Темные сестры
Шрифт:
Я пожала плечами и отвернулась.
– Так… марш наверх! Попробуем что-то с этим сделать, нельзя же в таком виде показываться на приеме! У тебя половина лица в цвет платья – красная!
Но сделать с этим ничего не получилось. Не существовало магии, способной вылечить за пару минут – какая досадная неприятность. Так что ни целительные заклятия, ни зелье от ушибов, приложенное к лицу, не помогли.
– О,
– Не знаю, – откликнулась я. – Может быть.
Она вышла, оставив меня в темноте и тишине. Наконец-то. Я осторожно потрогала щеку и поморщилась – болела. Ну и красотка я сейчас, хоть портреты пиши. Впервые мне попало от отца так, что остались следы. И, похоже, Кристалл это поразило. Мы с мачехой находились в состоянии холодной вежливости с самого ее приезда в дом. Раньше она не была замечена в подобной заботе. А может, не хотела, чтобы на приеме я сверкала огромным синяком. Чтобы в Хейзенвилле пошли слухи о насилии в семье Кордеро? Да Кристалл скорее удавится, чем такое допустит!
Вскоре послышались шаги, и я села на кровати. За окном уже отгорел закат, на небе появились первые робкие звезды.
Отец остановился в проходе. И я даже сомневалась, что он видел в такой темноте мое лицо.
– Ты остаешься. Не смей даже думать о том, чтобы выйти из дома. Герберт будет заходить.
– Да, папа, – ответила я. – Удачного приема.
Глава 5
Домиком на озере мы, слегка иронизируя, называли любимый особняк Кристалл. Он действительно располагался на берегу небольшого, но живописного озерца, которое тоже принадлежало нашей семье. Всякий, кто здесь бывал, без сомнений говорил, что место чудесное, а воздух еще лучше. Свежий, вкусный, лесной. В нескольких десятках метров действительно начинался довольно густой лес.
Я не любила это место, но первые семнадцать лет жизни ничто не могло спасти от бесконечных унылых каникул здесь. Разрешение не ехать я впервые получила при помощи Герберта. Вспоминать, при каких обстоятельствах, не хотелось.
Но оказалось, вся неприязнь улетучилась, едва я ступила на порог дома и поняла, что отца в нем нет. Что мы с сестрами отныне здесь полноправные хозяйки. Даже дышать стало как-то легче.
Мы приехали после полудня, и Ким с Таем унеслись гулять. У них были удивительные и чистые отношения, первая любовь. Я была совершенно уверена, что, если ничего неординарного не случится, в скором времени они поженятся.
Пусть хотя бы Ким будет счастлива в любви. У нас с Кайлой как-то не сложилось…
Сразу после школы Кайла влюбилась в парня, который работал помощником
Может, и не будет, но сейчас я не слишком расстроюсь.
Когда стемнело, было решено устроить ужин на берегу. Герберт с Таем развели костер, принесли мясо и намеревались организовать настоящий пикник, хотя в доме имелись и печь, и даже современная панель, работающая на чистой магии. Но звук потрескивающих в костре поленьев успокаивал, дым отгонял назойливых насекомых, а пламя ласково облизывало мою руку. Ким и Кайла так не могли.
Иногда я думала: а какой стала бы магия Хейвен? Могла бы она вот так, голой рукой, перебирать тлеющие угольки или играть с языками пламени? Или ее дар принял бы совершенно иную форму, не отравленный наследием Кордеро?
Разум. Огонь. Алхимия.
Вот три самых сильных дара, три самые могущественные энергии.
Ментальная магия – способность управлять сознанием и душой. Огонь – самая разрушительная сила во всех мирах. Алхимия – магия преобразования. Конрад Кордеро – так говорил отец – обладал сразу тремя составляющими и был по-настоящему всемогущ.
А до нашего поколения дошло лишь пламя. И немного менталистики: папа изучал ее в колледже. Кайла так и осталась магом-теоретиком, а Ким наверняка найдет себя в искусстве.
Чтобы не мешать во время приготовления ужина, я побрела вдоль берега и дальше, по пирсу. Внизу плескалась темная вода, и, если честно, очень хотелось окунуться. Но вечер выдался прохладный, а плавала я из рук вон плохо.
Кайла и Ким о чем-то болтали, стоя у перил. Я заметила в их руках уже знакомые «подарочки» от Кристалл: блокнот и зеркало. Сердце екнуло. Опять?
– Шушукаетесь, как бы поскорее от меня избавиться? – спросила я, поднимаясь к сестрам.
– Думаем, кто мог убить Хейвен, – ответила Кайла. – Странно это все. Не вижу причин для Белами убивать кого-то.
– Да, я тоже. Если бы не записка, я бы подумала, что смерть Хейвен – нелепая случайность. У меня нет идей. Возможно, стоит все рассказать Портеру.
– Фу, – скривилась Кайла, – он допрашивал меня. Мерзкий мужик. Мне показалось, он готов на все, лишь бы закрыть папку с делом и не искать настоящего убийцу. Он спрашивал о тебе, Кортни.
– Да, я слышала эту версию. Сомневаюсь, что Портер докажет мою причастность.
– Если только наш таинственный друг не подставит тебя, как сделал это со мной.