Тёмный Клан. Предатель

Румянцева Юлия

– Ну это ты конечно преувеличиваешь. Но небольшой городок, при условии постоянной подпитки, пожалуй, – улыбнулся Райан.

Дарена восхищенно прикрыла рот ладошкой.

– Дело в том, что для полноценного раскрытия, Дар должен развиваться и расти вместе с геммой, – продолжил Райан, постепенно переходя на менторский тон, которым обычно читал лекции в Академии. – Только тогда возможно достичь полного слияния ауры и источника, необходимого для энергетических воздействий высшего порядка. Самоучки же, как правило, находят камень с более, или менее подходящей структурой и начинают править его под себя. В процессе они рушат камень, ослабляя его и не позволяют развиться ауре, питающейся из полуразрушенного источника. В идеале же, как я уже говорил, камень должен

расти и развиваться вместе с аурой, но, чтобы так происходило, необходимо привязать ауру к камню. Если сделать это как только Искра пробудилась, или даже до ее пробуждения (как я привязал ауру Дарёны), связь возникает совершенно незаметно для человека. Тогда Искра, просыпаясь, сама зажигает камень, запускает процесс трансформации и все происходит органично, так как должно быть. Но необученный Одаренный просто не может этого сделать сам. Он сначала развивает Дар, а потом калечит камень, приспосабливая его под себя. Так было и у тебя Бернар, поэтому мне пришлось провести ритуал привязки заново, одновременно разрушая старые связи. Твой Дар уже слишком развит, чтобы растить новую гемму, но тот камень, что ты использовал, был построен неправильно. Единственным для тебя шансом стать полноценным таном, было перестроить структуру амулета, заново срастив его с аурой. Это было непростой задачей даже для меня, так как ты используешь свой амулет довольно давно, и связи, пусть и неправильные, уже закрепились. И это было непростой задачей для тебя, Дар должен быть очень сильным, чтобы даже с помощью Наставника, суметь восстановить структуру камня и сформировать гемму заново. Кроме того, как ты уже знаешь, это довольно болезненно. Сделать такое самостоятельно невозможно в принципе. Не сделай я этого, то, что ты умеешь сейчас стало бы твоим пределом, а я вижу в тебе потенциал и мне бы хотелось, чтобы ты его реализовал во благо Темному Клану.

– Я сделаю все, чтобы не разочаровать вас! И, я очень благодарен вам … Наставник! – склонил голову Бернар.

Глава 18.

– Ты хоть из одной поездки можешь вернуться без повреждений телесных или ментальных, – ворчала Ида, энергетически изучая уже вполне зажившую рану, оставившую на его коже очередной шрам, которым он давно потерял счет.

– Да ладно тебе, какое там повреждение, Герман все замечательно заштопал.

– Да этого бездаря нельзя подпускать к раненым на пушечный выстрел! Ему наносить раны Аусеклисом положено, а не врачевать их, – ярилась Целительница.

– Брось, он не так уж плох, – вступился за друга Райан. – Особенно, когда рядом нет таких золотых ручек, как твои, сестренка.

Он привстал с кушетки, чтобы поцеловать Иду в щеку и она, в притворном гневе, отпихнула его обратно.

– Лежи уже, горе луковое! Не мешай мне работать, – одернула брата девушка, продолжая водить руками над его телом, но в уголках ее губ пряталась улыбка.

– А я привез тебе сюрприз, но, если будешь вредничать, не покажу.

– Мне уже страшно, – рассмеялась Ида. – Надеюсь это не оружие? Мне вполне достаточно стилета, который ты привез в прошлый раз.

– Никогда не знаешь, где может пригодиться сталь. Возможно однажды, еще благодарить будешь, – обиженно пробурчал Райан и тут же добавил загадочно: – Но ты не угадала, это не оружие, и на этот раз я уверен, что тебе понравится.

– Ладно, заинтриговал, я жду, – сдалась Ида.

– А вредничать больше не будешь?

– Вот я тебя сейчас! – притворно разозлилась Ида, натянув одну из нитей сканирующего плетения, котором она диагностировала Райана, так, что ему стало невыносимо щекотно.

– Ида, ха-ха, это нечестно, ха-ха, прекрати немедленно!

– Покажешь сюрприз!

– Ох, прекрати! – Райан надрывался от смеха. – Покажу, покажу!

Отсмеявшись, Райан позвонил в золотой колокольчик.

– Веди, – приказал он появившемуся слуге и тот, поклонившись, исчез за дверью. Ида непонимающе посмотрела на Райана.

– Сюрприз дожидается в коридоре, – усмехнулся он.

Дверь

отворилась и в комнату, неуверенно озираясь по сторонам, вошла Дарёна. Увидев Иду, она неуклюже сделал что-то среднее между реверансом и поклоном, и во все глаза принялась рассматривать ее рабочий кабинет. И не удивительно, поскольку просторное и светлое помещение по совместительству являлось лабораторией, интересного для юной лекарки тут было немало. Стоящие вдоль стен стеллажи были сплошь заставлены стеклянными пузырьками с разноцветными жидкостями, прозрачными колбочками и бутылочками из темно-зеленого стекла, а также разного размера мешочками и коробочками, и конечно книгами. Свободную от стеллажей часть стен занимали аккуратно развешанные на крючках пучки трав и цветов, от чего в комнате всегда стоял щекочущий ноздри, густой травяной дух.

– Знакомься, это Дарена, потомственная Целительница и носительница спящей Искры, – представил девочку Райан.

– Ну, насколько я вижу, Дар в ней уже пробудился, – сузила глаза Ида, глянув на нее внутренним зрением.

– Да, я подарил ей камень и буквально на следующий день Дик углядел в ней спонтанный всплеск.

– Дик? – удивилась Ида. – Шустрый парнишка.

Дарёна почему-то покраснела.

– Но с чего ты решил, что она Целительница? Да еще потомственная?

– Я лекарка, – выпалила Дарёна, – и безо всякого Дара ей была. У меня врачевать лучше Марфы получается. И отвар из трав приготовить умею, и рану перевязать, и сердечную хворь снять, и кровь густую разбавить, даже роды у скотины принять могу. Вот!

– А ты бойкая, – рассмеялась Ида.

– В ее роду спящая Искра, видимо, передавалась по женской линии, время от времени просыпаясь, но не получая должного развития, – продолжал Райан.

– А это интересно, – задумчиво произнесла Целительница и поманила Дарёну пальцем. – Иди-ка сюда.

Девочка замялась, оглянулась на Райана.

– Иди-иди, не бойся, она тебя не съест, – ободряющее улыбнулся он.

– Приляг-ка вот здесь, – Ида указала на кушетку, с которой только что поднялся Ищущий.
–

Закрой глаза, расслабься. Хорошо, теперь представь, что я больна, но не знаю, что со мной происходит. Допустим, у меня сильно болит живот. Я прошу тебя о помощи.

Дарёна послушно легла, закрыла глаза и попросила:

– Вы не могли бы, пожалуйста, подойти поближе, так чтобы я положила руки туда, где у вас болит.

– Хорошо, – улыбнулась Ида и встала рядом.

Дарёна, не раскрывая глаз, положила руки ей на живот, подержала немного, потом огорченно вздохнула:

– Но я ничего не могу сделать, я же вижу, что вам не больно.

– Ты умница, – неожиданно похвалила ее Ида. – Ты видел Райан?

– Ага, – удовлетворённо кивнул он.

Конечно, он видел, как от рук Дарёны потянулись к животу Иды нити энергоканалов, быстро прощупали его и вернулись обратно. Причем девочка делала это очень легко, но абсолютно неосознанно. Так человек убирает прядь волос со лба, или щурит глаза от солнца, или достает из ящика вещь, которая всегда лежит на одном и том же месте. Ему не нужно шарить по дну в поисках требуемого, достаточно лишь протянуть руку и привычно взять там, где всегда.

– Ну как, угодил я на этот раз с сюрпризом? – улыбнулся Райан.

– Ты лучше всех, – ответила Ида и чмокнула его в щеку.

Дарёна переводила удивленный взгляд с Ищущего на Целительницу.

– А теперь иди, братик, нам лекаркам, тут много о чем нужно пошептаться, – она подмигнула Дарёне. – Но это наши женские дела, мужчинам не понять.

– Вот так всегда, – притворно вздохнул Райан выходя. – Вместо благодарности тебя выставляют за дверь! Удачи, Дарёна!

На самом деле Райан был вполне доволен, что сестра, отвлекшись на юное дарование, отпустила его так легко. Не то до вечера бы мучила сканирующими и восстанавливающими плетениями. Райан же не мог больше ждать, ему безумно хотелось снова увидеть Адду. Он всегда скучал по ней, когда приходилось расставаться, но в этот раз, разлука далась ему особенно тяжело. Может быть виной тому был тот странный, волнующий и пугающий сон?