Темные твари
Шрифт:
Дэмиан стоял, будто только что получил мешком по затылку. У него в голове вертелась мысль и никах не хотелась укладываться. Он всё ещё не мог поверить до конца, осознать и принять, что веселая и жизнерадостная Аня Форджер целых три раза пыталась себя убить.
Операция “Неясыть” внезапно закончилась через восемь месяцев после начала учебного года. За это время Аня все же смогла заработать восемь звездочек и стать имперским учеником.
Все изменилось после собрания для элитных учеников и выпускников, на которое так рвался агент Весталиса Сумрак. Информация, которая послужила началом операции,
Йор приняла информацию спокойно, с достоинством.
Но Лойду Форджеру нужно было исчезнуть так, чтобы никто его не искал. И лучшее, что придумал агент Сумрак - автомобильная авария. Человек под именем Лойд Форджер погиб. А Аня снова оказалась в приюте, с той лишь разницей, что это было другое место. Чище, опрятней, теплее, сытнее, но в целом - это дела не меняло.
Аня сломалась. Замкнулась в себе. Зациклилась в своем одиночестве. Девять месяцев, наполненных теплотой и заботой, хоть и ненастоящих, но родителей, девять месяцев приключений в духе любимого мультфильма, восемь месяцев в элитной школе “Академия Эдем”, восемь месяцев настоящей дружбы с богатой девочкой, восемь месяцев непонятных, сумбурных взаимоотношений, порой напоминающих войну, со вспыльчивым, богатым мальчиком - все оказалось ненастоящим: ложью, игрой, сном, мороком - чем угодно, но только не реальностью. Аня снова оказалась одна. Снова ненужная. Выброшенная за ненадобностью. Лучше умереть, чем вот так жить, быть куклой в руках взрослых.
– Ну что там, Нолан?
– не выдержал Донован.
– Что с ней?
– Сильное истощение. Похоже, что в больнице ее совсем не кормили.
Донован выругался и тут же виновато посмотрел на сына и жену. Мелинда не стала делать ему замечание. У самой, судя по суженным глазам и поджатым губам, было то же самое на уме.
– Накачана транквилизаторами по самое не могу. Я удивлен, как у нее сердце выдержало, - продолжал врач.
Донован закусил губу, дабы не повторить свое недавнее высказывание и сжал кулаки.
– Кровь на анализы я взял. Завтра утром будет результат. Заодно и проверим, тем ли ее пичкали, что указано в карте. Сейчас поставлю капельницу для поддержания организма. Распишу меню. Ей нужен покой, уход и забота. Никакого волнения.
– Спасибо, Лев, - глухо произнес политик.
– Ещё не за что, Донован. Ты вовремя забрал девочку. Ещё день-два и было бы поздно.
На этих словах Дэмиан ощутимо вздрогнул и испуганно посмотрел на Аню. На большой кровати она казалась совсем крошечной.
– Не волнуйся, парень, - добродушно обратился к нему врач, - мы поставим ее на ноги, здоровее тебя будет. А теперь идите, не мешайте.
– Спасибо, Лев, - Мелинда взяла за руку сына, чтобы увести его из комнаты.
– Мелинда, - позвал женщину доктор, - за ней круглосуточно присматривать пока надо.
– Поняла, - кивнула женщина.
Ночью с Аней сидела специально нанятая сиделка, а днём, после очередной капельницы, Дэмиан лично приглядывал за Аней. Родители были против, но он упёрся и настоял на своем. Захватив с собой книгу, мальчик забрался на широкую кровать и, удобно расположившись, погрузился в чтение. Летние каникулы только начались, ему, по сути, особо нечем заняться. И лучше
Через пару часов девочка зашевелилась. Сначала вяло, потом все энергичнее. Она начала нечленораздельно мычать и махать руками.
Дэмиан отбросил книгу. Мальчик накинул покрывало на Аню и прижал его к матрасу, плотно окутывая ее тело, чтобы она не брыкалась. Он стоял над девочкой на четвереньках, ладонями и коленями зажимая покрывало. Аня неистово дергалась, пытаясь вырваться. И чем сильнее она ерзала, тем сильнее Дэмиан заматывал ее в плотную ткань. Девочка быстро выдохлась. Волосы в беспорядке, взъерошены, торчат в разные стороны. Ее дыхание постепенно успокоилось, а взгляд прояснился.
Она посмотрела на мальчика над ней. В ее глазах Дэмиан увидел непонимание, удивление.
– Ты меня узнаешь?
– хрипло от волнения спросил он.
– Совсем спятил, Десмонд?
– едва слышно спросила в ответ Аня.
– Что ты творишь? Отпусти меня!
– Отпущу, если не будешь махать руками.
Аня согласно кивнула. Дэмиан осторожно, постепенно, ослабил хватку, внимательно следя за реакцией девочки, готовый в любой момент снова ее скрутить. Аня лежала спокойно и заинтересованно наблюдала за действиями недавнего врага. Дэмиан убрал покрывало, сковывающее ее, и сел рядом.
Аня резко села и тут же покачнулась. Дэмиан подхватил ее за плечи и мягко, но настойчиво уложил обратно на подушку.
– Тебе лучше пока не вставать.
Аня покрутила головой, прошлась взглядом по незнакомой комнате и спросила:
– Где я?
– Что последнее ты помнишь?
– вместо ответа задал свой вопрос мальчик.
Аня загрустила, сникла и уставилась немигающим взглядом на одеяло, коим была прикрыта.
Дэмиан не торопил ее с ответом. Он отвернулся, увидел брошенную книгу, поднял ее и аккуратно положил на тумбу рядом с кроватью. В ожидании ответа он пытался себя отвлечь хоть чем-нибудь. Взгляд зацепился за кувшин с водой. Мальчик налил немного воды в стакан и протянул его Ане. Девочка приняла питье дрожащими руками и торопливо выпила. Дэмиан забрал стакан и вернул на место. Аня все еще молчала. Решив, что она не станет ничего ему говорить, мальчик встал и направился к двери, чтобы позвать взрослых, но услышал тихое:
– Аня плохо помнит, что было в приюте.
Демиан резко развернулся и запрыгнул на кровать, вглядываясь в любимые зеленые глаза.
– Убить себя зачем хотела? Там так все плохо?
Глаза девочки наполнились слезами. Сначала скатилась одна слезинка, за ней другая. Дэмиану не нравилось смотреть, как она плачет, хотелось вытереть влагу с ее щек, обнять и сказать, что все будет хорошо. Но он сидел не шелохнувшись. Смотрел, как скатываются одна за одной ее слезинки, и молчал.
– Ты знал, что Лойд Форджер был Ане не родным отцом?
– тихо спросила Аня.
– Нет, - также шепотом ответил Дэмиан.
– Это была Анина пятая приемная семья. Пятая, второй сын. Аню всегда возвращали, как ненужный товар в магазин. Выбрасывали, как мусор. Тебе не понять, какого это. За год Аня сменила четыре семьи, а вот у Форджера задержалась на целых девять месяцев. Аня поверила, что так будет всегда, что вот она семья Ани. Знала, что рано или поздно все закончится, но верить в это не хотела. Жила и не думала, что этот день наступит. День, когда Аня снова окажется ненужной, выброшенной, когда Аню снова вернут в приют.