Темный дом
Шрифт:
— Вот ведь змей какой. — Она улыбнулась. — Даже за собственной женой подглядываешь. — Нора снова отхлебнула кофе. — Ну, что интересного расскажешь? — спросила она, закрывая книгу.
— Никаких следов.
— Что, совсем никаких?
Фрэнк кивнул.
— А как там Марта?
— Ужасно расстроена. Дай Бог, чтобы все обошлось. Все ее жалеют. Естественно, она наивна как ребенок. Я ее ни о чем серьезном не спрашивал, но и этого вполне достаточно, чтобы она совсем потеряла покой.
— Представляю, как она себя чувствует.
— Все возможно, — согласился Фрэнк. — После гибели Мэта она только и делает, что хнычет. И Кэти все это видит. Могла подумать, что мешает матери, не дает ей устроить личную жизнь. Кто их знает, что у них в голове, у молодых?
— Это точно, — согласилась Нора. — Только я думаю, что она опостылела Кэти своим вечным нытьем.
— И это тоже возможно, — кивнул Фрэнк.
Они переглянулись, вдруг осознав, что говорят о Кэти так, будто ее уже нет.
— В любом случае мы всё очень скоро узнаем. Такие паиньки, как Кэти, надолго из дома не уходят. Вот увидишь, все будет нормально. К обеду вернется. — В душе Нора чувствовала, что ее уверенность выглядит неестественно.
— Я не решился ей сказать, что уже обзвонил все больницы и ближайшие полицейские участки. Никаких следов.
— Это, может быть, и плохо, а может быть, и хорошо.
— Да, как посмотреть, — осторожно заметил Фрэнк.
— А как чувствует себя Шон?
— Понятия не имею, что произошло у него с Кэти. Гуляли они вместе, но провожать ее он не стал. Почему? Сколько уж времени ходят обнявшись, и вдруг она отправляется домой одна.
— Действительно непонятно, — задумчиво произнесла Нора.
— И у Марты его сейчас с нами не было.
— А где же он?
— Дома остался, сказал, что будет ждать звонка от Кэти по домашнему телефону.
— А вот это уже очень странно, — сказала Нора. — Уж ему-то там тоже следовало быть. За каким чертом Кэти станет звонить ему, если у ее матери тоже есть телефон?
— После разговора с Мартой я поговорил и с ним — правда, недолго. Он сильно расстроен, сказал, что не знает, куда могла подеваться Кэти.
Нора внимательно разглядывала мужа.
— Ты беспокоишься за нее? — спросила она.
— Если честно, то очень беспокоюсь, — признался Фрэнк.
Нора хотела продолжить разговор, но он остановил ее, положив ладонь на ее руку.
— Прости, но рассиживаться мне некогда. Нужно увидеть всех школьных подружек Кэти, побывать на пристани, проехать по всем нашим дорогам. Если к вечеру девушка не вернется, не знаю, что еще я смогу один сделать. Ничего, наверное. Придется звонить начальнику управления, в Уотерфорд, и делать официальный запрос.
Прямо за деревней начиналась живописная равнина. Шон шел вдоль нее, к саду
— Привет, Шон.
— Привет, Эли, — ответил он. — Что случилось?
Девушка присела на корточки рядом с яблоней и достала из кармана куртки пустую металлическую бутылку из-под соды со сплющенным горлышком, изогнутую на манер трубки. В донышке ее были пробиты девять крошечных отверстий. Эли достала из кармана пластиковый мешочек с травой и, повернувшись к Шону, спросила:
— Ну и где она может быть? Не знаешь?
Она положила на каждое отверстие по маленькой щепотке травы, взяла в рот горлышко бутылки, вытащила зажигалку, подпалила траву и жадно затянулась.
— Хочешь? — спросила она, выпустив дым и протягивая бутылку Шону.
Он замотал головой.
— Даже не знаю, где она. Все утро ходил искал.
— А я ездила в город, чуть не все магазины обошла… Глупо, конечно. Можно было бы этого и не делать.
— Куда она могла подеваться?
— А кто знает? — Эли пожала плечами.
— Все, больше я туда ни ногой.
— Я тоже. — Девушка кивнула.
Услышав телефонный звонок, Нора и Фрэнк переглянулись. Они сидели на кухне. Фрэнк ел сандвич. Прожевав, он снял трубку.
— Фрэнк, это Марта. Ты знаешь, она еще не пришла.
— Я понял, — ответил он решительным тоном и посмотрел на часы. Было двенадцать ночи. — Успокойся, Марта. Я сейчас же звоню в районное управление, в Уотерфорд.
Он отчетливо услышал, как Марта ахнула и почти сразу же зарыдала. Сквозь плач он едва смог разобрать ее «спасибо, Фрэнк».
Он стал говорить громче, чтобы она его услышала.
— Марта, тебе лучше не ложиться. Возможно, что еще до утра к тебе заедет инспектор полиции. С тобой есть кто-нибудь?
— Да, есть. Моя сестра Джин.
— Хорошо. Я попозже позвоню тебе, скажу, что мы собираемся делать.
Нажав на рычаг, Фрэнк начал набирать номер управления Уотерфорда и удивился, как вдруг учащенно забилось его сердце. Никогда еще, какие бы неприятные события ни происходили в Маунткенноне, он не предполагал самого худшего варианта их развития. Ему и сейчас не хотелось в это верить. Мысленно он убеждал себя в том, что все его страхи иррациональны.
Джо, нагнув голову, мрачно смотрел на гриль, где жарились четыре бифштекса. Масло в них уже впиталось, соус не шипел.