Темный голод

Диан Кэтрин

— Нам нужно идти, — он схватил её за руку и потянул за собой, направляясь к пакетам с одеждой.

Когда они подошли к джипу, он открыл пассажирскую дверь. Клэр плюхнулась на сиденье и скрестила руки на груди. Нокс закрыл дверцу и, подойдя к заднему сиденью, открыл её, чтобы поставить пакеты.

Почему он не гордился ею?

Когда он сел за руль, то даже не взглянул на неё, просто завёл двигатель и отъехал от обочины.

Глаза Клэр защипало, и по щеке скатилась слеза. Она вытерла её тыльной

стороной запястья.

— Ты должна понять, это моя работа — обеспечивать твою безопасность, — заговорил Нокс. — Ты даже представить себе не можешь, насколько важно…

— Я не хочу об этом говорить!

Он говорил ей, что она красивая, сильная женщина, но он не имел этого в виду. Она не хотела, чтобы он взял свои слова обратно, заявляя, будто она слишком слаба, чтобы что-либо предпринять.

Рука Нокса так сильно сжала руль, что пластик заскрипел. Он больше ничего не сказал.

Клэр смахнула слёзы и уставилась в окно на холодную тёмную ночь.

Глава 21

Клэр стояла перед зеркалом в ванной с кухонными ножницами в руке.

Её глаза были большими и покрасневшими. Она выглядела в точности так, как чувствовала себя: мягкой, слабой, испуганной.

Слёзы текли по её щекам, но она продолжала смотреть на своё отражение, ненавидя его, даже когда оно стало размытым. Особенно тогда.

Нокс привёл её обратно в эту комнату, почти не глядя на неё, почти не разговаривая, как будто всё ещё сердился на неё.

Он ушёл, не сказав ей, куда направляется и когда вернётся.

Оставшись одна в спальне, она поняла, что до сих пор остается пленницей. И хуже всего то, что на этот раз она сама решила быть пленницей.

Она не заточена в клетке. Двери даже не заперты.

Она оставалась пленницей, потому что слишком слаба, чтобы быть кем-то ещё. В прошлом она всегда мирилась с этой слабостью.

Она больше не хотела быть такой.

Ей не нравилась эта Клэр.

На мгновение она перестала быть такой. Но это продолжалось недолго. Она снова почувствовала себя маленькой… и возненавидела это.

— Я ненавижу тебя, — прошептала она своему отражению. — Я ненавижу тебя.

Слёзы полились снова, затем она схватила прядь волос и отрезала.

Даже в размытом отражении она могла видеть, что это выглядело ужасно. Она разрыдалась от злости, ненавидя себя за то, какой она была, ненавидя и это тоже. Она схватила ещё одну прядь и отрезала её следом, на этот раз ещё короче. В этом было определённое удовлетворение — она разрушала себя, делала себя уродливой.

Довольно скоро её волосы стали свисать неровно, местами доходя до шеи, а местами — только до ушей.

Рычащая и разъярённая, Клэр вылетела из ванной и направилась через спальню к двери, не зная, куда идёт, но и не заботясь об этом. Она распахнула её.

—

Воу!

Клэр вскрикнула, поражённая, увидев Сайрен с другой стороны.

— Срань господня, девочка! Что, чёрт возьми, случилось с твоими волосами?

Клэр снова разрыдалась и упала на колени.

— Я ненавижу это!

— Эм, ну да. Это ужасно, — Сайрен присела на корточки рядом с ней и неловко похлопала её по плечу. — Но мы можем это исправить.

— Нет, это невозможно! Это невозможно исправить, ничего нельзя исправить! — Клэр упала на бок и свернулась калачиком, слишком несчастная, чтобы чувствовать себя нелепо.

— Боже мой, детка, вставай, — Сайрен шлёпнула её по попке. — Типа, по-настоящему.

Когда Клэр не пошевелилась, Сайрен схватила её за руки и подняла на ноги. Клэр была так поражена силой женщины, что перестала плакать.

— Ты как мужчина. Самец. Как бы ты это ни называла.

Сайрен бросила на неё оскорблённый взгляд и провела рукой по своему телу.

— Это всё женское.

Клэр вытерла глаза.

— Нет, я имею в виду, что ты сильная.

— Ну, да. Королевских кровей. Но только женского пола. Просто потягай железо, девочка, и ты наверстаешь упущенное.

— Это ничего не изменит. Ничего не изменится!

— Ты меня запутала. Ну же, давай. Это чрезвычайное положение, и мне нужны инструменты.

Сайрен взяла Клэр за руку и неторопливо вышла в коридор, увлекая Клэр за собой. Радуясь, что хоть кто-то знает, что делать, она не сопротивлялась. Они прошли через кухню, где незнакомая Клэр женщина резала овощи. Клэр смущённо опустила голову.

— Это промежуточное состояние, Пенни, — крикнула Сайрен женщине.

— Эй, мне это нравится.

Сайрен фыркнула.

— Конечно.

Пенни пожала плечами.

Сайрен потянула Клэр в другой коридор, тот, что тянулся вдоль другой стороны двора.

Открыв дверь, Сайрен втащила Клэр в…

Самую роскошную комнату, которую она когда-либо видела. Нет, не комнату. Это апартаменты. Целая квартира.

В гостиной был красивый мягкий диван и скамеечка для ног со стёганой кожаной обивкой, но Сайрен провела их прямо мимо неё, мимо маленькой модной столовой с люстрой, в потрясающую спальню.

Огромная кровать с балдахином, задрапированная шёлком и бархатом, доминировала в пространстве. Там было кресло, причудливый ковёр и предмет, похожий на большой комод, который, как показалось Клэр, назывался платяным шкафом.

Услышав изумлённый возглас Клэр, Сайрен сказала «Да, это неплохо», и потащила её за собой в роскошную ванную.

Ванна — или джакузи? — занимала целый угол, а в большом шкафчике были сложены пушистые полотенца всех цветов радуги. В другом шкафчике было больше инструментов, чем в салоне красоты.