Тёмный день
Шрифт:
— Ну и подданные у тебя, — проворчал Дарин. — Обманывают, предают, нарушают слово! Почему?!
Кехелус пожал плечами.
— Они демоны, — обронил он. — Демоны не обязаны хранить верность и держать слово.
Через каменную, грубо высеченную арку, они прошли в соседний зал — небольшой и пыльный.
Он был ничем не примечателен, кроме одного: на небольшом возвышении покоилась глыба глубоватого льда, в которую кто-то по рукоять вогнал длинный меч. Его лезвие, покрытое древними рунами, тускло блестело в толще льда. На полу, вокруг ледяной глыбы дрожал еле видимый радужный
Завороженный увиденным, Дарин шагнул вперед, но король-демон остановил его.
— Стой, где стоишь.
После этого владыка Волшебных земель соизволил вспомнить о существовании овражных гномов. Он повернулся, отыскал глазами овражника Дюфа — лохматого, грязного, с холщовой сумкой через плечо и кивнул ему.
Дюф поспешно снял заплатанную сумку и протянул своему повелителю.
…Стоя под каменной низкой аркой, Дарин рассматривал волшебного меча: черную, словно выточенную из льда рукоять, мерцающую бриллиантовой росой, узкое длинное лезвие с вырезанными на стали замысловатыми письменами. И чем дольше он смотрел на него, тем больше ему казалось, что меч и король-демон Кехелус созданы друг для друга и представить клинок в чьих-то других руках было просто невозможно. Дарин тряхнул головой, отгоняя мысли.
Волшебный меч короля-демона был совсем рядом, рукой подать, однако, Кехелус по каким-то причинам не торопился пересечь зал, взять клинок и обрести долгожданное могущество. Вместо этого он занимался странным на взгляд его, Дарина, делами.
— Не хочу рисковать, — обронил повелитель Волшебных земель в ответ на невысказанный вопрос и бросил взгляд в сторону своего меча. — Может статься так, что и дойти не успеем.
— Почему?
Не отвлекаясь от своего занятия, Кехелус пожал плечами.
— Помешают.
— Кто?
И, словно, в ответ на его слова, посреди грота возник огненный столб, загудело пламя, рассыпалось искрами. Потом языки пламени медленно опали, явив взглядам высокую женскую фигуру: длинные светлые волосы, по которым все еще пробегали огненные искры, черные непроницаемые глаза, скрещенные на груди руки. С плеч женщины ниспадал длинный плаш, черный с серебром, скрепленный у горла пряжкой с мерцающим лунным камнем, голову украшал гладкий блестящий обруч, словно сделанный из черного льда и усыпанный голубыми бриллиантами.
— Маурбай! — воскликнул король-демон. — Вижу, Карсех не терял даром времени! Что ж, я предполагал, что он сразу же помчится к тебе, чтобы сообщить кое-какие-новости!
Демон-«новобранец» робко выглянул из стены и тотчас скрылся.
— Кехелус, — спокойным голосом отозвалась женщина.
Повелитель Волшебных земель устремил на сестру яростный взгляд.
— Не ожидала увидеть меня здесь?
— Скажу по правде — нет, — промолвила она. — Я была уверена, что, став смертным, ты давным-давно погиб. Жить в мире людей не так-то просто, а уж с твоим-то нравом — тем более! — Маурбай слегка улыбнулась. — Я рассчитывала, что ты протянешь больше двух-трех дней.
— Ты ошиблась! — сверкнул глазами Кехелус.
— Досадно, — отозвалась она. Голос ее был полон спокойной иронии. — Терпеть не могу, когда мои планы рушатся. Взять, к примеру,
Она наклонила голову, глядя на брата.
— Согласись, план безупречен, но, тем не менее, ты жив и ты здесь. Досадно, — повторила Маурбай и окинула его взглядом с головы до ног.
— Так кто же помогал тебе? Кто дал знать, где находится меч, кто помог добраться до Лутаки? Какой-нибудь чародей, которого я не знаю? Карсех утверждал, что ты заручился хорошей поддержкой могущественного мага, который в мгновение ока уничтожил Танароха и едва не стер с земли его самого?
— Так и есть, — не моргнув глазом, ответил Кехелус. — Что же касается тебя, то, как только я верну свое могущество, ты пожалеешь о том, что сделала!
Во взгляде демоницы появилась насмешка.
— Ты все-таки собираешься его вернуть?
— Конечно, собираюсь! Ты лишила меня магической силы! Вышвырнула из Волшебных земель! Строила против меня козни! Обманывала! И ответишь за это!
Маурбай пожала плечами.
— Я — демон, братец. Строить козни и обманывать — это мое основное занятие!
— Я тоже демон! — с негодованием вскричал Кехелус.
Она подняла брови, рассматривая стоящего перед ней брата с подчеркнутым вниманием.
— В самом деле? Гм… не хотелось бы тебя огорчать, но… ты — человек. Самый обыкновенный человек! И твой чародей… или кто там тебе помогает? Он не поможет тебе снова стать тем, кем ты был.
Кехелус фыркнул.
— Я… — начал он и вдруг умолк, в изумлении уставившись на сестру. — Погоди-ка… ты что, носишь мою корону?! Корону повелителя Волшебных земель, короля демонов?! Как ты посмела?!
Маурбай прикоснулась пальчиком к черному обручу. От ее прикосновения бриллианты, казалось, ожили и радужный отсвет упал на бледное лицо демоницы.
— Да, — с удовольствием сказала она. — Ношу. В конце концов, кто-то же должен править Волшебными землями, раз уж ты бесследно исчез! А поскольку я — твоя сестра, то, стало быть, власть переходит ко мне. Все законно!
— Я не исчезал! — взревел Кехелус и топнул ногой. — Верней, я исчез, но…
Маурбай пожала плечами.
— Противоречишь сам себе, братец, — невозмутимо заметила она. — Логика никогда не была твоей сильной стороной.
— И ты… ты надела мой волшебный пояс? — не веря своим глазам, продолжал король-демон. — Да как ты посме… а что еще ты прибрала к рукам, пока меня не было?!
Королева Маурбай поправила пояс: мерцающий жгут, словно сплетенный из лунного света. К поясу было прицеплено несколько вырезанных их драгоценных камней фигурок: птицы, единорога, рыбы и странного существа, похожего на геральдического льва с крыльями. Фигурки жили своей собственной жизнью: рыба внимала разговору Маурбай и Кехелуса, то и дело разевая рот и поводя плавниками, птица и единорог что-то бурно обсуждали, не обращая внимания на остальных, а крылатый лев рассматривал людей и сердито скалил зубы.