Темный час
Шрифт:
Заворачиваю за угол и вижу, как от остановки отъезжает последний автобус.
– Замечательно, просто супер! – кидаю в след моего последнего шанса быстро добраться до теплой постели. Придется идти пешком. Впереди двадцать минут холодного пути по ледяным улицам. Тяжелые низкие тучи вот-вот раскрошатся мелким снегом или даже метелью. Поднимаю глаза к серому небу и тихонько ругаюсь.
Как я не уследила за временем? Или он уехал раньше? В этом районе транспорт ходит редко, не центр города все-таки, где
Через пару кварталов дорога петляет вправо, уводя меня в узкий проулок между двух кривых домов. Погруженная в свои мысли, не сразу замечаю впереди небольшую компанию ребят, которую было слышно от самого угла.
А как только слышу их крики, встаю как вкопанная.
Инстинкт самосохранения бьет тревогу и настоятельно требует развернуться в обратную сторону. В темных переулках от такой компании ничего хорошего не жди.
Их человек пять, отсюда сложно разглядеть.
Но взгляд цепляется за высокую фигуру, стоящую в паре шагов от компании.
В черном капюшоне, натянутом на лицо. Внутри что-то дернулось.
Немой.
Фу, глупости какие. С чего ты взяла, что это вообще он? Мало ли мужчин ходит в таких же толстовках.
Только почему-то я так и стою на повороте, не в силах отвести взгляд. Чем дольше я вглядываюсь в фигуру, в движения руками, тем больше убеждаюсь, что это немой.
И что? Подойдешь и скажешь: «Привет, куда пропал?».
А он все равно не ответит.
Мой хоровод мыслей прерывает громкий возглас одного из компании.
– Чего тебе надо, громила, а ну пошел отсюда! Или ты ее собрался защищать? – тыкает рукой куда-то за спину немого.
Фигура в черной толстовке молчит.
– Ты говорить вообще умеешь? – спрашивает его собеседник. –Я тебе сейчас покажу, что бывает с теми, кто встает на пути Грегора!
А дальше все происходит так молниеносно, что просматривая это на видео, мне понадобилось бы сбавить скорость воспроизведения в два раза.
Первое. В свете уличного фонаря мелькает нож.
Второе. Грегор кидается вперед, резко выкинув руку с ножом в немого.
Третье. Позади немого слышится женский крик.
Четвертое. Немой делает шаг назад, упирается в стену и сползает на землю.
Спустя мгновение вся компания плохих парней уже несется по переулку прямо на меня. Растерявшись, я даже не попыталась отойти в сторону, продолжая пялиться на них. Парень с ножом, поравнявшись со мной, резко останавливается, отчего я слегка вскрикиваю и вжимаюсь в стену, мечтая слиться с ней в одно целое. Он машет перед лицом окровавленным лезвием ножа.
– Ты. Ничего. Не. Видела. Поняла?
Судорожно киваю, понимая, ЧЬЯ кровь на ноже. В противоположную сторону убегает какая-то девушка. Кажется, это она кричала.
Компания
Кидаюсь туда, где еще минуту назад была ссора. На земле, прижавшись к углу здания, сидит немой. Сомнений быть не может, это точно он. Правой рукой он зажимает рану в животе, а левой пытается снять капюшон.
– Господи, господи, господи! – аккуратно снимаю капюшон с головы, встречаясь с ним взглядом. Такие холодные черные глаза на секунду вспыхивают узнаванием.
– Твою мать! – выдыхаю, наблюдая, как он беспомощно пытается унять льющуюся кровь.
– Тебя ранили, тебе срочно надо в больницу!
Кровь темными потоками течет по его руке. Глубокая рана. Если я не потороплюсь, то он умрет прямо у меня на руках.
Яростно трясет головой. «Не надо».
– Что? Я не понимаю! Постарайся не шевелиться, я вызову скорую.
Судорожно лезу в сумку, на дне которой потерялся мобильный телефон.
Немой резко хватает меня за руку, в его глазах столько решимости, что мне становится страшно.
Уже медленнее трясет головой.
«Не надо».
– Я не могу оставить тебя так, ты же истечешь кровью! – чувствую, как слезы жгут мне глаза. Ох, не так я представляла нашу с ним встречу, совсем не так. Он должен был появиться с букетом цветов и забрать меня в счастливое будущее, а не умирать на руках, запрещая отвезти его в больницу.
– Ты умрешь! Понимаешь! Умрешь!
Снова качает головой. «Нет, не умру». Отпускает мою руку, убедившись, что я не продолжаю поиски своего телефона, поднимает ладонь к моему лицу и большим пальцем аккуратно вытирает слезы.
Его рука такая теплая, а взгляд становится таким мягким, что я начинаю рыдать почти без остановки. Сердце вот-вот разорвет мою грудную клетку и ускачет галопом в дальние дали.
– Тебе нельзя в больницу? Ты же умрешь! Ты умрешь прямо тут!
Кивает. Нельзя в больницу. Значит, точно уголовник, скрывающийся от следствия.
Руки трясутся, а мысли, до этого муравьями ползающие у меня в голове, решают разом покинуть меня. Что делать? Что мне делать?!
– Твою мать! Тогда я отвезу тебя домой к себе, хорошо?!
Аккуратно кивает. Отлично, теперь он умрет не тут, а у меня дома.
Упирается в стену левой рукой и пытается встать. Кровь сквозь пальцы течет интенсивнее, пачкая все вокруг. Немой корчится от боли, и от вида его изможденного лица я понимаю, что внутри становится невыносимо больно. Я пропала.
Я окончательно пропала.
– Нет, стой! Позволь мне! – подлезаю под его руку, позволяя опереться на меня. От него пахнет кровью и цитрусом. И свежим ветром.
– Аккуратно, давай на меня. Я живу недалеко, сможешь дойти?!