаться и попросил принести сока. Взяв в руки прохладный стакан, я откинулся на спинку стула.
— Хорошо, — блаженно улыбнулся я. — Мы точно сегодня не успеем в Кардаран?
— Выгляни в окно, Темный, уже вечереет, — бросил шут. — И к чему такая спешка?
Я посмотрел в окно. Солнце уже действительно коснулось горизонта, удлиняя тени и окрашивая траву и деревья в красноватый цвет.
— К тому, что Видящий и так опережает меня на три месяца и неизвестно, какие планы он строит.
Троица внимательно смотрела на меня. Я вздохнул.
— Видящий, жрец Драгора, слышали что-нибудь о таком? Враг Первого Мастера. Черный лес, Последний Бой… Что, никаких ассоциаций?
— Темный, зачем столько скепсиса? — Пауль хмуро посмотрел на меня. — Как ты уже заметил, мы трое очень хорошо знаем друг друга.
Пауль замолчал и прикрыл глаза, вспоминая.
— Мы садились на ковер у его ног, ели малиновое варенье ложками прямо из банок и слушали рассказы барона. И очень часто Пьер рассказывал нам именно о Первом Мастере. Старик верил, что когда-нибудь он вернется и тогда жизнь в Вельтерроне снова будет прежней. Как описывают в легендах. Он говорил, что если бы Первый Мастер не исчез, то никогда бы не началась Война Мертвых. И о его враге, Видящем Суть, барон тоже рассказывал. Так что мы все прекрасно знаем, чем грозит нашему миру возвращение жреца. Но раз вернулся Видящий Суть, значит должен вновь явится в мир и Первый Мастер.
И рыцарь вновь посмотрел на меня.
— Я не Первый Мастер. Никогда им не был, и не стану. Но Видящий мой враг. И чтобы справиться с ним, мне нужно оружие Первого Мастера.
— Но почему именно ты? Разве не мог явится кто-то другой, если Первый Мастер погиб?
— Потому что у меня со жрецом личные счеты, — я допил сок. — И как я уже сказал одному человеку, я делаю это ради себя. Не ради вашего мира. Поэтому спешу.
— Личные счеты? — прозорливо посмотрела на меня Кира.
— Да, личные! Он забрал мою девушку, — я скрипнул зубами. — И я найду его. Однажды Видящий ускользнул от меня, но теперь я не дам ему такой возможности.
— Господа желают еще что-нибудь? — девушка неслышно возникла у нашего стола.
— Господа желают комнаты на ночь, — улыбнулся девушке Ламберт.
— Каждому по одной?
— Я думаю, это будет слишком расточительно, — хмыкнул шут. — Мы прекрасно поместимся в двух.
— Как будет угодно господам, — кивнула официантка. — Ваши комнаты будут готовы через десять минут.
— Отлично, — Пауль поднялся из-за стола. — Пойду, проверю, как там наши лошадки.
Рыцарь поднялся и покинул трактир. Ламберт тоже ушел. Когда ушла Кира, я опять не заметил. Девушка двигалась абсолютно бесшумно и незаметно. Но могла хотя бы предупреждать.
А я вновь остался один. Впрочем, как всегда. Подозвав официантку, я попросил еще сока и вновь откинулся на спинку стула. Время неумолимо текло сквозь пальцы и, хотя каждая отдельная заминка была небольшой, вместе они складывались в довольно приличный срок. И Аня… Я опять не знал, что с ней и где она. И это медленно жгло меня изнутри. Жгло холодным, ледяным огнем. И хотя внутри все пылало от боли, это делало меня все жестче и жестче. Я все чаще представлял себе, как буду убивать Видящего. И это приносило хоть какое-то облегчение.